Потерпевший сказал: «Потерпит»

Министерство юстиции разработало законопроект об изменении процедуры условно-досрочного освобождения. Ссылка на то, что она нередко превращается в формальность и на волю не всегда выходят достойные.Федеральная служба исполнения наказаний предложение поддержала.Правительство направило документ в Госдуму. Но все оказалось не такпросто. Деньги вперед В Уголовно-исполнительном кодексе есть статья 175. В ней говорится: осужденный, если хочет освободиться условно-досрочно, пишетв ходатайстве, что «частично или полностью возместил причиненный ущербили иным образом загладил вред, причиненный в результате преступления,раскаялся в совершенном деянии». Однако суд чаще всего смотрит лишьна то, сколько отбыто: для преступлений небольшой и средней тяжести должно быть не менее трети срока, для тяжких — половина, особотяжких — две трети, а также на характеристику от начальства колонии:сколько взысканий, сколько поощрений. Возмещение ущерба в итоге лишьжелательно. Минюст предложил сделать его обязательным — полное иличастичное. В Госдуме, однако, дело не дошло дажедо первого чтения. Депутаты получили письмо от предпринимательскогосообщества. Представители бизнеса не поняли: частично — это сколько?И выразили сомнение в необходимости такой поправки: ущербпо экономическим преступлениям может составлять миллионы рублей.И вообще, эти дела, по мнению коммерсантов, бывают «заказными». Что же,значит, человеку уж и не надеяться на УДО? В итоге законопроект раскритиковалисами депутаты. Мол, если все будет зависеть от денег, у осужденных, ихне имеющих, пропадет стимул нормально вести себя на зоне: все равно раньше срока не выпустят. К тому же с трудоустройством дляобитателей колоний проблемы. Как же им заработать? К слову,по официальным данным Главного управления Федеральной службы исполнениянаказаний по Нижегородской области, в исправительных колониях в регионе отбывают наказание 17,3 тысячи человек, плюс около тысячи — на поселении. На производственных же площадях учреждений ГУФСИН трудятся около 6 тысяч осужденных. Слово пострадавшему В Минюсте заявили, что у большинства отбывающих срок есть имущество. У многих — недвижимость, автомобили. Вот пусть ущерб и возмещают. В конце концов, совершать преступление их никто не заставлял. Представители ФСИН в свою очередь сообщили, что не всеосужденные горят желанием работать. Обязательное возмещение ущербарешило бы эту проблему. На свободе-то такие субъекты уж точно работатьне побегут. Но документ все равно с обсуждения сняли,а депутаты-единороссы разработали новый проект поправок. Его в ближайшее время и рассмотрят в первом чтении. На пути желающих выйтиусловно-досрочно или получить смягчение наказания предлагается поставить другой барьер: мнение потерпевшего. Сейчас пострадавшегоот преступления даже не ставят в известность о том, что «его» жуликпопросился на свободу досрочно. В итоге однажды — сюрприз: встречана улице. Приятного мало. А тут человек хоть готов будет. Но главное — при рассмотрении в суде ходатайства об УДО он сам скажет: хочет, чтобыосужденного раньше срока освободили или нет. Аргументыдолжны быть вескими, и суд обязан будет позицию учесть. Сторонникиновшества говорят: если изначально потерпевший просил наказатьподсудимого строго, то со временем вполне мог простить. Пусть это и сыграет роль.