За строкой и между строк
По страницам трудовой книжки Ирины Малининой К своейсолидной дате (85-летию) заслуженная артистка России Ирина Георгиевна Малинина подошла с солидным багажом: ее стаж составляет более пятидесяти пяти лет, а трудовая книжка еще не закрыта. Сейчас юбиляр работает педагогом-консультантом в Нижегородской государственной филармонии имени М.Л. Ростроповича. Кстати, с этим именем связано и начало творческой биографии певицы — она училась в Тамбовском музыкальном училище у Марии Николаевны Ростропович, тетушки знаменитого музыканта. В Горький приехала в 1954 году после окончания Саратовской консерватории. Строчка первая: 1954 год. Зачислена в качестве солистки оперы в Горьковский государственный театр оперы и балета имени А.С. Пушкина. Дебютировала сразу в большой и сложной партии Татьяны в опере «Евгений Онегин». Критики отмечали: «Кроме природой данного красивого голоса, звучание которого отличалось особой сочностью и широтой дыхания, Ирина Малинина наделена большой музыкальностью… С первых сценических шагов она показала себя одаренной актрисой…» А потом были Кума в «Чародейке», Мария в «Мазепе», Лиза в «Пиковой даме», Наташа в «Русалке», Леонора в «Трубадуре», Дездемона в «Отелло», Маргарита в «Фаусте» — всего более 60 ролей в операх классиков и современников. И ни одна из них не прошла незамеченной: зрители любили свой оперный театр, знали своих артистов, писали отзывы и теплые письма.С завидной регулярностью появлялись статьи о нашей опере и в местной прессе. Какие рецензии сохранила у себя Ирина Георгиевна? — Не так уж много, не уделяла я этому особого внимания. Вот первая публикация — статья О. Соколова. Он писал о постановке оперы Т. Хренникова «В бурю»: «…Молодой артистке удалось достичь яркости и красоты звука, неизменно точного по высоте, а при этом еще и выразительности интонации…» А любимая рецензия принадлежит перу поэта В. Кумакшева — он выстроил мой творческий портрет доброжелательно, точно и… тонко! Очень верно написал: «Голос — природный дар — сам по себе еще ничего не определяет, как божественное сложение фигуры не определяет ценности человека. А вот блестящая вокальная культура солистки — это уже результат работы, поисков, творчества». Как и когда сформировался мой собственный голос? Мне удалось не потерять «природу», а интуиция и вкус помогли ее развить. Очень много дали мне как раз театр и работа с педагогами-консультантами. Однажды я услышаланеожиданную характеристику моего голоса из уст замечательной певицы и педагога С.М. Тухнер: «Вы запели, и у меня уши от воды откупорились». Строчка вторая: 1980 год. Освобождена от работы в связи с уходом на пенсию по выслуге лет. — И все же театр — это не только радостное творчество, это всегда особенные, неоднозначные отношения между людьми… Я в этом плане была благополучна. И ушла достойно — последним спектаклем был «Князь Игорь». Ярославну я люблю, пела с удовольствием, про такое состояние иногда говорят «петь как дышать». После спектакля мой педагог-консультант Е.Г. Крестинский воскликнул: «Ирина! Ты не представляешь, что ты сделала!». Но после ухода из театра петь на сцене мне больше не пришлось. Жалею ли я об этом? Пожалуй, нет. Оставаться в театре «на вторых ролях», как мне предложили, не хотелось. Мне тогда было за пятьдесят. Напелась вволю! Между строк Работа по совместительству в консерватории и музыкальном училище на страницах трудовой книжки оказалась незафиксированной, так же как и общественная. И о том, что Малинина организовала вокальное отделение в музыкальной школе № 1, помнят, наверное, те, кто там учился. О ее деятельности в Комитете защиты мира и в рядах депутатов — те, кому она помогала. О педагогических трудах в театре — те, с кем Ирина Георгиевна делилась знаниями и опытом. Консерватория свела меня с замечательными музыкантами, дала возможность петь в камерных концертах. Я исполняла Баха, Брамса, Дворжака, Прокофьева… А поскольку ноты всегда учила легко и быстро, то мне и работалось легко и радостно. Большое влияние на мое музыкальное развитие оказали преподаватели консерватории Б.С. Маранц, И.О. Кац, А.В. Броун и Г.И. Козлова. Очень уважала концертмейстера К.Н. Солодову: она любила пение и вокалистов, хорошо понимала особенности именно вокальной музыки, чем очень помогала певцам. Интересные встречи подарила мне судьба в те годы. Помню, наш симфонический оркестр под руководством И.Б. Гусмана отправился в гастрольную поездку по городам России вместе с композиторами А. Хачатуряном, Т. Хренниковым, великими музыкантами Л. Коганом, В. Пикайзеном. Меня, никому не известную артистку, пригласили участвовать в концертах с такими мастерами! Было чем гордиться! Интересной была и «депутатская» поездка по районам с Т. Хренниковым. Он включал в делегацию представителей разных музыкальных театров, а у нас ставились его оперы «В бурю», «Мать». Мне тогда посчастливилось работать с выдающимися певцами И. Петровым, Г. Бариновой — я их раньше только по радио слышала! Позже довелось петь вместе Б. Штоколовым, Е. Кипкало, И. Козловским…1981 год. Принята руководителем вокального коллектива в Дом культуры работников торговли. — И все же театр — это было самое дорогое в жизни. Но началась другая жизнь, я «ушла в самодеятельность». Работала с теми, для кого пение — не профессиональный труд, а удовольствие или второе призвание. Наверное, важно научить кого-то правильно петь, но главным для меня было воспитание музыкальной и общей культуры в людях, стремившихся к прекрасному. И мне кажется, что какую-то положительную роль в их эстетическом развитии наши занятия сыграли. Очень хорошо мне тогда работалось с концертмейстером Н.А. Масловой. С нею мы работаем вместе до сих пор — теперь уже в филармонии. 1993 год. Нижегородская филармония. Принята на должность репетитора по вокалу. — А начинала я здесь с прекрасным музыкантом Б.А. Альтерман. Моя задача — подготовка вокалистов к концертам, работа с конкретными произведениями. Я участвую в обсуждении репертуара, художественных советах, прослушиваниях певцов. В повседневной творческой деятельности певцу недостаточно профессиональных навыков, полученных в консерватории. Необходимо научить исполнителя соотносить мелодию с текстом, найти правильную интерпретацию музыки. Иногда ему не сразу удается приготовиться к следующей фразе, соответствующим образом «настроить» свой голосовой аппарат. И здесьпомогаю я. Иной раз приходится и пошуметь, могу еще что-то и сама показать голосом. Что не допела, что хотелось еще спеть — все отдала ученикам, все ноты собрала — и отдала… Голосовой аппарат — вещь настолько тонкая. А тренировать, «воспитывать» мы можем только его окружение: дыхательную систему, мышцы «опоры», горла, резонаторы. Так что эти две узенькие — голосовые связки — и есть тот самый «король», которого «играет свита». Педагог помогает певцу только своим«ухом» и своим личным опытом. А мой опыт еще востребован. Могу что-то сделать для артистов филармонии. Так что праздник творчества остается со мной всегда! И музыка… И пока хватит сил, я буду приходить в мой любимый зал, где музыку слушают, а не пляшут под нее, буду слушать каждую программу и делить с этим залом свою радость.
