Страсти по ракетам

Главным событием минувшей недели стал, безусловно, отказ администрации президента Обамы от размещения третьего позиционного района ПРО в Восточной Европе. Проще говоря, отказ от размещения в Польше ракет-перехватчиков, и в Чехии — радиолокационной станции слежения. Эта новость произвела эффект разорвавшейся бомбы. И потянула за собой шлейф самых разнообразных толкований и предположений о том, почему Обама пошел на такой радикальный шаг и что же теперь будет. Ну, и конечно же, как на подобную инициативу Обамы отвечать России. В этом деле любопытнее даже не мотивы Обамы, а реакция на его инициативу. О своих мотивах он сказал сам, и постарался сделать это максимально доходчиво и убедительно. По данным разведки, сказал Обама, ракетно-ядерная программа Тегерана находится еще далеко не в той стадии, чтобы ее можно было бы опасаться европейцам, не говоря уже про американцев. Поэтому нет никакой надобности в размещении ракет и радара на территории Польши и Чехии. При этом Америка не отказывается вовсе от идеи защиты Европы от потенциальной иранской угрозы. Просто защита эта будет выстраиваться не сейчас, а попозже, и выстаиваться будет несколько иными, не столь дорогостоящими и топорными методами. «Наша новая система ПРО в Европе обеспечит вооруженные силы США и наших союзников более сильной, умной и быстрой защитой. Она более всеобъемлюща, чем предыдущая программа, она использует испытанные технологии. Ее цена более разумна, и она строится на нашей приверженности защищать нашу родину», — заявил Обама. По сути, Вашингтон отказался от концепции больших стационарных объектов в пользу динамичной, подвижной системы ПРО смешанного морского и наземного базирования. Это может быть и правдой, это может быть и отговоркой, чтобы успокоить европейских союзников и собственных патриотов. Любопытно, что европейские союзники по НАТО (не поляки с чехами, конечно же, а более солидные люди) горячо поддержали эту инициативу Обамы и тут же выразили желание пригласить и Россию к созданию новой глобальной системы ПРО. Причем желание это изъявил не кто-нибудь, а сам генсек НАТО Андерс Фог Расмуссен. «США объявили о своих планах в отношении противоракетной обороны Европы. Я приветствую эти планы. Теперь мы должны изучить возможность для создания совместной ПРО США, НАТО и России», — заявил он на следующий день после известий из Вашингтона. Из Москвы тут же откликнулись в том смысле, что да, мол, идея, в принципе, неплохая, и мы готовы приступить к ее обсуждению. Непонятно пока, как далеко зайдет это обсуждение, но уже сам факт оного приводит в бешенство не только восточноевропейских союзников Вашингтона, но и многих влиятельных американцев, немало потрудившихся над прежним проектом ПРО. Вот характерная цитата из «Washington Times», отражающая настроение подобных разочарованных консерваторов. «Главное опасение заключается в том, что Обама вместе со своими мудрецами считает умиротворение той стратегией, при помощи которой можно реализовать более масштабный замысел, и что они просто дожидались удобного момента для капитуляции перед теми, кто давно уже плетет заговоры во вред Америке. Инстинкты Обамы, которые формировались в период его леворадикальной карьеры в Чикаго, говорят ему, что в любом споре или конфронтации Америка всегда виновата. Если бы только Америка могла исправить свои привычки — или позволить исправить их кому-то еще, то мир жил бы в гармонии, доброте и любви. Согласно такому мировоззрению, Америке следует укоротить руки, чтобы она играла в мировых делах не более важную роль, чем, скажем, Бразилия, Швеция или Канада. Джордж Буш как-то произнес свою знаменитую и совершенно бессмысленную фразу о том, как он взглянул в глаза Путину и ощутил его душу. Увы, Барак Обама тоже взглянул в холодные глаза Владимира Путина и увидел человека, от которого, по его мнению, должна зависеть Америка». Сейчас неважно, насколько подобное понимание ситуации соответствует истине; важно то, что оно имеет место быть, и что, не приобретя еще искренних симпатий в Москве, Обама рискует столкнуться с нарастающим разочарованием и сопротивлением у себя на родине и в стане союзников. Убежденные консерваторы и ястребы-республиканцы искренне негодуют на слабость Обамы, поддавшегося, по их мнению, давлению Москвы. Вот лишь некоторые, не самые жесткие, высказывания в американской прессе: «Премьер-министр Владимир Путин досрочно получил рождественский подарок. Чехи чувствуют себя обманутыми и униженными». «Попытки Обамы умиротворить Россию обошлись нам ценой отношений с правительствами стран Восточной и Центральной Европы, и так уже не уверенных в том, насколько США готовы защищать их регион». «Обвинять президента в том, что он продал своего союзника, это намного серьезнее, чем обвинять его в банальной лжи, как бы невежливо это ни звучало. Но чехов и поляков можно простить, если они вдруг подумают, что их «продали». Здесь пугает не то, как это было сделано, а то, что это вообще произошло». «Это решение подает четкий сигнал о том, что русский медведь в состоянии запугать даже Вашингтон». Американских правых радикалов можно понять. Но что интересно — взгляды американской оппозиции совпадают с негласным мнением восточноевропейских и российских официальных кругов, а позиция официальной американской администрации — с мнением российской оппозиции. Буквально сразу же после заявления Барака Обамы, в среде российской либеральной оппозиции начались толки и разговоры о том, что нечего, мол, Кремлю гордиться своей «победой», что это все — добровольная уступка Обамы, вызванная не столько российским противодействием, сколько внутренними причинами, но коль скоро она (уступка) сделана, неплохо бы и России чего-нибудь уступить взамен. Интересно, что и с американской стороны идет тот же сигнал. Мол, мы пересмотрели свои планы по ПРО, которые к вам, впрочем, не имеют никакого отношения, но всё же окажите нам ответную любезность. Прекратите, например, поставлять Тегерану комплексы С‑300 и поддержите наш проект резолюции по Ирану. Чудно! Наверное, в Кремле и на Смоленской площади со смеху помирают, читая подобные комментарии и предложения. В самом деле, если пересмотр решения по ПРО вызван не российскими возражениями, а собственными внутриамериканскими соображениями, — как то официально и преподносится, — то нет никакого резона говорить о взаимных уступках. К тому же ПРО эта официально была направлена против Ирана, вот пусть Иран и идет на ответные уступки, если уж вообще зашла о них речь. А мы… Что ж, мы тогда не будем размещать ракеты в Калининградской области, как обещали в прошлом году — вот вам и наша уступка. Позиция Кремля и российских дипломатов в этой истории выглядит беспроигрышной со всех сторон. Конечно, если придерживаться официальной американской версии происходящего и мнений российских оппозиционеров-либералов. Но если все-таки допустить, хоть на секунду, возможность закулисных переговоров, возможность того, что США действительно отступили под российским давлением, сделав хорошую мину при плохой игре и попытавшись добиться максимум возможных уступок взамен, тогда ситуация представляется куда более интересной и многообещающей. Тогда Барак Обама действительно крайне заинтересован в улучшении отношений с Москвой и пресловутой «перезагрузке», и у российской стороны появляются хорошие возможности для торга. На это уже и намекал Путин, заявив, что неплохо было бы открыть доступ к высоким технологиям и поспособствовать вступлению в ВТО России, Белоруссии и Казахстана. Можно еще много чего выторговать, не обещая взамен ничего конкретного. Или даже обещая, а потом «забывая» об этих обещаниях. В конце концов, разве не сама Америка так поступает все время?! Не пора ли ей испробовать последствия подобной политики на собственной шкуре?!