Забронзовели

Майкл Джордан и Сергей Бубка, Эйсебио и Оскар де ла Хойя, Уэйн Гретцки и Оле-Эйнар Бьорндален… Этих людей объединяет не только то, что они являются выдающимися спортсменами. Роднит их и тот факт, что они удостоились очень редкой почести: еще при жизни им были поставлены памятники. Совсем недавно «забронзовела» и еще одна звезда мирового спорта – канадский хоккеист Марио Лемье.Церемония открытия бронзовой статуи великого СуперМарио состоялась 7 марта, на площади, расположенной перед «Консол Энерджи Центр» – домашней ареной клуба «Питтсбург Пингвинз», за который Лемье выступал. Называется сей скульптурный ансамбль Le Magnifique, что в переводе с французского означает «великолепный». Это одно из прозвищ форварда. Никакого особого повода для того, чтобы увековечить уроженца Монреаля именно сейчас, не было. Просто данное решение давно, что называется, назревало. Все-таки Лемье – лучший хоккеист в истории Питтсбурга, преданно служивший команде из этого города на протяжении всей своей долгой карьеры. Он принес «пингвинам» два Кубка Стэнли и набрал почти 1900 очков за результативность. Завоевал бесчисленное количество индивидуальных трофеев, выигрывал всевозможные титулы со сборной Канады и был включен в Зал хоккейной славы.Причем Лемье – это не только голы, очки, кубки и символ виртуозного владения коньками и клюшкой. Лемье – это еще и пример уникальной верности. Он не только творил чудеса на льду. Когда руководство «Пингвинз» привело клуб к настоящему банкротству, именно СуперМарио пошел на беспрецедентный по нынешним временам шаг и выкупил команду, взяв на себя все ее долги. И очень успешно совмещал две, казалось бы, несовместимые роли – игрока и владельца. В 2009 году, уже после окончания карьеры, он выиграл свой третий Кубок Стэнли. Теперь уже в качестве хозяина «Питтсбурга». Плюс к тому, благодаря ему «пингвины» обзавелись новой ареной – «Консол Энерджи Центр». Вообще, Лемье – один из главных брендов Питтсбурга, а сейчас наверняка и самый известный. Не поставить ему памятник было просто невозможно. Сделан он на частные деньги группы собственников хоккейного клуба, местных профсоюзов и членов бизнес-сообщества. И теперь все могут увидеть, что же в итоге вышло из-под рук скульптора Брюса Вольфа.В нашей стране не сложилось еще традиции ставить выдающимся спортсменам прижизненные памятники. Всеволод Бобров, Лев Яшин, Валерий Харламов, Эдуард Стрельцов и многие другие легенды советского спорта были увековечены уже после смерти. В этой связи любопытна история футболиста Александра Мостового. В начале «нулевых» полузащитника, блиставшего тогда в испанской «Сельте», решили увековечить поклонники клуба и жители портового Виго. Болельщики боготворили россиянина, дали ему прозвище Царь и вроде бы даже начали собирать деньги на памятник. Но в итоге идея не получила материального воплощения, а сама «Сельта» не первый уже год болтается во втором эшелоне испанского футбола. До памятников ли им сейчас? Да и Мостовой – хотя его вряд ли можно за это винить – покинул команду в непростой для нее момент и не без скандала. Так что на монумент, можно сказать, не «наиграл». Для этого нужно хотя бы в чем-то быть Марио Лемье.Ну или Майклом Джорданом. Памятник в честь величайшего баскетболиста всех времен и народов является одной из достопримечательностей Чикаго. В конце 1993 года Джордан первый раз объявил о завершении своей карьеры, а в августе 1994-го открывался «Юнайтед Центр» – новая арена местной баскетбольной команды. Вот и решил тогда владелец «Чикаго Буллз» Джерри Райнсдорф: при входе на стадион должен стоять Джордан. Созданием памятника занялась творческая супружеская чета – Джули и Омри Ротблатт-Амрани. Они решили сделать скульптуру динамичной и запечатлеть Его Воздушество в игре. Работа велась в режиме строгой секретности в течение четырех месяцев. Самого баскетболиста изваяли из бронзы, а для постамента использовался черный гранит. Общая высота памятника – пять метров, а вес – под тонну. Джордан парит над абстрактным силуэтом своих противников, готовясь совершить фирменный бросок сверху. Эффект полета действительно был достигнут. Кстати, та же семья Амрани впоследствии выполнила памятник другой звезде «Чикаго Буллз» – Скотти Пиппену. Он был установлен в апреле прошлого года в вестибюле все того же «Юнайтед Центр».Относительно недавно высокой чести был также удостоен знаменитый норвежский биатлонист Оле-Эйнар Бьорндален. В сентябре 2008-го муниципалитет коммуны Мудум воздвиг ему памятник в местечке Симостранда. Здесь он провел свое детство. Скульптором данного изваяния являлась Кристин Коккин – норвежка, проживающая в США. Бьорндалена она сделала из бронзы в натуральную величину, хотя общая высота монумента – три метра. Вес композиции – около 450 килограммов. По признанию Коккин, самым сложным было передать движение легендарного спортсмена на лыжах. Поэтому она пригласила позировать бывшего биатлониста и старшего брата Оле-Эйнара – Дага Бьорндалена. На церемонии открытия памятника присутствовали более тысячи человек. Среди них – даже король Норвегии Харальд V. Сам виновник торжества остался очень доволен работой скульптора.Полюбоваться на себя со стороны может и украинский прыгун с шестом Сергей Бубка. Над «бронзовым рекордсменом» работали близкий друг атлета, скульптор Николай Ясиненко и архитектор Владимир Бучек. Открыт памятник был в августе 1999 года в Донецке, неподалеку от бывшего стадиона футбольного клуба «Шахтер». Бубка изображен в полный рост, готовящимся к прыжку с шестом в руках. Справа от него пролетает ласточка. Высота композиции – 3,5 метра. Однако особый масштаб ей придает постамент, высота которого равна 6 метрам 15 сантиметрам. Данный размер выбран неспроста. Таков мировой рекорд Бубки в прыжках с шестом, который до сих пор никто не может побить. Интересно, что сам Бубка отнесся к идее этого памятника довольно негативно. Инициатива его создания исходила от городских чиновников, и им потребовались даже определенные усилия, чтобы убедить великого легкоатлета в важности данного проекта…