«Я знала, что идеальных людей и детей нет»: исповедь акушера и приемной мамы из Нижнего Новгорода

«Я знала, что идеальных людей и детей нет»: исповедь акушера и приемной мамы из Нижнего Новгорода
Фото: из архива Татьяны Пановой
Татьяна Панова считает, что дети не обязаны оправдывать ожидания родителей

Многодетную маму Татьяну Панову многие нижегородцы знают, как врача-акушера и заведующую отделением в перинатальном центре при городской клинической больнице №40. Вот уже 23 года она помогает малышам появляться на свет, а сама воспитывает четырех детей. Один из них приемный.

 

В детстве Татьяна не мечтала о большой семье, хотя в игре дочки-матери всегда заводила много «детей». Девочка чувствовала себя счастливой с родителями и старшей сестрой, разница с которой составляла 19 лет. В какой-то степени «сестрой» казалась и племянница, которая появилась, когда Татьяне было 7. Большего тогда было и не нужно.

 

Династия врачей

Работу нижегородка выбрала не случайно — ее мама 50 лет отдала профессии акушера-гинеколога. А после практики в роддоме на первом курсе женщина по-настоящему влюбилась в свое будущее дело. Увидела, как рождается ребенок, и поняла, что всю жизнь будет заниматься этим.

В любимую профессию Татьяна Панова вложила душу, а со временем даже книгу о ней написала — «Рождение Космоса. Исповедь акушера». В одной части автор делится воспоминаниями о детстве и рассказывает о своей семье, в другой  — о медицинской практике, жизненно важных решениях  и судьбах людей. По признанию читателей, правдивые рассказы врача вызывают очень много эмоций. Не удивительно, что со временем у женщины вышло еще две книги («Другие облака» и «Любить жизнь»).

Фото: из архива Татьяны Пановой
Некоторые рассказы можно услышать от самой Татьяны на встречах с читателями или в рамках проекта «Внеклассные чтения»

«Что касается книг, то я никогда не планировала их писать. Просто однажды  опубликовала рассказ на одном из форумов для мам в Нижнем Новгороде, он понравился. Спустя полгода написался еще рассказ, потом еще… а потом я решилась на издание книги. Сейчас пишу в свободное время – по ночам или в отпуске. Только что вышла уже третья книга», — поделилась Татьяна Панова.

В новом сборнике по-прежнему можно найти истории о семье, о детях, о работе. Будет даже большой рассказ о четвертой Антарктической экспедиции, в которой в 1958-1960 годах   участвовал папа Татьяны Пановой, и хранящиеся уже 100 лет семейные фотографии. Кстати, обложку для последней книги «Любить жизнь», которая вышла в свет весной 2021 года, нарисовала дочка нашей героини — десятилетняя Маша.

Дети поддерживают маму во всем, в том числе и в выборе профессии. Старший сын Саша даже поступил в медицинский университет. Десятилетний брат-близнец Маши Миша хочет в будущем заняться разработкой протезов для инвалидов, младший (приемный) сын Вова планирует лечить коней и собак. А дочка мечтает стать акушером, как сама Татьяна.

Фото: из архива Татьяны Пановой
Дети Татьяны однажды смогут продолжить нижегородскую династию медиков

Мы не скрываем, что ребенок усыновлен

По словам Татьяны, отказники в роддоме случаются во все времена, особенно в периоды сложной экономической ситуации в стране. Сама она ими не занимается, но по возможности старается отговорить мам от радикального шага.

«Когда женщина объявляет, что оставляет ребенка в роддоме, я стараюсь объяснить ей, что со временем она пожалеет о своем решении, и боль поселится в ее сердце, но будет поздно. В нашей стране существует тайна усыновления, большинство скрывают, что взяли ребенка из детского дома. Это особенности нашего менталитета. Поэтому биологическая мать в большинстве случаев не сможет найти ребенка, если только сам ребенок, узнав правду, не начнет ее разыскивать», — поделилась Татьяна.

Нижегородка призналась, что решение об усыновлении четвертого сына напрямую с работой не связано. Просто у женщины появилось желание иметь еще ребенка, расширить семью, реализовать свою любовь, а родить самой после 40 лет здоровье уже не позволяло. Татьяна посоветовалась со своим страшим сыном, которому на тот момент было 13 лет (а близнецам по 5), и вновь стала мамой.

Первые месяцы после усыновления Вовки оказались не из легких. Окружающие люди с трудом могли принять поступок Татьяны. Сейчас нижегородка с улыбкой вспоминает этот период, но тогда ей приходилось действительно непросто. Из-за предрассудков многие не понимали, напряженно наблюдали за происходящим, задавали смешные и, порой, глупые вопросы.

Фрагмент из рассказа Татьяны Пановой

— Тебя так никто и не понял! – это уже коллеги.

— А я и не просила понимания.

— Ну как же! Человек всегда хочет, чтобы его поняли! Так нам и не понятно, что ты кому доказываешь… Сначала двойню родила, теперь вот … это…

— А разве все поступки делаются с целью доказать кому-то что-то? – спрашиваю, искренне удивляясь (мне и в голову не приходило, что я доказывать что-то могу). – Странный какой-то способ доказать: это ведь даже не собаку домой привести поперек желания родителей, это ребенок, он на всю жизнь! Навсегда!

— Ну, я надеюсь, что в 18 лет ты его выселишь.

— Куда?

— Им же положено жилье!

— Это только тем, что под опекой или в приемной семье, а он усыновленный! Ему положено только то, что я смогу дать, потому что он в правах ничем не отличается от моих кровных детей.

— Он что и на наследство будет претендовать? (в ужасе)

— Ага. Да-да, на те три завода, четыре фабрики и 10 загородных вилл…

— Так зачем же ты его взяла???

— Не знаю, зачем. Люблю его, вот и взяла. Не хочу, чтобы он по приютам болтался. Согреть хочу, растопить, отдать часть себя…

— Тебе ж есть, кому себя отдать! Своих трое!

— Ну, много меня, и на Вовку хватит…

Зато дети Татьяны были готовы к пополнению семьи и с радостью приняли младшего брата. Сейчас они уже и не вспомнят, как и когда малыш появился. Однако, от Вовки его происхождение не скрывают. Мальчик знает, что его усыновили. Принять себя и осознать, что с ним случилось, ему помогают старшие дети и приемная мама.

Фото: из архива Татьяны Пановой
Дети живут дружно и заботятся друг о друге

«То, что Вовка будет знать правду о своем прошлом, я поняла еще задолго до его появления в нашей семье. После окончания курсов в школе приемных родителей, я приняла такое решение. Я решила, что быть честным с маленьким человеком гораздо проще, чем всю жизнь его обманывать. Ведь последствия внезапного «прозрения» во взрослом, а особенно в подростковом периоде могут быть непредсказуемыми.

Как-то раз, когда Вовке было около трех лет, дети рассматривали фотографии из роддома. Все нашли себя в маленьких кульках, которые мне вручали медсестры при выписке. А Вовки не было. И Вовка решил, что его не было, что он не родился. Вот тут-то я и объяснила, что его родила другая женщина, а потом он оказался у нас дома. Постепенно мы говорили с ним о подробностях. К пяти годам Вовка стал переживать и никак не мог принять всю эту историю, возмущался поступком биологической матери. Мы с ним много разговаривали, не только я, но и дети.

Совсем недавно он сказал, что хотел бы сказать той маме спасибо. Это было неожиданно и очень волнительно. Он хотел поблагодарить мать за то, что она оставила его, и поэтому он попал в нашу семью, где его любят и где ему хорошо. Он так и сказал: «Если бы она меня не бросила, у меня бы никогда не было тебя – моей мамы!» И это в пять лет… Представляете, сколько всего в душе у такого малыша, сколько горя и переживаний?! Сколько всего он должен понять, принять и не озлобиться. Это огромное счастье и облегчение, когда у ребенка в душе нет злобы и обиды», — поделилась Татьяна.

Фото: из архива Татьяны Пановой
Пятилетний мальчик благодарен биологической матери за свою новую любящую семью

Фрагмент из рассказа Татьяны Пановой

Когда Вовка болел, Миша и Маша (мои средние дети) очень переживали. И однажды я застала их внимательно рассматривающих раздетого из-за высокой температуры Вовку. Они считали пальчики, заглядывали в нос и ушки. Я решила, что они играют во врача и подсела к ним на край кровати.

— Мам, а что с ним не так? — спросил Миша.

— Он простудился и болеет, — ответила я.

— Нет, а когда не болел, что с ним не так было?

— Не знаю, вроде все так.

— Он сломанный? У него что-то не работает?

— Нет, у него все работает, — улыбнулась я, не понимая подоплеки вопроса.

— А почему же его выбросили в мусор? Ты ведь только сломанные игрушки на помойку выносишь, а целые оставляешь нам… А его мама зачем выбросила? А?!

Миша заплакал.

— Миш, не плачь! — в разговор вступила Маша. — Его же тети врачи нашли и нам отдали! Мы-то его не выбросим!

Я сгребла их всех в охапку и несколько минут глотала слезы.

Совсем недавно я вспомнила, как в детстве играла: у меня была семья зверей: мама-папа — белые медведи, их родной медвежонок и 4 приемных ребенка: цыпленок, заяц, собачка и обезьянка, впрочем, у обезьянки была мама, но она жила в Африке и приезжала редко. Это были своеобразные дочки-матери, дети жили все вместе, ходили в школу, гуляли, родители всех любили и не делали различия. Тогда мне и в голову не приходило, что у меня могут быть приемные дети, потому что меня воспитывали в нетолерантной семье. Родители считали, что приемный ребенок — это всегда чужой ребенок, его можно взять только, если нет своих, и то надо 20 раз подумать и хорошенько выбрать. И я была согласна. Что случилось со мной, почему я пересмотрела свою жизнь полностью, почему решила, что только так и надо сделать? Не знаю, я до сих пор не нахожу ответа.

Ребенок не обязан быть таким, каким его придумали родители

По словам Татьяны, Вовка – самый обычный пятилетний ребенок, который несется к вернувшейся с работы маме и виснет у нее на шее. Он очень трогательный, любит своих братьев и сестру.

«Это вечный спор, что формирует личность – генетика или социальное окружение (смеюсь). Конечно, сын имеет явные генетические черты характера, которые не свойственны нашей семье: он горячий, неусидчивый, активный, вспыльчивый. Но он приспосабливается, и мы все приспосабливаемся. Он учится на примере старших, подражает им. Вова внешне очень похож на нас, это получилось совершенно случайно, я к этому не стремилась. А сейчас, когда он перенял еще и мимику, жесты, свойственные нашей семье, ни у кого не возникает сомнений, что это мой сын. Все мои дети очень дружные, они любят друг друга и заботятся друг о друге. Возможно, это связано с те, что я отношусь ровно ко всем, не выделяя. Если молодец – значит молодец. Если набедокурил – значит получи наказание, совершенно не важно – родной ты или усыновленный. Те вещи, которые, которые сложно объяснить, порой, легко понимаются, если просто обнять и поцеловать. Очень важно не предать ребенка, не отвернуться от него, увидев генетические черты, какие-то особенности, не свойственные собственной семье», — подчеркнула Татьяна Панова.

Фото: из архива Татьяны Пановой
Вова приносит каждый день что-то удивительное в жизнь семьи

Многодетная мама убеждена, что ребенок не обязан быть таким, какие его придумали родители. Поэтому важно просто его любить, уважать и направлять, а не требовать соответствия завышенным ожиданиям.

«Личность любого ребенка, даже своего, принять бывает непросто. Ребенок имеет право отличаться от родителей. Когда я брала Вовку, я уже знала, что идеальных людей нет, и идеальных детей нет. Главное, что я любила его», — поделилась Татьяна.

Женщина признается, что готова к принятию еще одного ребенка, но при этом нужно учитывать материальные возможности и собственные силы. Ведь одно дело ребенка взять, а другое – успеть вырастить и поднять на ноги.

«К приемному родительству можно и нужно подготовиться, убрать все радужные мечты о белокурой кроткой девочке или разумном красивом мальчике. Приготовиться к тому, что все может пойти не так, и ребенок не оправдает ваши надежды. Обязательным является прохождение школы приемных родителей еще до того, как люди, решившие усыновить ребенка, собирают пакет документов на право быть усыновителями. Эти школы есть в каждом районе города и области. В основном, это занятия с психологами, которые помогут понять – нужно ли это вообще потенциальным родителям, чтобы потом не было возвратов детей в детский дом уже из приемной семьи. Например, из нашей группы в школе приемных родителей, в которой было 15 человек, усыновителями стали только двое. Большинство поняли, что это слишком сложно, и они не готовы к такому шагу», — рассказала Татьяна Панова.

Вовке с мамой повезло. Всего пять лет он был подкидышем. В детском доме и общероссийской базе малышом часто интересовались, а усыновлять опасались из-за слабого здоровья. Но забота и любовь семьи сейчас помогают мальчику расти оптимистом с философскими взглядами на жизнь… Хочется верить, что у каждого Вовки однажды появится такая дружная семья и надежда на счастливое будущее.

Подписывайтесь на наш Telegram-канал «Нижегородская правда online», и новости сами придут к вам.
Самое популярное
Новости партнеров

Следующая запись

Больше нет записей для загрузки

Нет записей для подгрузки