Газета "Новое дело"

Золотое лечение: почему фармкомпании отказываются производить дешёвые лекарства

Золотое лечение: почему фармкомпании отказываются производить дешёвые лекарства
Фото Александра Воложанина
В аптеках не опасаются дефицита

Дешёвые лекарства из списка жизненно важных скоро могут исчезнуть с полок аптек. Несколько фармкомпаний сообщили, что прекращают их производство, потому что оно стало убыточным, а повысить цены им не позволяет закон. Рискуем ли мы лишиться доступных препаратов?

 

Дороже денег

Всё началось с письма Национальной ассоциации фармацевтических производителей (АПФ) в комитет Госдумы по охране здоровья. В нём говорится, что одни производители уже отказались от выпуска некоторых лекарственных препаратов из перечня жизненно необходимых и важнейших, другие собираются сворачивать производство. Аналогичное письмо отправилось в Минпромторг. Речь идет о парацетамоле, ибупрофене, димедроле и других – всего более 50 наименований. Причина состоит в том, что производство этих лекарств обходится заводам дороже, чем они могут его продать.

– Дело в том, что цены на препараты из списка жизненно необходимых регулируются государством, – рассказал нам специалист одной из фармкомпаний. – Единственное, на что мы можем рассчитывать, – это повысить цену на уровень инфляции, который устанавливается федеральным законом о бюджете страны на каждый конкретный год. Но мы тратимся на сырьё, материалы, которые дорожают зачастую больше, чем на уровень инфляции.

К тому же в декабре прошлого года вступило в силу новое постановление правительства о всеобщей перерегистрации всех действующих цен на лекарства.

– Главная цель процесса перерегистрации – сделать лекарства более доступными для населения.

С одной стороны, это забота о нас как о потребителях. Но власти забывают о том, что есть и производители, – сетует специалист фармкомпании. – У нас тоже есть низкорентабельные препараты, но мы их пока не исключаем из своего продуктового портфеля, потому что они нужны потребителям. И надеемся, что после перерегистрации правила по индексации немного смягчатся, будут учитываться и наши интересы как производителей.

Сдерживать или платить

Производителям сейчас и в самом деле приходится непросто.

Большинство использующихся в российской фармацевтике субстанций производится в Китае (51,7%) и Индии (26%). В этом году многие китайские заводы закрылись на карантин и только сейчас возобновляют свою работу. Индия также сократила поставки из опасений, что ее граждане сами могут столкнуться с дефицитом лекарств во время пандемии. На этом фоне цены, естественно, растут.

Иногда для этого достаточно слова.

– Плаквенил прорекламировал сам Дональд Трамп как препарат против коронавируса. Он изначально применялся как противомалярийное средство. Его действующее вещество – гидроксихлорохин. После того как Трамп сказал, что это вещество эффективно в лечении коронавируса, эта субстанция выросла в цене в шесть-семь раз, – рассказал нам член совета директоров группы компаний «Алиум» Андрей Младенцев.

Ситуация осложнилась падением курса рубля. Всё это делает ещё более убыточным производство препаратов, которое и раньше не приносило доходов.

В результате, по мнению экспертов, препараты, выпуск которых невыгоден производителям, могут просто исчезнуть с аптечных полок, как это уже было в 2014 году.

– Когда китайцы повысили цену на хлорамфеникол, с рынка ушли все таблеточные формы, содержащие эту субстанцию, например, левомецитин. Производители не смогли их продать, потому что себестоимость была выше отпускной цены. И все эти компании встали в очередь на перерегистрацию цены, надеясь, что им позволят установить цену, которая даст возможность продать этот препарат хотя бы не в убыток. Для некоторых компаний этот процесс занял от года до двух, – вспоминает Андрей Младенцев.

Иногда фармкомпаниям выгоднее прекратить производство лекарства на три года, после чего его можно будет зарегистрировать заново, но уже по новой цене.

– Система регистрации цен на жизненно необходимые товары – не скажу, что она порочная. Я бы взял на себя смелость сказать, что вообще не понимаю, зачем она существует, – считает эксперт. – В развитых странах этот механизм работает по-другому. Там для каждого препарата применяется понятие референтной цены – стоимости конкретного лекарственного препарата, которую государство (или страховая компания) готово оплачивать в рамках госзакупок. И когда человек покупает препарат выше этой цены, ему государство или страховая компания компенсирует это в размере референтной цены. Условно говоря, захотел бы «Озон» продать по одной цене, «Биохимик» по другой, «Синтез» – по третьей цене – это их дело. Просто пациент будет понимать, что, купив препарат дороже референтной цены, он заплатит из своего кармана. Если бы государство это ввело, тогда не нужно было бы никакого регулирования цен. Рынок сам бы всё отрегулировал.

Так или иначе, реакция депутатов на обращение фармацевтов пока не известна.

В Аптечной гильдии уверяют, что даже если компании выполнят свою угрозу, дефицит лекарств нам всё равно не грозит. Поскольку тогда рынок займут препараты из Белоруссии, где их производство субсидирует государство.

Наша группа ВКонтакте: интересные новости, живое обсуждение, розыгрыши и призы. Подписывайтесь!
Подпишитесь на нас
Новости партнеров
Похожие публикации