На Западном фронте без перемен
Накануне своего визита в Польшу Владимир Путин опубликовал в «Газете Выборча» обширную статью, в которой содержался, в частности, такой пассаж. «XX век оставил глубокие, незаживающие раны — революции, перевороты, две мировые войны, нацистская оккупация Европы и трагедия Холокоста… Но в памяти европейцев — и победный май 1945-го, Хельсинкский Акт, падение Берлинской стены… Все это — наша общая история, и она неотделима от нас. И нет такого судьи, который мог бы вынести прошлому абсолютно беспристрастный вердикт…Тени прошлого не могут больше омрачать сегодняшний, а тем более — завтрашний день сотрудничества между Россией и Польшей. Наш долг перед ушедшими, перед самой историей — сделать все, чтобы избавить российско-польские отношения от груза недоверия и предубежденности, доставшегося нам в наследство. Перевернуть страницу и начать писать новую». Бесполезно! Это был призыв к примирению. Очевидный для всех. Даже для некоторых поляков. Бывший премьер-министр Польши, лидер партии «Польская левица» Лешек Миллер так и заявил, что российский премьер, как когда-то Борис Ельцин, а ранее Михаил Горбачев, протянул дружескую руку полякам. «Если наши лидеры отвергнут эту протянутую руку, то Польша вновь получит клеймо известных русофобов, что подтвердит тезис: с Варшавой нельзя нормально говорить о мировой политике», — сказал Миллер в понедельник, в день публикации статьи Путина, но еще до его прибытия в Польшу. И констатировал: «Государственный интерес Польши требует того, чтобы нынешняя политическая верхушка страны верно поняла этот сигнал и прониклась значением этого момента». Бесполезно! Не помогли ни миролюбивые заявления Путина, ни призывы самих польских политиков. В день церемонии в Гданьске, в присутствии многочисленных зарубежных гостей и самого Владимира Путина президент Польши Лех Качиньский не удержался не только от упоминания Катынской трагедии, но и от прямого оскорбления. «Трагедия Катыни требует размышления не столько над фактами, сколько над причиной», — заявил Качиньский, задавшись вопросом, почему несколько тысяч офицеров польской полиции, армии и пограничного корпуса были расстреляны советскими войсками. И через паузу ответил: «Это было результатом мести. Это должна была быть месть за 1920‑й год. За то, что Польша тогда смогла отразить агрессию России». Бесполезно! Этих господ ничем не проймешь. Они ничего не слушают и никого не слышат. Зато сами говорят весьма громко, уверенно и с невероятным апломбом. И это уже раздражает не только Москву, но и прочие европейские столицы. Когда несколько лет назад при начале иракской кампании, из-за которой у Вашингтона разгорелись нешуточные споры с Парижем и Берлином, «младоевропейцы» во главе с поляками бодро и радостно выступили в поддержку войны и громогласно осудили осторожный скептицизм «старых европейцев». Тогда-то Жак Ширак и произнес свою сакраментальную фразу, адресованную полякам: что те, дескать, упустили «превосходную возможность промолчать». Язвительное остроумие старого француза как нельзя более подходит и к последней выходке польского президента. Качиньский в очередной раз упустил превосходную возможность промолчать. Ну к чему было на церемонии, посвященной 70-летию начала Второй мировой войны, в присутствии многочисленных иностранных делегаций начать ворошить грязное белье двусторонних советско-польских отношений?! Даже имеющих непосредственное касательство к началу войны. Ведь в истории двусторонних отношений практически любых стран найдутся свои «скелеты в шкафу», и только очень наглый или очень наивный политик может рассчитывать, что их удастся спрятать. Найдут! «Скелеты в шкафу» Есть свои «скелеты в шкафу» и у поляков, и не след бы им так публично и настойчиво пихать в лицо России ее старые прегрешения и преступления. Было! Был и сговор с Гитлером по поводу раздела Восточной Европы, и вторжение в Польшу в сентябре 1939 года, и массовый расстрел польских офицеров. Все было. Бесчеловечно? Негуманно? Кто спорит?! Времена были страшные, времена были смутные. Держать на границе в преддверии войны столько боевых офицеров, явно не расположенных к сотрудничеству с русскими, показалось Сталину излишне опасным и обременительным. И он избавился от них, как всегда по-своему — быстро и кроваво. До гуманности ли тут было к польским офицерам, когда собственных граждан расстреливали сотнями тысяч и миллионами гнали в лагеря? Но ведь никто же не отказывается от ответственности. И Путин прямо сказал, что «народу России, судьбу которого исковеркал тоталитарный режим, также хорошо понятны обостренные чувства поляков, связанные с Катынью, где покоятся тысячи польских военнослужащих. Мы обязаны вместе хранить память о жертвах этого преступления». Слово сказано, преступление названо преступлением. Никто от него не отпирается и не пытается оправдать. Так чего же еще нужно полякам? Извинений? Отлично! Тогда мы также вправе требовать извинений от поляков за гибель в польском плену советских военнослужащих. Начнем считаться? Что ж, счет будет явно не в польскую пользу. В 1939 году в советский плен попало около 20 тысяч польских офицеров. Около 18 тысяч из них было расстреляно. В 1920 году в польский плен попало от 100 до 160 тысяч советских солдат. Около 90 тысяч из них погибло, большая часть была расстреляна. Правда, поляки утверждают, что большая часть красноармейцев погибла от тифа. Правда, поляки настаивают, что советские солдаты были взяты в плен в ходе отражения «большевистской агрессии» против Польши, а польские офицеры были взяты в плен в ходе вероломного нападения. Что ж, можно и тут посчитаться. Чьей территорией — польской или российской — считать Украину и Белоруссию, до сих пор неясно. Во всяком случае, сейчас оба они — независимые государства. Однако большую часть ХХ века, и весь ХIХ век они входили в состав России. И при желании можно повернуть дело так, что это Польша в хаосе революционных лет оккупировала часть России, а красноармейцы в ходе польской кампании 1920 года всего лишь освобождали территорию страны от иностранных оккупантов. И в ходе кампании 1939 года было то же самое — советские войска освобождали исконные территории России от польских захватчиков, оккупировавших Западную Украину и Западную Белоруссию в ходе войны 1920 года. На территорию же самой Польши Сталин отнюдь не покушался, и даже более того, озаботился ее значительным приращением на западе, за счет территории рейха, разгромленного в 1945 году. Так что своей нынешней территорией Польша обязана именно Сталину, а если у нее есть претензии на Западную Украину и Западную Белоруссию, пусть адресует их украинскому и белорусскому руководству. Претензии к российскому руководству в данном случае выглядят довольно безосновательно. На любой упрек поляков в адрес России Москва может ответить им тем же. Оккупация Польши Российской империей? А разве не Польша оккупировала Россию в ходе Смутного времени? И разве наша вина, что мы смогли освободиться от этой оккупации несколько быстрее поляков?! Расстрел пленных? Взаимно. Раздел Польши? Во-первых, Польша сама приняла участие в разделе Чехословакии, и так же по соглашению с Гитлером, а во-вторых, в разделе самой исконной Польши СССР не участвовал — он лишь забрал территории, отторгнутые от Российской империи. Послевоенная оккупация Польши и ее присоединение к восточному блоку? А разве американские войска не оккупировали западную Германию и Японию, и разве не стоят там до сих пор американские военные базы? Нет, не стоит полякам пытаться свести счеты — конечный итог все будет не в их пользу. Груз прошлого Тогда чего ради?! Чего ради поляки продолжают накручивать себя, искать виноватых в далеком и не очень далеком прошлом и требовать от них извинений? Неужели нельзя просто закрыть эту страницу истории, оставить свои мнения и чувства при себе и двигаться дальше? Ведь вот же, смогли разобраться со своим общим прошлым Россия и Германия, а оно у нас было куда более жутким и кровавым, нежели у России с Польшей. Ни Москва не требует извинений у Берлина, ни Берлин у Москвы, хотя поводов для обид и претензий можно было бы найти предостаточно. Закрыли, поставили галочку, двигаем дальше. Некоторые объясняют, что отношения между близкими соседями всегда острее и напряженнее, чем между дальними. Не факт. Россия могла бы предъявить Монголии огромный счет за триста лет «монголо-татарского ига», или уж хотя бы извинений потребовать, а вместо этого помогла Монголии освободиться от китайской власти и отразить японскую агрессию. Где логика? Или, скажем, Финляндия, которая является куда более близким соседом России, чем Польша, и имеет к Москве ничуть не меньше претензий. За одну хотя бы Финскую войну 1940 года. И что? Требовали финны когда-нибудь извинений от Москвы? Или пытались подсчитать ущерб от «оккупации»? Ничего подобного. Отношения с Финляндией и Монголией у России сейчас едва ли не самые лучшие в мире, и уж точно по периметру границы. Значит, не в России дело. Мы легко забываем прошлые обиды и легко сбрасываем груз истории. Дело в самих поляках, которым такая же легкость никак не дается. Они подсчитывают прошлые обиды с азартом завзятого ростовщика и бесятся оттого, что не могут взыскать с «должника» проценты. Германия и Франция, например, и без того богаты, чтобы еще требовать какие-то долги, хотя бы только и морально-психологические, с России. Финны с чехами или болгары с венграми достаточно благоразумны и беспечны, чтобы понимать нелепость и абсурдность каких бы то ни было вообще претензий к России. Одни поляки с прибалтами никак не успокоятся и все пытаются набить себе цену за счет «русского долга» перед ними и все обижаются оттого, что этого «долга» никто кроме них не признает. Нет, с таким обозом далеко не уехать. И зря Путин призывал сбросить груз прошлого; он, похоже, намертво врос в польско-прибалтийский горб.
