Вне зоны доступа
Тема доступной среды для людей с ограниченными возможностямисейчас на слуху, причём на всех уровнях. Недавно Президент России ВладимирПутин продлил действие одноимённой программы до 2020 года. Но главный вопрос втом, насколько эффективно она реализуется в регионах. Выяснить это до концагода призваны активисты Общероссийского народного фронта с помощью мониторинга,результаты которого лягут на стол главе государства. Журналисты «НП»присоединились к этой работе.Чистота экспериментаКогда инвалидная коляска становится спутником человека сдетства, никаких иных способов перемещения в городском пространстве он простоне знает. Но вокруг нас тысячи людей, потерявших способность ходить послетравм, автокатастроф. Как изменяется взаимодействие с внешним миром у пересевшегов инвалидную коляску? Это мы и решили испытать, проехавшись на коляске поглавной улице областного центра – Большой Покровской.Ехать на коляске по дороге – чистое самоубийство. Но какпопасть на тротуар?Коляску одолжили в региональной общественной организацииинвалидов-опорников «Инватур». В начале старта, возле Дома связи на площадиГорького, её председатель Рафик Роганян помогает нам разложить вынутую избагажника коляску и проводит краткий инструктаж по «подводным камням»предстоящего испытания.– Рукава куртки засучи, иначе испачкаются о колёса, –напутствует он. – Осторожнее на выбоинах, вообще – осторожнее, можноперевернуться назад. И помни о тормозах.Для чистоты эксперимента сажусь в коляску не на тротуаре, анепосредственно из машины. И сразу чувствую себя беззащитной среди ставшихвдруг такими большими автомобилей. Перебирая руками ободок около колёс,подъезжаю к тротуару, а там… Высоченный бордюр! Без помощи нашего сотрудникаСергея пришлось бы, шокируя прохожих внезапным «исцелением», перешагиватьпрепятствие на своих двоих. Итак, первое столкновение с новой реальностью: тытеперь зависишь от помощи других людей.«Кина» не будет!…Уф, «вырулила» на Большую Покровку. Коляска под горкуноровит разогнаться. Перчатки уже все в грязи. Стараясь не угодить колесом ввыбоину, пытаюсь разглядеть реакцию людей. На меня почти никто не смотрит.Тактичность или равнодушие?Хочу попасть в кинотеатр «Октябрь». Обычное такоечеловеческое желание. Сбоку от лестницы – рельсы для коляски – швеллеры.Пытаюсь с помощью Сергея въехать. Бесполезно: они шире, чем расстояние междуколёсами.По пятибалльной шкале доступную среду в крупных городахобласти можно оценить на 2,5.Соломон Апоян, руководитель рабочей группы «Социальнаясправедливость» нижегородского отделения ОНФЛадно, впереди кинотеатр «Орлёнок». Попытка номер два. Сулицы беспрепятственно въезжаю в дверь и сразу же вижу такие же, как пять минутназад, «рельсы». На пути к ним колёса упёрлись в толстый резиновый коврик. Мойпомощник подкатил коляску к «элементу доступности», но здесь ожидалоаналогичное разочарование – колёса со швеллерами снова не совпали.«Исцеление» поневолеЧто ж, попытаюсь заглушить расстройство каким-нибудьбанальным успокоительным. Благо, на пути аптека с кнопкой вызова для инвалидов.Правда, кнопка как-то подозрительно висит на проводе… Но испытать устройство неполучилось по другой причине – как раз под ним полукруглая лестница аптекипочти смыкается с соседней, такой же. В результате дотянуться до звонка, сидя вколяске, просто невозможно.После всех моих мытарств очень хочется согреться иперекусить. Но в булочную не попасть – крылечко. Во все кафешки на центральнойулице ведут ступеньки без всяких пандусов – или перед входом, или за дверью.Ну, хотя бы в тепло, на пять минут. Очень мёрзнутнеподвижные коленки. Наконец вижу беспрепятственный въезд и пандус внутри – этомагазин одежды и аксессуаров. Сотрудницы гостеприимно распахивают передо мнойдверь, я уверенно съезжаю к зеркалам и дорогим нарядам и… Здесь меня поджидаетто, о чём предупреждал Рафик. Я переворачиваюсь навзничь вместе с коляской,вверх ногами. Инстинктивно вскакиваю. Немая сцена…В редакцию вместе с коллегами возвращаюсь на онемевших отхолода ногах, толкая коляску перед собой. С чувством горечи и обиды за людей,которые всегда остаются за порогом – театра, кафе, аптеки… Но это боль, замечу,здорового человека. А как справляются с трудностями люди с ограниченнымивозможностями, мы отправились выяснять вместе с активистами региональногоотделения Общероссийского народного фронта.Для тех, кто не слышит…Молчаливая жестовая речь по скайпу. «Выслушав» собеседницу,сурдопереводчик нижегородской региональной диспетчерской службы для инвалидовпо слуху Ирина Усова, она же заместитель председателя Нижегородскогорегионального отделения Всероссийского общества глухих, делает телефонныйзвонок по указанному ей номеру.– Почему за два месяца не выполнили ремонт планшета,сданного вам (называется имя недавней собеседницы. – Авт.)? – строго спрашиваетИрина Юрьевна. – Так его можно починить или нельзя?Ирина Юрьевна – единственный здесь слышащий работник. Еёзадача – принять от глухих сигнал о помощи (по скайпу, СМС или факсу), набратьнужный номер и решить проблему.Диспетчерская служба для инвалидов по слуху помогает глухими слабослышащим людям со всей области. А их в регионе приблизительно 5000человек. «Фронтовики» признают: эта служба – реальный «элемент» доступнойсреды. Только вот с декабря заканчиваются средства гранта, на которые онасуществует. Глухие люди очень надеются на то, что региональное министерствосоцзащиты включит эту диспетчерскую в программу «Доступная среда».…не видитЕщё более проблематично обстоит дело с доступной средой дляинвалидов по зрению. Как говорит председатель Приокского отделения региональнойорганизации Всероссийского общества слепых Пётр Варанов, слабовидящие людилучше всего различают ярко-жёлтый цвет, поэтому во всём мире на стеклянныедвери с обеих сторон наклеивают жёлтые круги.– Эти круги стоят копейки, но почему-то редкая организацияих использует, – констатирует он. – Точно так же номера автобусов должны бытьчёрными на ярко-жёлтом фоне. А где вы у нас видели номера чёрным по жёлтому?Редко в каких учреждениях встречается и специальное шершавое покрытие жёлтогоцвета на первой и последней ступеньках.Некоторые же упущения вообще смертельно опасны. Например, наостановке общественного транспорта на улице Пермякова в Автозаводском районеоколо предприятия, где трудятся инвалиды по зрению, нет автобусного павильона.И как сориентироваться слепому человеку, где ему ждать автобус? А рядомавтомобильная трасса……не ходитСледующий пункт нашего рейда – одна из бурнаковскихновостроек. Заходим в подъезд, чтобы встретиться с единственным пока живущимтут инвалидом-колясочником Александром Пановым, и замираем от восторга.Александр, сидя в коляске, спускается к нам с крутых ступенек наэлектроподъёмнике, управляемом с пульта.Застройщики этого микрорайона предусмотрели все деталидоступной среды, вплоть до специальных мест для инвалидов на крытой платнойпарковке недалеко от дома. Только одно «но»: бесплатного места Александру недают. Стоимость парковки – 75 рублей в сутки. Для инвалида-колясочника,выплачивающего ипотеку со своей небольшой зарплаты, это очень дорого. Директорпарковки Александр Кузнецов резонно замечает, что несчастье может случиться скаждым. Но…– По закону за парковку инвалидов должно платитьгосударство, – говорит он. – Александру надо обратиться с таким заявлением вминистерство соцзащиты.– Может быть, до рассмотрения этого вопроса разрешите емуставить машину под крышу? – просят «фронтовики» за Александра.Директор туманно обещает «ускорить процесс»…В районахСеченовский– В райцентре все значимые социально-культурные объекты, почтивсе магазины оборудованы пандусами, – говорит начальник управления соцзащитырайона Любовь Трушанина. – К сожалению, в других поселениях пока такого нет.Впрочем, доступная среда – понятие гораздо шире, нежели мыпривыкли считать. Скажем, сотрудники соцзащиты обеспечивают доступностьэлементарных вещей для 172 инвалидов на дому. Четыре человека с ограниченнымивозможностями в прошлом и нынешнем годах трудоустроены на предприятие попрограмме оборудования рабочих мест для инвалидов. На льготном лекарственномобеспечении состоят 236 инвалидов. Кроме того, в деревеньках, где нет газа идома отапливают углём, дровами, около 200 человек получают скидку на твёрдоетопливо. Всего же в районе 1896 человек с ограниченными возможностями, в томчисле 41 ребёнок.БалахнинскийВ районном обществе инвалидов – около 4000 человек.Организация, которой руководит Мария Ширяева, знакомит их друг с другом и недаёт скучать.В клубе «Алые паруса» ставят спектакли, выступают сконцертами перед ветеранами, в школах. Житель Балахны Максим Астахов научилнескольких человек играть на гитаре.– Да мне нетрудно, – говорит. – Зато как приятно былоуслышать от одного из учеников, что он не знал, чем заняться, а теперь какой-тосвет в конце тоннеля появился. Бардовское трио образовалось.Администрация района помогает с транспортом и с помещением:для общества инвалидов его предоставили бесплатно, оплачивается вся коммуналка.Организуют поездки по храмам, на областные спортивные соревнования. К слову, вПаралимпиаде, которую впервые провели в Балахне, приняли участие околополусотни спортсменов. Такие соревнования в районе собираются сделатьтрадицией.ГородецкийВ этом году в бассейне местного ФОКа появилась группа длястрадающих детским церебральным параличом.– Намерение у нас было давно, желающие – тоже, – говоритпредседатель комитета по физической культуре и спорту района Андрей Заботин. –И вот всё сложилось. Сейчас хотим организовать занятия с детьми с аналогичнымдиагнозом в спортзале, в одном из микрорайонов Городца. Пробные «тренировки»уже прошли.Вообще, по словам Андрея Николаевича, все спортивные объектыв районе доступны для инвалидов с самыми разными заболеваниями. В бассейне ФОКаесть подъёмник для колясочников. В комплексе проходят занятия с инвалидами позрению, слуху, с «опорниками»… А в 1‑м квартале 2016-го ожидают сдачи новогобольшого ФОКа, полностью приспособленного для посещения и тренировок людей сограниченными возможностями.ШахунскийМестное учебно-производственное предприятие Всероссийскогообщества слепых уже без малого 70 лет держится на плаву благодаря… желанию.Генеральный директор Алексей Гусев уверен: это желание жить.– И ещё огромное чувство ответственности за людей,утративших зрение, но не настроенных на иждивенчество, – уточняет он. – Из 70работающих – 23 инвалида по зрению и 13 по общему заболеванию. Изготавливаем похарактеристикам заказчика изделия из полиэтилена, металла, дерева, щетины. Естькрупные постоянные клиенты, но мы не коммерческое, а социально ориентированноепредприятие, а потому берёмся за любые заявки, даже маленькие и разовые. Однакоиз-за отсутствия долгосрочных контрактов и отмены льгот, поставившего нас наодну ступень с крупными развивающимися предприятиями, два года работали всерьёзном минусе. Сейчас ситуация выправляется.СергачскийВ школах Сергачского района учится 61 ребёнок-инвалид, 29 изних сидят за одними партами со здоровыми сверстниками.По словам специалиста отдела образования Сергачской районнойадминистрации Ирины Телиной, колясочников среди них нет, но есть дети синтеллектуальными нарушениями, обучающиеся по адаптивным программам.– Инклюзивное образование такие ребята получают в рядесельских школ, в том числе в Старо-Берёзовской, Камкинской, Яновской, Пожарскойи Богородской. В одних два-три «особенных» ребёнка, в других – шесть, десять.Родители решили не отдавать их в специализированные коррекционные классыобщеобразовательной сергачской школы № 5. Поэтому учителя сельских школ, гдеесть «нестандартные» ученики, прошли специальную курсовую подготовку и владеютвсеми необходимыми навыками для их обучения.Сергей Карпов, гражданский активист Общероссийского фронта,Арзамас:– За последние пять лет ситуация с доступной средой началаменяться к лучшему. Полностью доступны для людей на колясках центр реабилитациидетей-инвалидов, ФОК. Есть доступность в двух арзамасских школах – № 14 и № 15,в детском садике № 1. А вот с остальными объектами всё сложно. Есть отдельныеэлементы доступности в городской больнице «Дубки», но не во всех отделениях.Абсолютно недоступна для колясочника поликлиника № 2 – там даже пандусов нет.Недоступны все аптеки, в которых мы побывали.Владислав Сивый, депутат городской Думы Дзержинска:– Работа по созданию доступной среды для инвалидов вДзержинске в основном проводится формально и касается, как правило, лишьвнешних входов в здания. А внутри высокие пороги и лестницы остаютсянеприступными. Такая ситуация в ЗАГСе, в управлении соцзащиты, в больнице № 7,поликлинике № 2, даже в здании городской администрации. Радует только то, чтоновые здания, такие как перинатальный, торговый центры, сразу оборудуются всемнеобходимым. А вот объекты культуры в Дзержинске давно устарели не только дляинвалидов, но и для здоровых людей.
