Валерий Шанцев: «Я по-другому взглянул на жизнь»
Человека, забинтованного с головы до ног так, что только глаза видны, узнать было невозможно. Глубокий ожог 50 процентов тела, около 200 ран. Дня, когда поступил этот пациент, врачам столичного НИИ скорой помощи им. Склифосовского не забыть. Шансов выжить у кандидата в вице-мэры Москвы Валерия Шанцева было не более 20 процентов. С тех пор прошло 10 лет. Тогда, в 1996 году, префект Южного округа Москвы Валерий Шанцев шел на выборы в паре с кандидатом на пост мэра столицы Юрием Лужковым. В паре — это значит, по какой-либо причине сходит с предвыборной дистанции один, не остается шансов и у другого. Утром 7 июня Валерий Шанцев вышел из дома на Олимпийском проспекте. Его сопровождал 28-летний помощник Василий Ратозий. Машина уже ждала у подъезда. Водитель читал газету. Неподалеку стоял автомобиль, к которому какие-то люди носили вещи — узлы, коробки. По всей видимости, кто-то собирался на дачу. Шанцев и Ратозий подошли к машине. В этот момент округу потряс страшный взрыв. Адская машина, по всей видимости, радиоуправляемая, была замаскирована в тех вещах, которые будто бы предназначались для поездки на дачу. Все это было инсценировкой. «Огнем полыхнуло так, что на мне сгорела одежда, — вспоминает Ратозий. — Не буду подробно описывать те мгновения после взрыва. В состоянии шока мы оба оказались в машине, и водитель помчал к ближайшей больнице». По дороге Ратозий сообщил о случившемся оперативному дежурному по городу. «Дайте обезболивающего, скорее!» — кричал он врачам, которые при виде двух окровавленных людей лишь беспомощно развели руками. В больнице не оказалось ничего, кроме жидкого анальгина. Вкололи два кубика. В тот момент о покушении на Шанцева уже знали все, кто подобную информацию должен получать тут же. «По всему видно было, что преступление долго и тщательно готовилось, — говорит участник боевых действий в Афганистане Василий Ратозий. — И задача, похоже, была четкая: убрать». Шанцева и его помощника привезли в ожоговое отделение НИИ скорой помощи им. Склифосовского. «Состояние было критическое», — вспоминает руководитель реанимационного центра Валентина Картавенко. Первую операцию Шанцеву делал хирург Карен Джаграев. «На операционном столе он был для нас, врачей, просто пациентом, — говорит Карен Рубенович. — Хирург не думает, кого конкретно он оперирует, — простого пенсионера или мэра. Подобные мысли мешают работать». И все же это был особый пациент. «В преддверии выборов мы чувствовали ответственность перед всеми москвичами», — рассказывает руководитель ожогового отделения Сергей Смирнов. В больнице круглосуточно дежурила охрана. Было опасение, что организаторы покушения захотят довести свой зловещий план до конца. Шанцева каждое утро навещал Юрий Лужков. Врачи на вопрос: «Он будет жить?» отвечали молчанием. Они просто делали все, что могли. Между тем у пациента развилось тяжелейшее инфекционное осложнение. Пульс — за сто ударов, температура — под сорок. «И при этом — ни одного стона, ни одной жалобы, — вспоминает хирург Татьяна Лейбова. — Этого пациента отличала невероятная мужественность». За Шанцевым ухаживали сестры милосердия. «Ему сильная воля, вера в выздоровление, невероятная тяга к жизни помогли выбраться, — считает монахиня Марфо-Мариинской обители Ефросинья, которую тогда Валерий Шанцев знал как сестру милосердия Елену. — Мы все молились за него и всегда молиться будем». Кризис миновал, но до выздоровления было еще далеко. Из его тела извлекли 148 осколков. В больничном парке Шанцева заново учили ходить. Но даже в таком состоянии он твердо решил ехать на инаугурацию. В столичную мэрию его повезли в машине «скорой помощи». Избранный москвичами вице-мэр нашел в себе силы встать, когда его представляли. И только врачи могли понять, чего ему это стоило. На работу Шанцев вышел через три месяца, 2 сентября. С той поры 7 июня он считает своим вторым днем рождения и каждый год приезжает в НИИ скорой помощи им. Склифосовского, чтобы поблагодарить врачей, которые, в свою очередь, отмечают, что случай этот исключительный — редкие пациенты впоследствии навещают тех, кто спас им жизнь. Шанцев же многое сделал для НИИ скорой помощи им. Склифосовского. Например, помог оформить документы на корпус, который принадлежал институту, но в какой-то момент по недоразумению был от него отчужден и оказался во власти коммерческих структур. Вице-мэр Москвы сделал все, чтобы корпус вернули институту. Помогает он и Марфо-Мариинской обители. Встреча с врачами в минувшую среду, в десятую годовщину взрыва, была как всегда долгожданной и радостной. «Я здесь обрел новую жизнь, — говорил Валерий Шанцев. — Людей, спасших меня, я никогда не забуду. Я был на волосок от смерти. Все произошедшее изменило мое отношение к жизни. Раньше казалось, что она бесконечна. Вернувшись к работе, я стал ловить себя на мысли, что каждый день задаю себе вопрос: все ли задуманное на сегодня сделал, правильно ли построил свой день? Я стал больше ценить время. Сестры милосердия, что ухаживали за мной, были воплощенное сострадание, доброта, стремление бескорыстно помочь. Я понял, что все эти качества нам всем надо возрождать в наших душах. Это главное». Ровно через год врачи НИИ скорой помощи им. Склифосовского и их знаменитый пациент снова встретятся, чтобы обнять друг друга.
