Итоги мундиаля: Нижний оказался «внезапно открытым»

Фото Александра Воложанина

Денис Осин заходит в кафе как раз в тот момент, когда я читаю пост в Фейсбуке Олега Шакирского: «Нижегородцы впервые (!) в своей истории увидели, что происходит с городом, если его любить. Не защищать, не поддерживать из последних сил жизнедеятельность, а любить. Убедились, что ощущения внутреннего комфорта и жизненной гармонии, которые мы испытываем, приезжая в другие страны, зависят не от географического положения, а от общего настроения в городе», — пишет он. И пишет, конечно, про чемпионат мира, который внезапно изменил и город, и настроение его жителей.

 

— Мы как раз об этом хотели поговорить, — протягиваю Денису телефон.

— Об этом, кажется, все сейчас хотят поговорить, — улыбается он.

Денис Осин – гештальт-терапевт и, как он сам говорит, «неправильный директор по персоналу». Неправильность его заключалась в непривычной для этой роли аналитичности. Мы знакомы с ним еще с тех времен, когда ровесникам изначально говоришь «ты», и обсуждаем будущее города, которому, в общем-то, тоже странно говорить «вы»: он нам родной.

Я прошу его как психолога оценить: что изменилось в городе? И почему нижегородцы (хмурые и неулыбчивые) оказались так податливы на радость?

— Поменялось то, что сложно измерить линейкой, но что очень легко ощущается всеми: настроение, — говорит Денис. – Мы сами вдруг поверили, что в наш город хочется приезжать.

В кафе заходит иностранный болельщик, на ломаном английском пытается объясниться с официанткой – та на таком же ломаном отвечает. И пусть их акцент далеко не оксфордский, они оба понимают друг друга, используя вместо непонятных слов улыбки.

— Понимаешь, в чем парадокс? – говорит Денис. – В наш город не поедут толпы туристов до тех пор, пока мы сами не поверим, что Нижний достоин того, чтобы его увидеть. А что мы обычно транслировали в соцсетях о Нижнем до чемпионата?

— Дорогие плохие, метро почти нет, серость, пыль, синий забор, — перечисляю то, что писала сама.

— Полная депрессия, — подводит черту Денис.

И мы, перебивая свой разговор имбирным чаем и какао, говорим с ним о том, что иностранные болельщики вдруг сделали городу подарок, какой сами нижегородцы сотворить не смогли: они подарили нам наш Нижний. Оказывается, у нас интересно, красиво и даже Покровка вполне может быть европейской. Той самой улочкой, по которым нам очень нравится прогуливаться в Старом Свете и о которых мы ужасно ностальгируем здесь. Они верили в наш город больше, чем мы.

— Денис, а как ты думаешь, после ЧМ все изменится? Нижегородцы смогут сами поддерживать атмосферу праздника? – спрашиваю, уже предполагая ответ.

— Нет, конечно, — подтверждает он мои мысли. – ЧМ стал некой витаминкой, инъекцией оптимизма: мы вдруг взбодрились, увидели город другим, расправили плечи – но действие витамина пройдет, а мы останемся. Одного месяца слишком мало, чтобы изменить психологию города, формировавшуюся веками.

Но Денис – не пессимист. Констатируя факт, он одновременно с этим фактом начинает работать. И размышлять, что нужно Нижнему Новгороду, чтобы в нем было «жить хорошо».

Фото: Николай Нестеренко "Нижегородская правда"

ЧМ уже показал: городу нужны туристы. Они держат нас в тонусе, не позволяют горожанам закиснуть в своей мизантропии, а городским властям – в невнимании к внешнему облику города. Фактически, туристы – это гости, к приходу которых начинаешь делать в квартире генеральную уборку и тренировать улыбку. Ирония судьбы состоит в том, что, чем чаще приходят гости, тем меньше сил нужно на поддержание порядка и тем естественнее получается улыбка. Если гости будут всегда – возможно, порядок и доброе расположение станут для нас такими же привычными, как в советские годы хмурое «вас тут не стояло».

Значит, туристов нужно привлекать.

— А чем привлекать? – ложкой топлю зефирки в какао, но они упорно всплывают: вот у кого воля к победе!

— Тут много факторов, — Денис наблюдает, как я проигрываю зефиркам, — из тех, что на поверхности – внешний облик. Смотри, у нас отремонтировали фасады. Город сразу изменился. И теперь важно не забрасывать их еще на десять лет, а обновлять ежегодно. Чтобы они такими красивыми были всегда, а не только во время ЧМ. Тебе же знакома теория разбитых окон?

— Не так уж плохо я училась в вузе, — смеюсь, вспоминая свой диплом психолога.

Это классическая история: в Нью-Йорке рубежа 80-90 годов прошлого века (как странно писать про 20-й век – «прошлый») метро было одним из самых криминальный «точек». И мэр Джулиани начал методично бороться с этим, наводя чистоту: ни один вагон метро не выпускался на линию со следами граффити или выбитым окном, все станции освещались максимально ярко и отмывались максимально чисто. За несколько лет метрополитен удалось почти полностью декриминализовать.

— Так вот, чем чище будет город, тем меньше люди станут в нем мусорить, — продолжает Денис. – Целый ряд исследований выявил: в наше время из всей «городской популяции» 5% людей никогда не будут соблюдать правила, чтобы не происходило вокруг. Еще 5%, напротив, будут эти правила соблюдать всегда. Остальные же 90% станут действовать «по ситуации». Видишь, как важна внешняя привлекательность города? Все эти фасады-урны-туалеты – они приносят намного больше пользы, чем тратится денег на их содержание и поддержание.

— Ну хорошо, фасады и урны — понятно. Но это же не привлечет туристов в промышленных масштабах.

— А что привлекает туристов? Вот ты за чем едешь в другую страну? – Денис смотрит на меня взглядом профессионального психолога.

— За впечатлениями, – говорю первое, что приходит в голову. – Ну, а за чем еще?

— Именно. А от чего мы получаем впечатления? От интересных видов – и в этом смысле городские скульптуры на Покровке появились как нельзя кстати. От вкусной еды. Приезжая в незнакомый город, мы ходим по разным кафе и изучаем – и лишь через какое-то время останавливаемся на том, которое нам понравилось больше всего. Еще позитивные впечатления мы получаем от удобств – во всех смыслах. Это и удобная городская навигация – ты обратила внимание, что буквально за неделю до чемпионата во всех точках, где может быть много болельщиков, вдруг появилась по-настоящему удобная навигация?

— Конечно! Она такая заметная…

— Что мимо нее не пройдет ни один турист. Неужели раньше нельзя было так сделать?

Денис говорит, что не менее важен свободный вайфай – и даже не потому, что мы хотим понравиться туристам, а потому, что нам нужно, чтобы туристы пиарили наш город среди своих друзей. Сделав селфи, человек хочет запостить в соцсетях фотографию сразу. Если дать ему такую возможность – он это сделает, причем радостно и на эмоциях. И его счастливое лицо на фоне башни Кремля или бескрайних волжских горизонтов увидят все. А если вайфая не будет и до свежих фоточек он доберется только вечером в гостинице, то, вполне возможно, и постить ничего не станет – эмоции перегорят.

— Знаменитая фраза, которая вышла из гештальт-терапии – «здесь и сейчас», — объясняет Денис, – в этой терапии работают с эмоциями, которые человек испытывает именно в данный момент, в кабинете терапевта – даже если он рассказывает о прошлом.

Мы ненадолго переходим от туризма к психологии и я спрашиваю то, что давно вертится в голове:

— А как ты думаешь, Нижнему Новгороду туристы вообще нужны? Если оценить то, как мы пережили чемпионат? Ведь это было не так просто: всегда улыбаться, уступать привычные кафе иностранцам (потому что приходишь – а мест нет, все занято болельщиками, или места есть, но цены заметно выше)? Может, ну его, этот туризм и мы лучше заработаем на промышленности?

— А ты ходила по городу во время ЧМ? – Денис смотрит на меня, предугадывая мой ответ.

— Ходила. Люди улыбались, скулы у них от улыбок не сводило…

— Даже полицейские улыбались. Значит, нижегородцы все-таки, несмотря на десятилетия «закрытости» города, готовы к приему гостей, которые несут другую культуру, возможно – другие базовые ценности, возможно – иногда нарушают нашу зону комфорта. И посмотри: город готов не только эмоционально, но и «физически»: наплыв туристов был огромен, но наши улицы оставались чистыми. Мы можем поддерживать порядок, если действительно этого захотим! Нужно лишь четко понять, чем мы можем привлечь людей из других городов нашей страны, из-за границы. Например, у нас нет моря. У нас и пляжей-то достойных нет. Но у нас есть канатная дорога. Есть потрясающие виды. Есть народные промыслы. Есть историзм… На твой взгляд, Нижний Новгород – какой он?

— Консервативный, медленный… я с ним не очень совпадаю по ритму жизни, — внезапно перехожу с обычного разговора двух знакомых на уровень повышенной откровенности.

— Да, он – неспешный. Но в этом и есть одна из фишек города: в нем можно гулять. В том числе – и по новой набережной, кстати. Но активные люди тоже есть. Например, в городе устраиваются заплывы через Волгу. Это – мощный вызов! Где еще, например, москвич, может переплыть Волгу? – Денис задает риторический вопрос.

— А Волга, если возвращаться на уровень эмоций, не просто река, а «река со смыслом», – вставляю свои пять психологических копеек.

— Да. Москвич поедет в Нижний. И таких москвичей много. Причем заметь: это сложное мероприятие с точки зрения безопасности, но в Нижнем есть активисты, которые умеют подобные мероприятия организовывать и проводить. Все, что нужно от администрации – обеспечить им «зеленую улицу» и продумать: какие еще мероприятия можно провести «вокруг» заплыва – с тем, чтобы они были интересны людям, которые приедут на водный марафон. И такие люди будут приезжать к нам еще и еще. И везти за собой знакомых.

— И мы будем их принимать и принимать… — я смотрю в окно, за которым идут люди. Десятки людей. Самых разных: веселых, грустных, молодых, пожилых, модных, махнувших на свою одежду рукой, вдоховленных, задумчивых… Сложная задача у города – быть для каждого удобным. Но как-то же нужно с ней справляться.