Денис Макаренко: «Однажды на Каннский фестиваль я пришёл в кроссовках. Охранник меня не пустил»

Денис Макаренко: «Однажды на Каннский фестиваль я пришёл в кроссовках. Охранник меня не пустил»
фото Кирилла Мартынова
Денис Макаренко фотографирует Каннский фестиваль больше 20 лет

14 мая во Франции стартовал Каннский фестиваль. Для нижегородского фотокорреспондента Дениса Макаренко это уже 21-й фестиваль. Денис снимает звёзд первой величины, его работы покупают не только иностранные журналы, но и сами герои этих снимков.

В начале мая в отеле «Шератон» открылась персональная выставка фотографа «Рисую светом». О том, как снимать Анджелину Джоли и Роберта Де Ниро, о секретах необычных кадров, тайну которых безуспешно пытаются разгадать конкуренты, Денис Макаренко рассказал «Нижегородской правде».

– Многие говорят, что у вас оригинальный стиль, который нелегко повторить. Как вам удалось его найти?

– На фестивалях всегда бывает куча репортёров, которые фотографируют одинаково. Кто-то эмоцию поймал или часть голого тела. Я смотрю – у него и у меня одинаковые фото. А чем я отличаюсь? Не было роста, поэтому решил придумывать что-то. Так появилась своя световая схема. Ну и важно ещё поймать атмосферу. Фотографы обычно используют вспышки. Я её ещё в 2013 году снял с камеры. Поэтому пользуюсь только светом от вспышек чужих фотоаппаратов. Главное – нужно знать, куда встать и когда другие нажмут на кнопку.

– От других вспышек не идёт постоянный свет, там же только импульсно…

– А я интуитивно понимаю, когда надо фотографировать. У меня фотоаппарат притормаживает иногда. И когда кто-то снимает серийной съёмкой со вспышкой, я ловлю эти моменты. Иногда спонтанно получается.

Как-то фотографировал фестиваль в Берлине, менял баланс белого, чтобы погасить красный. Получился синий оттенок. И потом забыл переключить. А тут актёр Идрис Эльба идёт, он афроамериканец. И на фото у него с синим фоном получилась идеального цвета кожа. Теперь я афроамериканцев только в синем снимаю.

– Если в Каннах такое количество фотографов, их работы перед фестивалем тщательно отбирает комиссия. Вероятнее всего, туда приходят люди с опытом. Как вам удалось всех перехитрить?

– Потому что мне нравится кино. Я чувствую всех актёров и режиссёров. Я их всех знаю по именам. Даже в какой-то степени любовь у меня к ним. Кого-то я видел в интересных ракурсах в кино и пытаюсь повторить с ними это в жизни. Это называется «попал в тему».

– Получается, приоритет в вашем увлечении – именно кино, а фотография – это лишь инструмент?

– Может быть… Нет, я люблю фотографировать. Расширяю рамки: снимаю не только артистов, снимаю в путешествиях, местную архитектуру. Пытаюсь видеть объект так, как его не видят другие. Когда отдыхаю от них (показывает на портреты. – Прим. ред.), я снимаю природу.

На фотографиях Дениса Макаренко - Натали Портман и Эдриан Броуди

– Что в вашей жизни появилось первым: кино или фотография?

– В седьмом классе я увлёкся кинематографом. Собирал открытки, журналы с кинозвёздами. Смотрел фильмы разные и даже в свою книжечку ставил им оценки. Потом появился фотоаппарат «Зенит». Что-то проявлял, но меня это совершенно не увлекало. После того как я начал ближе знакомиться с кинематографом, стал замечать, где хорошие картинки, а где – не очень.

Даже в самых элементарных фильмах, советских – например, в «Девчатах» (0+) – обалденный свет. Видимо, кино в павильоне снимали. Позже стал узнавать хороших операторов, следил за ними. Ведь есть фильмы, в которых вообще из операторской работы ничего нет. Ну средний человек снимал, ничего необычного. Например, «Невезучие» (12+). Свет же там не главное. А «Летят журавли» (12+)? Там не столько разговоры важны, сколько свет. Почему Марлен Дитрих во всех фильмах красивая? Даже не красивая, а идеальная. Она сама эту схему света ставила, то есть как оператор работала. Главная задача у неё была – не сыграть, а чтобы был свет правильный. Поэтому даже в 60 она прекрасно выглядела в кадре, ведь свет может омолодить кого угодно.

Денису Макаренко удалось запечатлеть Жерара Депардьё и Леонардо Ди Каприо

– А как вы оказались на Каннском фестивале?

– Первый раз я поехал в 1999 году просто как турист посмотреть, что такое Каннский фестиваль. Подмечал, какой объектив нужен, чтобы снимать там. Жил в Ницце и каждый день как на работу ездил в Канны.

Пробирался на фестиваль обходными путями, потому что самое главное было – поймать атмосферу праздника. По дресс-коду там строго: чёрный смокинг, ботинки, бабочка. Один раз уже в качестве фотографа я пришёл в чёрно-синих полукроссовках. Охранник меня не пустил. Я пошёл с другого входа – там не заметили, я прошёл. За гостями, которые на дорожку выходят, тоже следят. Известный режиссёр Коста-Гаврас как-то пришёл без бабочки. Его заворачивают охранники – они ведь не всех звёзд в лицо знают, – говорят ему, что не положено без бабочки. У человека «Оскар», а его не пускают охранники! А Настасью Кински, которая опоздала на минуту, вообще не пустили. Охранникам всё равно, кто перед тобой, они четко выполняют свою работу.

– На каких фестивалях вы чаще всего бываете? И куда легче попасть фотографу?

– Я больше всего люблю Берлинский фестиваль. Там всегда получается то, что задумал. Потом Канны и Венеция. Там удобнее работать со светом.

В Канны попасть сложно. В Берлин легче, да и доехать недорого. Он мне больше нравится, потому что самый демократичный. Там тебя не обыскивают и можно договориться, если нужно попасть на конкретное мероприятие. Организаторы перед фестивалем объявляют об аккредитации на своём сайте. Нужно ловить это время. Туда надо написать письмо от редакции и предоставить свои материалы по тематике, то есть фото звёзд, актёров. Потом комиссия выбирает, кого нужно пригласить, а кого – нет. Если понравились, они пишут, когда приезжать. Помогают оформлять визу. Я всегда аккредитовываюсь от «Телесемь».

– Как проходит рабочий день для фотографов на Каннском фестивале?

– В 7 часов вечера начинается красная дорожка. Все идут смотреть фильм. В это время фотографируют около 200 репортёров. На фестивале для них специально свет настраивают, всё продумано. Когда фильм заканчивается, гости спускаются к машинам – это моя самая любимая съёмка, на которую всегда хожу. У звёзд уже лоск спал, более живыми стали. Они крутятся и вертятся перед камерами.

– Один из ваших знаменитых снимков – Николь Кидман и её руки. Его много обсуждали в сети. Как удалось сделать такой кадр?

– Николь Кидман скромная, но эмоциональная. И она давала интервью, я её в этот момент снимал. Её спрашивают что-то про фанатов. А она складывает руки у лица и говорит: «Я их так люблю». Но она всегда с руками попадает. Обратите внимание, лицо у неё без морщин, а руки – будто прачкой работает. Это потом начали обсуждать в сети. Или снимок Роберта Де Ниро. Как актёр он гениален, может сыграть что угодно. А в жизни он никакой, у человека никогда на лице нет эмоций. Везде он одинаковый. И я думаю, как же так – большой человек и у меня нет его живой фотографии. С каждым человеком я всегда хочу поймать какой-нибудь идеальный кадр с эмоцией и светом. И я просто стал ждать. Де Ниро отошёл, репортёры переключились на другого актёра. И тут Де Ниро расплылся в улыбке от происходящего, даже язык высунул. Я вспомнил этот кадр из «Однажды в Америке» (16+), когда он в дыму от кальяна так же расплылся в улыбке.

Денису Макаренко удалось сделать необычную фотографию Жерара Депардье // Фото Дениса Макаренко

–  А как герои реагируют на ваши фото?

– Обычно я беру с собой свои фотографии звёзд, чтобы они их подписали. Или, например, был случай с Патрисией Каас. Её фотографию и ещё несколько снимков других звёзд наш драмтеатр попросил, чтобы сделать выставку. Потом оказалось, что оттуда пропала моя фотография как раз Патрисии Каас. Думаю – ладно, кому-то понравилась. Позже Патрисия Каас приехала в Нижний Новгород с концертом. Мои знакомые пробрались к ней в гримёрку и видят, как какой-то человек подсовывает ей эту фотографию 30 на 40, чтобы подписала. Она стала её внимательно рассматривать, а потом, счастливая, расписалась.

– Где потом появляются ваши фото с фестивалей? На каких обложках красуются?

– Когда у меня покупают снимки, я не знаю, где они потом появятся. Уже когда выезжаю с фестиваля в аэропорт, покупаю журналы. Иногда нахожу свои фотографии. Есть фан-клуб Роберта Патиссона, в друзья недавно ко мне добавились в соцсети. Они постоянно мои фотографии выкладывают у себя.

А Патиссон всегда у меня хорошо выходит, вот иногда даже не хочу, а выходит – какой-то фотогеничный. Однажды зашёл к ним на сайт и там: «А вот фотографии с Берлинского кинофестиваля нашего любимого фотографа Дениса Макаренко».

В одной из частей выставке собраны портреты Патрисии Каас, Леди Гаги, Райана Гослинга и Анджелины Джоли

– Почему решили выставку организовать?

– У меня в этом году 20 лет поездок на фестивали. Поэтому в честь юбилея решил устроить выставку. Договорился с Дмитрием Володиным, решил здесь разместить…
Вот эту фотографию снял в 2004 году на пленку. (Показывает на фото Анджелины Джоли. – Прим. ред.) Джоли появилась первый раз в Каннах. Тогда «Лара Крофт» (16+) только вышла, Джоли была на пике популярности. Пришла в смокинге, все были в основном в платьях длинных – дресс-код же. Уже потом, когда она приехала в Москву на премьеру одного фильма, я распечатал этот портрет и взял его с собой. Тут надо ещё знать, когда подойти, чтобы охрана зазевалась. Я говорю: «Анджелина, можно автограф?». Она: «Давай». Я разворачиваю перед ней, и она расписывается.

– Как ценитель кино назовите три любимых фильма.

– «Пролетая на гнездом кукушки» (16+) – в 1988 году посмотрел, когда из армии ехал. Фильм стал потрясением для меня. Такого уровня у нас почти не было. Потом классика – «Скромное обаяние буржуазии» (16+). И «Догвилль» (18+).

Кстати, все интересные и важные тексты мы публикуем на «Дзене».
Подписывайтесь и читайте нас на Яндекс.Дзен.
Подпишитесь на нас
Похожие публикации