Патриархальные ценности

Когда ветераны начинают поучать молодежь, у последней это зачастую ничего, кроме раздражения и отторжения, не вызывает. Обычная юношеская реакция на поучения и брюзжание. Но бывают ветераны особые. Те, к которым молодежь тянется сама — послушать, спросить, понять что-то важное для себя. Чаще всего это бывает потому, что такие ветераны не делают никаких скидок на молодость. И ведут беседу с молодыми как с равными, без пренебрежительного высокомерия, но и без восторженного умиления. Как, например, Патриарх Кирилл. В минувшую субботу на стадионе Российского государственного университета физической культуры собрались пять тысяч студентов, чтобы послушать выступление Патриарха Кирилла. Впрочем, были не только студенты. И не только из России. Несомненно одно: пять тысяч молодых людей в выходной день пришли послушать 63-летнего Патриарха. Что вполне характеризует как Патриарха, так и его слушателей. Тут даже не столь важно, о чем шла речь на встрече предстоятеля со студентами, сколь сам факт ее проведения. Особое отношение Патриарха Кирилла к молодежи вообще и к студентам в частности известно давно. Те платят ему взаимной симпатией. Патриарх популярен у молодежи. Особенно у думающей молодежи, социально и политически активной. Это, конечно, не случайно. Во-первых, Патриарх Кирилл — сам человек умный, образованный и начитанный. Он прекрасный оратор, умеющий говорить с любой аудиторией без бумажки и предварительной подготовки. Во-вторых, он человек внимательный и чуткий, умеющий слушать и слышать, как живет и чем дышит современная молодежь — даром что сам уже достиг пенсионного возраста. Интерес и внимание к молодежи у него явно не пенсионерские. В‑третьих, у него гибкое мышление. Он способен учиться и меняться даже в столь зрелом возрасте, он способен понять и принять иную точку зрения, что опять-таки импонирует молодежи, на дух не переносящей надутого чванства и тоталитарного сознания. Ну и, в‑четвертых, Патриарх — человек принципиальный и убежденный, имеющий свою точку зрения, свои идеалы и свою веру, проще говоря, твердые и положительные основы бытия. А это как раз то, чего большинству молодых людей сегодня недостает. По-видимому, за этим они и приходят к Патриарху. А он не жадничает, делится с ними всем, что имеет и знает. И как умудренный опытом человек, и как предстоятель Русской Православной Церкви. При всем этом Патриарх не заискивает перед молодежью. Предваряя свое выступление, он прямо сказал об этом: «Говоря о вопросах человеческой жизни, я не буду особым образом выделять молодежь. Выделяя молодое поколение, мы обнаруживаем некий патерналистский подход. Даже когда мы говорим о том, какая у нас прекрасная молодежь, в этом чувствуется взгляд сверху вниз… На самом деле молодежь — это органическая часть всего общества, и говорить о проблемах с молодежью надо тем же языком, которым следует говорить с людьми старших поколений. И не должно быть никакого сюсюканья, никакого подыгрывания». Он так и делал. Это очень чувствуется. Когда с тобой как с равным говорят о самых серьезных вещах, не заносясь, но и не заискивая, это очень чувствуется. Молодежь чувствует внимательную серьезность Патриарха и благодарна ему за это. Она видит, что человек пришел говорить о серьезных вещах, вещах, которых она либо не знает, либо не понимает. Она чувствует его серьезность и уважительность, чувствует, что он не пытается вешать ей лапшу на уши, но и не прогибается под ее вкусы и представления. И в ответ относится к нему с той же серьезностью и вниманием. А говорил Патриарх о многом. В том числе и о непривычных вещах. И о самых обыденных тоже. Он говорил о текущем кризисе, о том, что кризис этот не столько экономический, сколько культурный, нравственный кризис. «Совсем недавно, — говорил Патриарх, — у нас в стране, везде, куда ни глянь, был кризис: и в экономике, и в культуре, и в образовании, и в спорте кризис. Но если сейчас кризис системный не только у нас, но и во всем мире, то, может быть, есть какая-то единая основа этого кризиса? Я отвечаю так: есть первопричина: это кризис человеческой личности, это кризис нравственного чувства, это кризис потери ценностей. А если утеряны нравственные ценности, если затмевается нравственное чувство, то почему не криминализировать экономику и не только в масштабах этакого местечкового криминала? Почему ее глобально не криминализировать? Почему не напечатать столько бумажек определенного цвета, который нам хорошо известен, чтобы это спровоцировало колоссальные инфляционные процессы и, конечно, послужило одной из причин экономического кризиса? Если нравственность оторвана от экономики, почему бы это не делать, тем более если печатный станок в твоих собственных руках? Почему не торговать этими самыми бумажками? Деньги являются эквивалентом труда, и до недавнего времени товаром были только человеческие усилия и то, что в их результате люди, как говорят инженеры, имели на выходе, — реальные товары, реальные ценности. Но за последние десятилетия большинство капиталов формировалось на спекулятивной основе, потому что торговать стали деньгами, долговыми расписками и всем тем, что представляет из себя современный финансовый рынок. Люди богатели в одночасье, только лишь играя на курсах обмена валют или играя на бирже, покупая или продавая те или иные акции. Они практически из воздуха получали миллиарды, но ведь так не бывает! …Так поступать могут только те личности и целые системы, которые напрочь отторгают экономическую деятельность от нравственности». Неслабо сказано. И совсем не шаблонно. Этими словами Патриарх обличает не только деятелей зарубежного капитализма, но и отечественного. И не просто обличает, но и предлагает свои способы выхода из кризиса. «Я не вижу другого пути для духовного возрождения нашего народа, кроме как перевести религиозный фактор исключительно из сферы фольклора, культуры в сферу реальных размышлений, в сферу реального творчества, чтобы религиозные истины помогали человеку справляться в том числе и с кризисными явлениями, которые существуют в современной цивилизации и которые наверняка не исчезнут из этой цивилизации с окончанием текущего экономического кризиса. Другими словами, сегодня, чтобы сохранить себя, свою страну, свою культурную самобытность, чтобы нас не раздавил информационный поток, мы должны научиться сопрягать свои убеждения с реальностью». С этим можно спорить, можно не соглашаться, но нельзя не признать, что подобный подход является и оригинальным, и перспективным. Во всяком случае, студенты сидели, слушали, записывали. Неизвестно, соберет ли такую же аудиторию какой-нибудь министр экономики, но пока что вот не собирает. А Патриарх собирает. Регулярно и целенаправленно. Молодежь ему интересна ничуть не меньше, чем он — молодежи. Он заботится о ней, он болеет за нее всей душой. Зачем ему это нужно, Патриарх объяснил предельно четко от лица всей Церкви в программном заявлении XIII Всемирного русского народного собора, прошедшего в эти же выходные: «Нынешнее молодое поколение — первое поколение молодых людей, родившихся или выросших после распада СССР, в первые годы становления новой российской государственности. Через 10 — 15 лет именно от него будет зависеть, какая судьба ждет в ХХI веке Россию с ее многонациональным обществом и исторически сложившимся ядром — русским народом. Чтобы занять достойное место в мире, наша страна нуждается как в инновационном развитии, так и в нравственном обновлении. Нынешнему молодому поколению предстоит решать эти задачи одновременно. Именно поэтому ему равно необходимы как материальная, так и духовная поддержка. Лишь достигнув гармонии между общенациональными идеалами, личными и семейными интересами, оно сможет войти в историю как новое поколение победителей, с которого станут брать пример и на которое будут равняться потомки». Яснее не скажешь.