«Юрковка» как она есть
На днях уникальной нижегородской галерее флористики исполняется 10 летПорой с помощью тех материалов, которые кажутся совершенно ненужными и неприемлемыми, получаются самые настоящие произведения искусства. Юрков сам разработал особую технику живописи. Назвал он её «флорийской мозаикой», то есть мозаикой, составленной из флоры.Волшебство из березовых листьевАлександр Николаевич Юрков. Это имя известно ценителям искусства не только в нашем родном Нижнем Новгороде, но и практически по всей России. 15 сентября этого года исполнится десять лет со дня открытия его чудо-музея в подвале дома № 9 по улице Большая Покровская. Произведения Юркова написаны листьями в буквальном смысле слова. При кажущейся неброскости и неяркости листьев все картины Александра Николаевича поражают своей насыщенной цветовой гаммой и колоритом.Сейчас Юрков на пенсии. Работает он в технике «флорийской мозаики» уже более десяти лет. Красками для художника служат не акварель и не гуашь, а частички высушенных листьев, тех, что облетают с деревьев осенью. Идея пришла к флористу совершенно естественно. «Цвет есть во всем, нужно лишь его увидеть», — говорит художник. И это действительно так. Природные материалы — самые неповторимые, самые «живые», и картины, выполненные при их участии, удивляют своим правдоподобием. При помощи поразительно тонкой гаммы цветов художник умело передаёт и снег, и водную гладь, и блики солнца… Александр Николаевич использует только чистый природный цвет, без подкрашивания, а собирает листья весной, когда прошлогодний лист уже обретает нужную окраску.В год у Юркова выходит от 26 до 28 работ. Каждая картина — колоссальные затраты не только физических, но и душевных сил, вклад своих собственных мыслей и переживаний.Помимо листьев, флорист использует самые разнообразные материалы. Есть в его галерее такие работы, как церковь из спичек, колокольня из арбузных семечек, геральдический орел из гофрированного картона, цепь из цельного куска дерева.Темы творчества Александра Николаевича простые, но милые для сердца русского человека. Это русские просторы, дороги, бескрайние поля… Все то, что дорого каждому, наверное, патриоту своей Родины.Художник с душой поэтаЧеловек в буквальном смысле слова, имеющий золотые руки, ведет довольно скромный образ жизни. Довольствуется своей небольшой квартирой, не продаёт произведения за бешеные деньги и даже не берет плату за посещение своего подвала-музея. Не любит он этого современного блеска, гламура, предпочитает всё естественное, даже картины свои поэтому лаком не покрывает. Кроме природного таланта у этого человека есть еще одно богатство, которое не купишь ни за какие деньги — это его друзья. Редки те дни, когда кто-нибудь из них не навещает его. Гостям в «Юрковке» всегда рады. Те, кто уже был в этом чудо-музее, каждый раз находят там для себя что-то новое. Те же, кто пришел в первый раз, не перестают удивляться фантазии и смекалке автора: «И как он все это придумал?» А дело все в профессии Александра Николаевича…Былое и думыТворческий путь художника начался еще в детстве. Родился он в 1935 году в северном поселке в томской тайге, туда были сосланы его раскулаченные родители. В 1937 году отца отправили в лагерь для политзаключенных. В поселок, где жил маленький Юрков, часто приезжали репрессированные. Однажды среди них оказался художник, который стал рисовать портреты детей и отсылать их отцам, находившимся в лагерях. Матери Александра он сказал, что из сына выйдет отличный художник. Впоследствии, уже став мастером, Юрков часто вспоминал об этом предсказании и удивлялся, как можно с такой уверенностью предсказать судьбу человека.Вскоре Александр с матерью бежали из ссылки в Красноярск. Их разыскали, но обратно не возвратили, а лишь взяли под надзор комендатуры в городе.Со своим призванием Юрков определился еще в школьные годы, когда оказался в музее с группой школьников. Мальчик увидел картину Сурикова «Милосердный самаритянин». Потрясение было настолько велико, что он решил пойти в художественную школу.Как Саша сажу разводилВсю жизнь Александр Николаевич проработал театральным художником. Начал он свою карьеру в городе Красноярске учеником художника-оформителя. Перед зачислением каждый будущий ученик должен был пройти испытание — развести сажу. Сделать это практически невозможно, так как, если просто наливать воду в ведро с сажей, она поднимается вверх, попадает на лицо. Но все же пятнадцатилетний Александр придумал способ, как это сделать. Неподалеку от ведра с водой он увидел клееварку с палкой, которой размешивали клей. Обмакнув ее в сажу, он стал водить этой палкой по краям ведра, наполненного водой. Постепенно сажа отклеивалась и растворялась. Так Александр Николаевич, лишь благодаря своей смекалке, прошел испытание и удивил своих будущих учителей.Юрков с интересом вспоминает то время, когда в театры брали учеников, платили им небольшое жалование и обучали какому-либо делу. Ученики были практически у всех: художников, парикмахеров, бутафоров. Те, кто выдерживал учебу, как Юрков, например, становились хорошими работниками театра.Условий для рисования в то время практически не было. Из-за отсутствия красок и бумаги Юрков использовал угли и свеклу, а рисовал он ими на оберточной бумаге. Александра приняли в школу, а на следующий год взяли в театр учеником художника. Там платили небольшие деньги. После этого Александр Николаевич остался в театре и сорок пять лет проработал на различных должностях, начиная от художника-декоратора до главного художника. С 1951 года работал художником-постановщиком в драматических театрах Красноярска, Канска, Краснодара, оформлял спектакли в театрах Ленинграда и Москвы.С 1976 по 1986 год — главный художник Нижегородского академического театра драмы имени М. Горького. Юрков — автор более двухсот сценографических проектов, активный участник выставок и фестивалей прикладного искусства. Первой «флорийской» работой Александра Николаевича стала картина к спектаклю по пьесе Веры Пановой «Верность». Это эскиз из осенних листьев, который, заметим, сам художник по праву называет «беззатратным».Творческий поиск всегда и вездеВ 22 года Александра Николаевича поставили на должность исполняющего обязанности главного художника в Канском театре, где за год он подготовил декорации и костюмы для одиннадцати спектаклей. Работать приходилось тогда и день и ночь. «Плюхнешься, бывало, как йог, на 15 минут — и опять работать», — вспоминает Александр Николаевич. Притом для каждого спектакля, естественно, нужно было придумывать что-то новое, поэтому волей-неволей включалась фантазия. Такие материалы, как шелк, бархат, кожа, не смотрятся из зала, как следует, поэтому художники-декораторы изготавливали их вручную. Например, однажды Александру Николаевичу пришлось для одного спектакля делать «тюлевую» занавеску. Он и его помошники взяли для этого сетку и легнин (специальная бумага для обтирания грима). Затем поместили легнин на эту самую сетку и, наложив сверху специальные бумажные трафареты, обрызгали все клеем. В результате легнин в отдельных местах приклеился к сетке, там же, где этого не произошло, остались отверстия. Получилась замечательная декорация, выглядевшая из зала намного лучше, чем настоящий тюль. «В общем, — подытожил Александр Николаевич, — постоянно приходилось искать решения разнообразных творческих задач, и постепенно это стало уже образом жизни».Вместо красок берёзовый листС уходом на пенсию Александр Николаевич решил не оставлять творчество, а так как краски на маленькую пенсию покупать слишком дорого, то и решил он делать картины из того, что дает сама природа. «Был бы художник, а цвет можно найти практически во всем, — говорит он. — Лист каждого дерева имеет свой специфический цвет, и с помощью этого многообразия можно воспроизвести практически все цвета, окружающие нас в повседневной жизни». ющие нас в повседневной жизни.За материалом для своих произведений Александр Николаевич чаще всего ездит за город, собирает там сухие осенние и отлежавшие некоторое время под снегом листья, а также коряги, орехи, желуди. Часть материалов, как он сам признался, заказывает своим друзьям привезти ему с дач. В городе Александр Николаевич листья не собирает, считая, что здесь совсем другая энергетика, да и грязи на этих листьях достаточно. И на вопрос, почему же он выбрал столь сложный материал, Александр Николаевич ответил, что не все, что просто, бывает интересно…УченикиКогда Юрков был председателем секции театральных художников Нижегородской области, он предложил сделать выставку под названием «Театральный художник вне театра». И это в связи с тем, что в то время многие занимались разным творчеством.У Юркова есть последователь, Владимир Евгеньевич Анисимов. Встретились пять лет назад здесь, в Нижнем Новгороде. Юрков — первый учитель и наставник Владимира Евгеньевича. Бывший инженер и моряк начинал писать акварелью, пастелью, занимался чеканкой и резьбой по дереву. А спустя годы увлекся «листьями».Работы его уникальны, как и работы остальных художников. Так же, как и у Юркова, они поражают своей живостью. Даже названия — «Осенняя грусть», «Предчувствие весны», «Тихая обитель» — передают всю теплоту души их создателя…От редактора двух несочетавшихся поначалу текстовДва студента написали про одно и то же событие два независимых как бы текста. Хотя я настаивал на том, чтоб вместе, в команде… Как писали именем Козьмы Пруткова братья Жемчужниковы и примкнувший к ним Толстой, — нельзя объять необъятное. Я понимаю, что каждый человек — это Вселенная. Но Саша Юрков — вне моего понимания. Почти двадцать лет знакомы мы с ним. И как про него рассказали дети — лично мне просто приятно. Спасибо им, что кое-что в этой сложной нашей жизни для себя поняли…Андрей СМИРНОВ
