Эльвира Таха: «Сейчас настало время универсальных актёров, которые владеют вокалом и поют под живую музыку»

Газета "Нижегородская правда"
Эльвира Таха: «Сейчас настало время универсальных актёров, которые владеют вокалом и поют под живую музыку»
Фото: и архива Эльвиры Таха
Хореограф знаменитых мюзиклов Cats, Mamma Mia, Notre-Dam de Paris и «Норд-Ост» раскрыла секреты их популярности

Попасть на её мастер-класс по танцам – мечта многих молодых танцовщиков, ведь её лаборатория джазового танца – это неиссякаемый темперамент, экспрессия и эмоции, которые позволяют забыть о времени и полностью раствориться в танце. Хореограф всероссийского образовательного молодёжного форума «Таврида» и Всемирного фестиваля молодёжи и студентов в Сочи Эльвира Таха ставила танцы в бесчисленном количестве спектаклей и мюзиклов, собрала огромное количество наград и даже открыла
свою школу.

 

Всё и сразу!

 

– Эльвира, вы видели почти все великие мюзиклы мира, и не только видели, но и ставили танцы во многих из них. В чём секрет популярности этого жанра, который сегодня завоёвывает и нижегородскую сцену?

– Мюзикл – универсальный жанр, который даёт возможность актёрам показать всё, что они умеют: петь, двигаться и играть одновременно. Сейчас настало время универсальных актёров, которые владеют вокалом и поют под живую музыку. И люди жаждут видеть это на сцене, видя в этом достоинство и уникальность спектакля. Сейчас в каждом популярном театре страны есть свой мюзикл.

 

– Не случится ли так, что мюзикл в будущем потеснит драматические спектакли?

– Я не думаю, что он вытесняет, просто сегодня он стал популярным жанром в России. По большому счёту, мы его ещё только постигаем, и эта новизна манит зрителей. Ведь по сути мюзикл – не русский жанр. Даже классический и многими любимый спектакль «Юнона и Авось» в «Ленкоме» – это не совсем мюзикл, это музыкальный спектакль, режиссёрский. А за рубежом режиссёр не считается главным, как у нас в театре. Там главные все. Мюзикл создаётся огромной творческой командой, где каждый имеет право голоса точно такое же, как и режиссёр, поэтому это сотворчество. И только когда это сотворчество существует, рождается настоящий мюзикл. Я поняла, прочувствовала и осознала это, только когда стала работать с западными компаниями. Вы не подумайте, что это критика. Просто там театры живут иначе, надеясь только на себя. Они там прошли огонь, воду и медные трубы и добились успеха.

Фото: из архива Эльвиры Таха
Эльвира Таха поражает своей пластичностью и стилем

– Для многих в нашей стране знакомство с мюзиклом началось с рок-оперы «Иисус Христос – суперзвезда» с Иэном Гилланом. Но после перевода на русский она потеряла часть своей силы и атмосферы. Есть ли смысл переводить мюзиклы или они должны идти только на том языке, на котором написаны?

– В идеале, конечно, мюзиклы, как и оперы, лучше ставить на том языке, на котором они созданы. Хотя многое зависит от перевода. Перевод той же Mamma Mia резал слух, но зато люди понимали, о чём речь. Даже сейчас далеко не все хорошо знают английский язык, а нужно было прокатывать спектакль в России. Думаю, если искусно перевести текст, то почему бы и нет. Но когда перевод делают лишь ради перевода и ломают смысл, лучше оставить как есть, с подстрочником.

 

– На ваш взгляд, кто из наших актёров самый мюзикальный актёр?

– Елена Чарквиани, среди проектов которой «Красавица и Чудовище», «Дракула», «Иствикские ведьмы», «Свадьба соек», We Will Rock You, Cats, Mamma Mia. Юра Мазихин, который, сыграв в «Норд-Осте» Николая Татаринова, получил театральную премию «Золотая маска». Я могу назвать много фамилий, но, увы, их почти не знают в России, хотя они – образец мюзикла. Из более известных имён – Анастасия Стоцкая и Александр Суханов, которые сейчас играют мюзикл «Шахматы». Он с успехом идёт в Москве и рассказывает про июль 1972 года, когда внимание всего мира было приковано к Рейкьявику, где за звание чемпиона мира по шахматам боролись советский гроссмейстер Борис Спасский и американец Бобби Фишер. Сюжет о противостоянии Востока и Запада вдохновил британского драматурга Тима Райса, так и родился этот спектакль. Настя Стоцкая обладает талантом, уникальным даром. Секрет в том, что просто певец и певец мюзикла – разные вещи. Вы знаете, что Филиппа Киркорова в своё время в «Чикаго» даже не брали. Он – потрясающий певец и двигается хорошо, но у него была обычная певческая школа. Он ходил на все репетиции, и ему сказали: «Если вы сыграете достойно, так, как это должно быть, то мы вам позволим сыграть 10 спектаклей. И он сыграл эти 10 спектаклей, но официально его в проект так и не взяли.

Фото: из архива Эльвиры Таха
Сцена из мюзикла «Чикаго»

– Но все признают, что в России отличная певческая школа.

– Да. Но мало где учат быть именно артистами мюзикла – универсалами во всём. Лариса Долина в Московском государственном институте культуры возглавляет кафедру эстрадно-джазового пения и сегодня взялась за подготовку артистов мюзикла, но такого уровня, как в Европе и Америке, у нас пока нет. Очень сложно сделать синтез всего, мы только идём по этому пути.

 

Долгий путь

 

– Почему же мюзикл и всё, что с ним связано, так долго шли в Россию?

– Потому что не было качественного продукта. Если бы лет тридцать назад к нам приехали и показали, скажем, «Призрак оперы», и зрители увидели бы его эталонное исполнение, они бы жаждали видеть мюзиклы снова и снова. Но этого не произошло. И развитие жанра было очень медленным. Только недавно зрители оценили его по достоинству, и начался расцвет мюзикла в России.

 

– Какой из мюзиклов самый классический?

– «Призрак оперы». Это основа великолепной пятёрки, в которую также входят «Отверженные», «Король Лев», «Кошки» и «Чикаго». Это яркий показатель того, как должно быть. Это разноплановые спектакли, которые создают палитру классики жанра.

Фото: из архива Эльвиры Таха
Сцена из мюзикла «Кошки»

Уэббер одобряет

 

– А может ли такое случиться, что наши российские мюзиклы смогут прокатываться в Европе и Америке?

– Когда-нибудь это случится. Эндрю Ллойд Уэббер, который в 2005 году приехал к нам на премьеру мюзикла «Кошки», признался, что для него Россия – легендарная страна. «Я приехал в Россию, потому что вырос на Прокофьеве, а приехав, был поражён, что вы за два месяца сделали спектакль с нуля, не имея ни опыта, ни школы». Та встреча стала для меня знаковой. Я помню, как он сидел и восхищался звучанию собственной музыки в исполнении русских музыкантов. «Я в таком восторге!» – не скрывал он. И это было настоящее признание. Ведь ему не было смысла нам льстить. А после спектакля он вышел и сказал: «Я в восторге! Уверен, собери я сейчас у вас команду, чтобы сделать мюзикл, то будет точно не хуже «Кошек», а может быть, даже и лучше…»

 

– С тех пор прошло 15 лет. Почему же за это время не родился шедевр?

– Это обидно признавать, но в нашей талантливой стране нет чёткого понимания, как это делать. Там, у них, есть кастинг. Чёткий, тяжёлый, профессиональный, а главное – объективный! Я уверена, что если у нас в России создать серьёзный проект, то он будет популярен и за рубежом. Например, Дмитрий Богачёв предлагал поставить в столице свой мюзикл «Анастасия» – о чудесном спасении одной из дочерей Николая II, но все отказывались. В итоге его мюзикл поставили не у нас, а на Бродвее, где он привёл зрителей в восторг. А мы остались не у дел. А ведь мы можем создать такие проекты, что у нас другие страны будут покупать на них права.

 

– Да, видимо, до этого пока далеко. Для начала нижегородцам бы хоть увидеть то, что уже есть. Вы привезёте в Нижний свои спектакли?

– Мы привозили Notre-Dam de Paris, но, конечно, стационарный спектакль привезти сложно. Хотя если наши директора найдут общий язык, мы обязательно к вам приедем. Фестиваль «Музыкальное сердце театра» мы вполне бы могли вам привезти. Так что ждём приглашения!

Подписывайтесь на наш Telegram-канал «Нижегородская правда online», и новости сами придут к вам.
Самое популярное
Новости партнеров

Следующая запись

Больше нет записей для загрузки

Нет записей для подгрузки