Земля уходит из-под ног
С первых же слов Ивашина было ясно, что на душе у него наболело. Обычно доброжелательный и улыбчивый, с метким словцом наготове на сей раз он был полемически серьезен. Без особых раздумий согласился высказать для газеты свои мысли. Если, конечно, на не побоится остроты затронутых проблем.? Ну что производство? ? говорил он, словно отмахиваясь от сиюминутных дел. ? В обычном рабочем ритме. Скотину кормим, коров доим, технику к весне ремонтируем, год завершили успешно, ни гектара земли не запустили. Старт в новый год взяли без раскачки, и нечего цифрами загромождать будущую статью.И полувопросительно добавил:? Если она появится в вашей газете. У нас ведь не рядовое сельхозпредприятие ? учебное хозяйство сельхозакадемии, опытное производство.И у него, директора учхоза «Новинки», хозяйственника и ученого, эти тревожные мысли не вчера родились, за девять лет на этом «продуваемом» посту неординарного руководителя их накопилось столько? Нет, он, Евгений Иванович Ивашин (аж два русских Ивана в отчестве-фамилии), боль свою высказывает где только может, даже, как это недавно было, на встрече с министром сельского хозяйства России А. В. Гордеевым. А беда в том, что хоть тельняшку на себе рви, а ничего не меняется.Дело-то в том, что учхозы высших сельскохозяйственных заведений страны ? предприятия особенные. Главная их задача ? готовить будущих стратегов политики развития всего отечественного агропродовольственного комплекса. Чтобы потом им судьбу российского села в руки передать. А что получается? Из 69 бывших учхозов по России как таковых осталось только 48, а еще девять ? в стадии банкротства. В Саратове, например, крупнейший в стране аграрный университет, где обучаются 20 тысяч студентов. Некогда практическое мастерство они оттачивали в четырех опытно-производственных хозяйствах (ОПХ), а сейчас те переданы в аренду сконцентрировавшимся здесь немцам ? поселенцам и переселенцам. Да, благодаря германской педантичности производство в них развивается, но, с другой стороны, рыночные неумолимые реалии привели к тому, что университету для обеспечения прохождения в них учебной и производственной практики своих студентов надо теперь платить немалые деньги. А Минсельхоз РФ, в чьем ведении находятся высшие агрозаведения, не очень-то на эти цели раскошеливается. Собственно, как и на обновление учебной базы самих академий и институтов. В полной мере это касается и нашей Нижегородской сельхозакадемии.? Ну как, скажи на милость, ? вопрошал Ивашин, ? будущего ветеринарного врача сложнейшей науке лечения бессловесных животных учить по муляжам и плакатам? Как растерявшегося студента, впервые увидевшего живую корову (а, как ни странно, на ветеринарный факультет поступает много горожан в надежде в будущем устроиться в расплодившиеся частные «Айболиты» и лечить кошечек и собак), научить не бояться видеть страдающего животного? Это же специфическая специальность. Преодолеть страх может по-настоящему любящий животных человек. Или тому его научить надо. В мединститутах была практика (не знаю, как сейчас), когда абитуриентам перед вступительными экзаменами устраивали экскурсии в морг. Прекрасный тест на будущую профпригодность.А как готовить сельхозинженеров на старых «Нивах» и допотопных тракторах, если академия и тот же учхоз не располагают самыми современными техническими новинками? Ну, придет, скажем, в передовое хозяйство такой выпускник, а там уже есть все это технологическое совершенство. Чему он комбайнера, механизатора, оператора фермы научит?«Да если бы только это!» ? отчаянно произносит Ивашин и призывает подтвердить свои горькие размышления давнего друга Александра Евгеньевича Лобастова, директора аналогичного учхоза «Чистые пруды» Вятской сельхозакадемии, как раз приехавшего в «Новинки» по делам.? Я часто присутствую на выпускных экзаменах нашего агрономического факультета, поскольку сам по образованию агроном ? с ходу включается в полемику Лобастов. ? Так стыдно признаться, какую они чушь несут, пытаясь объяснить какую-то сложнейшую концепцию биологической сущности развития растений. А ведь им завтра решать комплексные проблемы продовольственной безопасности страны на уровне жесточайших требований мировой конкуренции. Вот и боятся села, как огня, эти недоучки.? Я вот вспоминаю, ? продолжает Лобастов, ? историю создания нашего учхоза. 3 марта 1904 года указом российского императора на землях помещика Аланьева была создана сельскохозяйственная школа ? впоследствии реальное аграрное училище. Реальное, заметьте. Часть денег на выкуп земли у хозяина выделило местное земство, часть ? государство. А потом то же царское правительство ежегодно выделяло по 2500 золотых рублей на обучение будущих агрономов-полеводов. И у самого-то Аланьева хозяйство было образцовое по тем временам, а школа получила название «Аланьевская дача». (Тут Ивашин заметил, что нынешний Агродом ? институт управления АПК в Зеленом Городе тоже начинался с подобной школы.) Так вот, Аланьев, ? переждав слова коллеги, продолжил Лобастов, ? имел помимо ферм и земель еще и сады и организовал винокуренное производство. Да так умело, что в качестве холодильников-конденсаторов использовал небольшие искусственные пруды, оттого никогда не замерзающие. А в них круглый год резвилась рыба. ? И с горечью закончил: ? А сейчас мы тоже не в лучшем положении, чем любой другой учхоз в стране.М‑м-да, ребята, невесело. Но это еще только присказка. Дальше ? больше. Естественно, что все учхозы при их создании привязывались к академиям и институтам и располагались в пригородных сельхозпредприятиях. Раньше-то это было огромным плюсом ? учебная база для студентов под рукой. А ныне, вернее, с момента рыночных преобразований, как раз близость к городу обернулась бедой. Конечно, учить студентов на базе ультрасовременного «Пушкинского» было бы идеально, но ведь Большое-то Болдино от Нижнего за 250 верст. Вот и попали «Новинки» в капкан алчных притязаний на свои земли. Часть из них вообще находится в черте Советского района Нижнего Новгорода. А он растет, за счет дорогущего частного строительства всеми правдами и неправдами расширяется. И у директора на столе ? куча властных предписаний: в порядке исключения, в порядке решения национального проекта индивидуального одноэтажного строительства? Аж с самого верха. Евгений Иванович, как может, отбивается, но не всегда успешно. 52 гектара уже оттяпано, а претензий еще на 700.И это бы в конце концов ладно ? куда же расти элитным поселкам? Парадокс в другом: за дорогую землю учхоз не получает ни копейки. Собственность федеральная, значит, и управляют ею по цепочке Минсельхоз России и Госкомимущество. Да отдайте хоть 20 процентов учхозу и академии от тех огромных денег, выручаемых за продажу земли! Кстати, в областных властных кругах год назад такая идея зрела. Речь шла о целом миллиарде рублей, но как-то незаметно об этом замолчали.А дальше ? вообще замкнутый круг. Учхозы в нацпроекты ускоренного развития не попадают, частных инвесторов привлечь не могут, кредиты замыкаются на федеральный Минсельхоз, а проблемы залога под кредиты ? в руках Госимущества и налоговых органов. В областное же министерство сельского хозяйства и продовольственных ресурсов нет законных оснований пробиться. Хотя там Ивашину искренне сочувствуют, чем-то пытаются помочь. Выходит, чтобы по настоящему обучать будущих стратегов развития отрасли, директор учхоза должен строить ту самую мега-ферму, покупать новейшие технологии, используя только средства от оборота производственной деятельности. Да еще изворачиваться, чтобы удержать рабочие кадры, городом безжалостно отсасываемые. Порой даже неоправданно повышая оплату труда, которая и сейчас в 1,5 ? 2 раза выше, чем в среднем по Богородскому району. В животноводстве, например, ? от 6 до 12 тысяч рублей в месяц. И пусть он даже построит ту самую суперферму, она станет собственностью государства. Ведь у коллектива нет ни земельных, ни имущественных паев, которые бы можно сконцентрировать на базе акционирования. Ну а уж коли так, так обеспечь, родное правительство, финансирование (достаточное и прозрачное) хотя бы для организации современного учебного процесса в самой академии и не менее эффективного процесса учебно-производственного.А то ведь до смешного доходит. Вот есть в академии обязательный курс овцеводства для зооинженеров, а самих-то овец в области и не осталось.Есть еще один аспект проблемы ? чисто нравственный, одними только деньгами не решаемый. Слишком внизведен престиж специалистов сельского хозяйства и сельского труда в целом. Сколько выпускников академии возвращаются в село? Мизерный процент. Да, там тяжело, там ненормированный рабочий день, там нет комфортных условий труда и быта. Многого чего нет. Это ведь от магазинного пакета молоко плохо не пахнет, а технология-то производства молочка ? мясца ох как не ароматна. Значит, чем-то надо компенсироваться тяжесть и специфику этого труда. Висят же в городе объявления: приглашаются на работу водители мусоровозов, оплата ? от 15 ? 20 тысяч рублей. Есть на что дезодорант и духи купить.Вот и получается, по словам Лобастова, ситуация, характерная, собственно, для села вообще. Принял он недавно на работу пять девушек-выпускниц с «красными» дипломами в надежде на будущую преемственность, а они, поварившись в «сельском амбре», затосковали.
