Шок без терапии?
Двадцать лет назад в России прошла либерализацияцен. В одночасье исчез дефицит, а заодно и вклады населения всберкассах. Парадокс состоял и в том, что обещанный вольный рынокобернулся неприкрытым монополизмом. До 1992 года стоимость товаров и услуг встране регулировалась государством. Особое ведомство — Госплан ‑назначало цены на все и вся, от иголок до комбайнов. Тот же Госпланпроизводил повышения и снижения цен, а также заработной платы. Это быловажнейшей чертой социализма, тогда как при капитализме и цены, и доходыменялись стихийно, по законам рынка. Что хорошо и что плохо, вопроснепростой. Скорее всего, каждая из социально-экономических систем имеетсвои плюсы и минусы. Видимо, злом является не тот или иной устоявшийсястрой, а его ломка, болезненные издержки перехода от одного состоянияобщества к другому. Не дай вам Бог вам жить в эпоху перемен, говорил поэтому поводу Конфуций. Те, кто жил и трудился на рубеже 1980 – 1990-хгодов, убедились в истинности слов китайского мудреца. Но вернемся к освобождению цен. Емупредшествовал затяжной кризис. Дефицит, носивший в прошлом эпизодическийхарактер, в конце правления Горбачева стал повальным. С прилавковисчезли мыло и стиральный порошок, мясо и молоко, мука и крупа. В жизньвозвратились талоны на сахар и водку, напомнившие о продуктовыхкарточках времен войны и первых пятилеток. На руках и счетах у населениябыло много денег, но что-либо купить на них по твердым ценам былозачастую невозможно. В этих условиях власть решилась накрайность. В октябре 1991 года Съезд народных депутатов 873 голосамипротив 11 одобрил предложенную правительством Егора Гайдара программушоковой терапии. Важнейшим ее пунктом был отпуск оптовых и розничныхцен. А в декабре вышел Указ Ельцина «О мерах по либерализации цен». Покупатели, пришедшие в магазин послевстречи нового 1992 года, увидели уже порядком подзабытую картину. Наприлавках красовались мясо, копченая колбаса, небедный ассортиментмолочных продуктов, кондитерских изделий, прочей снеди. Невероятно!Смущало одно — цены. Программа шоковой терапии российскойэкономики, разработанная группой прошедшихобучение в США экономистовво главе с Егором Гайдаром (за это их окрестили «чикагскимимальчиками»), надеялась на чудо. Мол, рынок, подобно доброму волшебнику,приведет в норму спрос и предложение, породит стимулы дляэкономического роста. Все вышло иначе. Государство уже нерегулировало цены. Но и рынок оказался не у дел, бал правили монополии.Монополист и не думал наращивать выпуск товаров. Выгодней было взвинтитьцену и благодаря этому получить сверхприбыль. Монополизм поддерживалиорганизованные преступные группы, блокировавшие доставку товаров вторговлю. Махровым цветом расцвел рэкет. Бешеный рост цен обесценивалдоходы граждан. Банковские вклады таяли как апрельский снег, произошлапо сути их конфискация. Рубль превращался в фикцию и замещалсяамериканским долларом. В 1992 году инфляция составила 2600 процентов(для сравнения: в 2011 году — 7 процентов). Торговля уступила местонатуральному обмену — бартеру.
