За мраморной говядиной — в Пильну
Так совпало, что на пороге наступившего по восточному календарю Года быка в правительстве страны родилась отраслевая программа Минсельхоза РФ «Развитие мясного скотоводства России на 2009 – 2012 годы». Одним из плацдармов её реализации вполне может стать наша область, руководство которой, в свою очередь, продвигает региональную программу «Покупай нижегородское». В целом ряде районов развитию мясного скотоводства уделялось большое внимание. С этим и был связан в конце декабря приезд в Нижний Новгород Героя Соцтруда, академика РАСХН, заслуженного деятеля наук РФ, известного учёного в отрасли мясного скотоводства в стране и за рубежом А. В. Черекаева. О цели своего визита, впечатлениях от посещения животноводческих хозяйств области и в целом о положении отрасли в стране Алексей Васильевич рассказал в интервью журналисту «Нижегородской правды». В первую очередь мы поинтересовались мнением академика о работе животноводов в Пильнинском районе, где он побывал. — Там, в СПК «Деяновское», взяли герефордов, в основном животных помесных. Но уже сегодня можно вести разговор о создании на базе этого поголовья в следующем году племенного хозяйства. Примерно такого же, как, в своё время было «Толмачёво» в Кстовском районе. Специалисты в СПК довольно квалифицированные. Не менее важно и то, что руководство Пильнинского района, с которым мы тоже встречались, горит желанием добиться результата. Это правильно, потому что без поддержки власти не обойтись. — Все это, казалось бы, понимают. А на деле, несмотря на то, что попытки развития мясного скотоводства в Нижегородской области предпринимались уже не раз, этой продукции на рынке не видно, да и на прилавках страны говядина не дешевеет, а наоборот. Почему? — Действительно, начинали не один, не два, а много раз, ещё с начала 70‑х годов, насколько я помню. Но дальше слов дело не шло. В первую очередь потому, что тогда мясное скотоводство было не так уж нужно. В России содержалось 57 миллионов голов крупного рогатого скота молочных и комбинированных пород, и от них можно было получить столько говядины, сколько требовалось, — 5 миллионов тонн. И мы их производили. Правда, качество было другим. А сейчас стадо сократилось до 21 миллиона. Коров в этом году будет даже меньше 9 миллионов (раньше было 22). За счёт этого количества КРС мы не решим проблему обеспечения населения страны говядиной. Самое большее при нынешней потребности в 5 миллионов тонн (и это если ещё наведём порядок в молочном скотоводстве) мы можем получить 2 миллиона тонн мяса. Выходит, что надо или импортировать оставшиеся 3 миллиона или развивать свое мясное скотоводство. — Судя по ассортименту в магазинах, до недавнего времени мы выбирали первый путь? — Импортировать — дело лёгкое, плати денежки и завози. Но вся беда в том, что на западном рынке хорошей говядины не осталось. И мы сейчас завозим практически не говядину, а мясо зебу из Бразилии. Это отдельный вид животных — с горбом, которые только похожи на корову. Их мясо не является говядиной, но нам завозят его как говядину через Польшу. Это, конечно, не выход.При потребности на душу населения 32 кг в год мяса мы сегодня фактически производим 12 кг. Вместе с зебу и прочими такими же завозными мясопродуктами потребляем около 20 кг на человека. Главное не это и даже не то, что без говядины нельзя произвести хорошую колбасу, на которую её просто не хватает. Без настоящей говядины нормально человеку жить и развиваться нельзя. Именно в ней английскими, американскими и другими учёными обнаружены так называемые конъюгированные линолиевые кислоты, или КЛК. Они вырабатываются только в желудках жвачных животных — у КРС, овец, коз, верблюдов. Поэтому без включения говядины в рацион человека у него снижается иммунитет ко всем болезням, в том числе к некоторым видам онкологических заболеваний, диабету, желудочно-кишечным и сердечно-сосудистым заболеваниям. — Выходит, мы обречены на развитие мясного скотоводства? — Да у нас 70 миллионов гектаров пустующих пастбищ и ещё 30 — заброшенной пашни, которые при малейшей заботе можно превратить в высокопродуктивные пастбища. И вот на этих пастбищах, по опыту Костромской и других областей, каждые три гектара способны прокормить одну корову и зимой и летом. По моим расчётам, чтобы полностью обеспечить себя говядиной, надо иметь 20 миллионов голов мясного скота. Это в стране. В Нижегородской области — ближе к одному миллиону, здесь большое количество кормовых угодий. То есть около 400 тысяч тонн говядины от мясного скота вы производить сможете. — Как это скажется на цене мяса? — В конечном итоге стоимость его на рынке резко упадёт. Примерно в два раза. Но хочу сразу предупредить, возвращаясь к вашему первому вопросу о том, почему не удаётся поднять отрасль мясного скотоводства. Потому что пытались разводить мясной скот по молочной технологии. А она очень дорогая! Стоимость одного скотоместа в молочном скотоводстве в десять раз (!) дороже, чем в мясном. В нашем молочном животноводстве нарушена структура стада: обычно должно быть 35 – 37 процентов коров, а у нас 45. Многие не понимают этого, казалось бы, чем больше, тем лучше. Всё дело в том, что в хозяйствах невыгодно в молочный период выращивать телёнка до 4 месяцев (когда его можно с выгодой продать или забить). Для этого нужно затратить 300 – 400 кг цельного молока, определённое количество концентратов или заменителей цельного молока, сена, электроэнергии и прочее, прочее. И от новорождённых телят избавляются. Поэтому я внёс в ту самую российскую программу предложение о том, чтобы стимулировать труд животновода или фермера, компенсируя убыток на каждом выращенном телёнке в 4 – 5 тысяч рублей. Естественно, после достижения им четырёхмесячного возраста. Вот почему очень плохо, когда в стаде большой удельный вес коров. Остаётся навести порядок в молочном животноводстве, о чём мы говорили, чтобы получить те самые 2 миллиона тонн говядины, а оставшиеся 3 миллиона — от мясного скота. — Алексей Васильевич, а что это за черкасская говядина, которая пользовалась особой популярностью на нижегородских торгах? — Начну с того, что в 1913 году потребление мяса в России на душу населения доходило даже не до 32, а 80 кг в год. То, к чему надо стремиться, потому что многие европейские страны нуждались в мясе и закупали его, в том числе у нас. Договаривались о закупках на ярмарке в Нижнем, а гнали главным образом в Западную Европу вместе с другим светло-серый, черкасский скот с Украины. За два-три месяца, пока двухлетние бычки шли, они нагуливали вес до 600 – 700 килограммов. Когда их забивали, получали туши 350 – 400 кг, а у нас сейчас живой вес — 250. При хорошей постановке дела мы можем обеспечить говядиной Европу, как и до революции, на 25 процентов. Другое дело, что иностранным капиталистам невыгодно, чтобы производство говядины развивалось в России. Мне прямо говорят об этом в зарубежных командировках, в которые я выезжаю со своими друзьями по Европейской ассоциации животноводства, членом бюро которой я был десять лет. — Говоря о развитии высокопродуктивного мясного скотоводства, вы имеете в виду, что вкус настоящей мраморной говядины наконец-то узнают обычные нижегородцы? — Качество сегодняшнего мяса, связанное с очень низким живым весом, не выдерживает никакой критики. В мясном скотоводстве при живом весе 400 – 450 кг получается говядина такого высокого качества, что её называют мраморной. То есть жир откладывается не под кожей по телу животного, а в толще мяса. И оно получается совершенно другого качества, которое не только в мраморности, но и в качестве белка, белковых аминокислот и так далее. Происходит это потому, что телёночек в мясном скотоводстве выращивается на молоке матери, выпивая его около 2 тысяч литров. В обычном же хозяйстве, пусть даже в откормочном комплексе, в лучшем случае дают всего килограммов 200 молока, остальное — что угодно. — Очень убедительно, Алексей Васильевич. И всё же давайте ещё раз коротко назовём основные доводы в пользу выращивания мясного скота. — Первое: на выращивание одной головы мясного скота весом до 400 кг необходимо затратить 300 – 400 кг зерна, молочного — 2 – 2,5 тонны. Второе: на качество говядины мясного скота влияет то, что большее количество питательных веществ поступает с пастбищ, при этом животные выбирают то, что им нужно, а не едят всё подряд. Третье: не нужно никаких капитальных помещений, а значит, непомерных энергозатрат. И четвёртое — высокая производительность. Нагрузка на одного человека, ухаживающего за молочным скотом, — около 30 голов, за мясным — 300. Заместитель руководителя Международного инновационного агентства по ПФО, доктор биологических наук А. Г. САМОДЕЛКИН: — Наше агентство является координатором деятельности экспертного Совета по реализации государственной программы по развитию АПК при полномочном представителе Президента РФ в Приволжском федеральном округе. В свою очередь, экспертный совет оказывает помощь по созданию стартовых технологических и экологических условий для развития специализированного мясного скотоводства и увеличения производства высококачественной говядины. Для обсуждения этой актуальной темы с официальным визитом в Нижегородскую область и был приглашён Алексей Васильевич Черекаев, который, в своё время являясь руководителем европейского проекта «ТАСИС», очень много сделал для нашего региона. Благодаря ему, а также при поддержке власти и нижегородских учёных-практиков в хозяйствах области в 2001 году насчитывалось уже 14 тысяч голов мясного скота, выращенного по толмачёвской технологии. Столько же, сколько было тогда в Оренбурге — традиционной зоне мясного скотоводства. В Толмачёво, где был создан племзавод герефордской породы, имеющий федеральное значение, приезжали и давали высокую оценку работе английские, канадские и бельгийские специалисты. Выращенных у нас быков отправляли в Ставрополье, Калужскую и Владимирскую области, в Оренбург и многие другие регионы страны. Тогда в рамках второго проекта мы успели освоить технологию разделки туш на отдельные отруба и куски. И если бы ничто нам не помешало, то говядина бы уже пошла на рынок. Единственная проблема того времени — не была сформирована клиентура на мраморную говядину. А сегодня спрос на неё растёт. В специализированные московские магазины завозят мраморную говядину со всего мира. А ведь её можно производить здесь, что уже было доказано. И в рамках программы «Покупай нижегородское» обеспечивать отличным мясом не только население нашей, но и других областей, больших городов. Да, с той поры многое порушено. Да, были проблемы и недоработки в технологии, а это очень важно в экономике. Единственное хозяйство, где в настоящее время есть более или менее подходящая технология и где сохранены специалисты и кадры, — это СПК «Деяновское» в Пильнинском районе. Там своим трудом и потом создали хорошее товарное стадо, это подтвердил Алексей Васильевич. И это уже немало. Тем более сегодня, когда очень остро ощущается недостаток в качественной говядине. Решить эту проблему с учётом пройденного опыта вполне реально, восстановив отрасль мясного скотоводства.
