Татьяна Колесникова: «Человек, который целенаправленно идёт убивать, часто имеет психические отклонения»

Газета "Новое дело"
Татьяна Колесникова: «Человек, который целенаправленно идёт убивать, часто имеет психические отклонения»
Фото: instagram.com/ta.kolesnikova.nn
Татьяна Колесникова считает, что главное не загонять детскую агрессию внутрь

Трагедия в Казани, где объявивший себя богом 19-летний студент Ильназ Галявиев расстрелял в своей бывшей школе девять человек, потрясла всю страну. Сейчас преступник находится под арестом – полицейские и психиатры выясняют, что могло толкнуть его на столь отчаянный шаг.

Можно ли было предотвратить эти страшные события и кто вообще виноват в том, что они произошли? Как понять, что ребёнок находится на грани, и как ему грамотно помочь? мы попытались выяснить это вместе с нижегородским психологом Татьяной Колесниковой.

 

Психическая атака

Что может заставить ребёнка или подростка достичь такой степени агрессии, когда он готов взять оружие и начать уничтожать всех вокруг?

– У людей как у вида не заложен инстинкт уничтожать друг друга и себе подобных. Для того, чтобы что-то похожее произошло, например, в животном мире, ситуация должна быть из ряда вон выходящая.

То есть тут должно совпасть несколько факторов. Это и воспитание, и отношения с родителями, с друзьями, с близкими, возможная травля в школе, и, самое главное, какое-то психическое заболевание, на которое все эти факторы в итоге и накладываются. Человек, который целенаправленно идёт убивать, зачастую имеет психические отклонения.

Примерно за полгода до трагедии родители Ильназа и его младший брат уехали в другую квартиру. По большому счёту, сбежали от него. Я думаю, это могло стать неким триггером, спусковым крючком. Он, видимо, анализировал, как может выместить свою злобу, и не нашёл другого способа. Не знал, что можно по-другому. Возможно, он злился даже не на одноклассников, а на свою семью.

Это могла быть вообще не школа. Просто она первая пришла ему на ум. Кроме того, примерно за неделю до трагедии Ильназ завёл телеграм-канал, в котором называл себя богом и писал о том, что будет убивать биомусор. Это говорит о многом. Возможно, он хотел, чтобы его остановили, возможно, он хотел, чтобы на него обратили внимание. Мы, конечно, ему в голову не залезем, это покажет судмедэкспертиза.

 

— Но, с другой стороны, травля в школе или техникуме тоже могла быть одним из факторов, спровоцировавших трагедию. А ведь в наших школах немало детей, которые страдают от неё, правда, молча и тихо.

– Травля одноклассников может вызвать ожесточение. Но заставить человека взять оружие и убить можно только в том случае, если у него определённый склад характера, – лабильная, подвижная психика, неуравновешенность, неустойчивость. Такие дети часто устраивают истерики, отвечают агрессией на вещи, которые кажутся многим безобидными.

 

— С другой стороны, поговорку «в тихом омуте черти водятся» тоже никто не отменял. Может у внешне тихого и примерного ребёнка внезапно «снести резьбу» до такой степени, что он станет опасным для окружающих?

– Конечно, может. Смотрите, просто кто-то выражает агрессию через истерики и драки, а кто-то загоняет внутрь себя. И те, и другие не умеют с ней справляться, и при наличии определённых факторов могут взять в руки ружьё.

Важно заметить этот момент, понять, что ребёнок находится на грани. А в идеале надо с самого детства учить его проживать эмоции, не бороться со злостью и агрессией, а принимать их и выражать экологичным способом. Например, бить подушки, громко кричать, рисовать, ходить в спортзал или на боевые искусства. Есть много разных способов.

Здоровый подход

— После той истории многие родители начали делиться рассказами о том, что в их классе или школе есть неуправляемый ребёнок, который либо задирает всех детей вокруг, либо закатывает истерики, либо не подчиняется учителям и т.д. Одни склонны объяснять это избалованностью и вседозволенностью – дескать, родители всё позволяют, другие – наличием психических проблем.

– Как я уже говорила, у детей с лабильной психикой, которые больше других подвержены психическим проблемам, действительно может быть такое поведение. Нельзя сказать, что в их поведении виноват только склад психики. Огромную роль играют семья, воспитание, окружение, отношение одноклассников и учителей.

У меня есть клиенты-подростки, они учатся в достаточно элитных школах, куда тяжело попасть. Педагоги там действительно стараются помочь своим ученикам, часто проводят с ними беседы о толерантности и терпимости. В классах нет травли, никто никого не дразнит и не обижает. Но и там есть особенные дети, которые могут агрессивно реагировать на самые невинные разговоры и комментарии.

К сожалению, учителя ничего не могут с ними сделать. Мне кажется, проблема не во вседозволенности, а в том, что нет механизма воздействия на таких детей.

 

— Может ли такой ребёнок в итоге превратиться в «борского» или «казанского» стрелка? Надо ли его изолировать от остальных детей?

– Может. А вот вопрос изоляции очень сложный. Его должен решать психиатр в зависимости от диагноза и состояния пациента. Когда-то и с обычным нервным срывом может потребоваться госпитализация, а когда-то – и с шизофреническим расстройством будет достаточно амбулаторного лечения.

 

— Есть ли какие-то признаки, которые должны заставить родителей насторожиться? Как понять, что ваш ребёнок на грани? Что делать в таком случае?

– Самое главное в этом вопросе – быть внимательным к ребёнку. Всегда, а не только тогда, когда вам кажется, что что-то не так. Тогда вы сразу заметите настораживающие признаки – резкую смену интересов, замкнутость или вообще любое изменение в поведении. Очень многое зависит от того, как вы общаетесь, доверяет вам ребёнок или нет. Бывает, что родители чувствуют, что что-то не так, на интуитивном уровне.

 

Пойми, поверь

— Школьные психологи вообще способны как-то помочь или всё-таки одному человеку отследить психическое состояние у всех учеников школы нереально? В чём тогда смысл школьного психолога?

– Школьный психолог может и не заметить серьёзного заболевания – просто потому, что он не психиатр и в силу профессиональной специфики может не отследить психическое расстройство.

У меня была клиентка – девушка с диагнозом «шизофрения». Она рассказывала, что в юности даже не понимала, что с ней происходит. Ходила к школьному психологу, пыталась объяснить, что с ней, но специалист не распознал диагноз.

Она говорила: «хожу, как во сне», а психолог ей отвечала, что это, наверное, просто усталость. И это не означает, что психолог была плохим специалистом. Она просто не была психиатром. Это не её специфика работы.

 

— Что могут сделать родители, чтобы уберечь ребёнка от ментальных проблем? Или они врождённые и тут уже ничего не поделаешь?

– Дать ребёнку хорошее детство и здоровые взаимоотношения, при необходимости – помощь специалистов. Да, какие-то дети больше склонны, например, к агрессии или депрессии просто в силу склада характера. Этого не изменить. Но если они будут расти в здоровой обстановке, знать, что могут всегда прий­ти к родителям и получить помощь, а не осуждение, уметь выражать свои эмоции и так далее, то эти психические заболевания могут никогда и не проявиться.

Одной из моих клиенток диагноз «шизофрения» поставили в 40 лет. До этого возраста она училась, работала, родила детей. И никто ничего не заподозрил. У неё всё хорошо и сейчас. Женщина просто принимает специальные препараты. И всё.

Поэтому очень важно донести и до детей, и до родителей, что если кажется, что с тобой что-то не так, нужно обратиться к психологу или к психиатру! Это не страшно, это не стыдно, это не означает, что вы псих или параноик.

Даже обычная бессонница входит в список психических расстройств. То есть у нас у всех периодически возникают психические расстройства, которые требуют похода к психиатру. Но мы избегаем его до последнего. Хотя если бы люди так не боялись психиатра, то и проблем было бы гораздо меньше.

Подписывайтесь на наш Telegram-канал «Нижегородская правда online», и новости сами придут к вам.
Самое популярное
Новости партнеров

Следующая запись

Больше нет записей для загрузки

Нет записей для подгрузки