Жизнь налаживается?
«Лишь бы город процветал», — эту фразу Евгений Горюнов произносит просто, без всякого пафоса. А вот когда начинает говорить об истории, современности и дне завтрашнем Нижнего Новгорода, по-хорошему заводится, но при этом эмоции не захлестывают здравый смысл. И ты понимаешь: он действительно этого хочет, готов помогать словом и делом, не требуя ничего взамен. И ему веришь.Слушать людейЕвгений Михайлович — один из самых активных участников проекта «Большой муниципалитет». И единственный, с кем глава администрации Нижнего Новгорода Олег Кондрашов встретился лично, за рамками «проектных» круглых столов.Уже по первым фразам нашего разговора стало ясно: собеседник — человек прямой. Признаться, думала, начнет сейчас крушить критикой всё и вся. А он как-то неожиданно начал с… хорошего.— Жизнь-то налаживается, — осторожно, впрочем, улыбнулся Евгений Михайлович. — Пусть не везде и не быстро, но становится лучше. И к людям прислушиваются. Причем независимо от того, о чем идет речь — о каких-то масштабных предложениях или же о вещах почти бытовых.— Каких, например?— Смотрите: впервые в этом году в центре города не стали красить бордюры в безвкусный желто-зеленый цвет. Покрасили в бело-черный. Более того, я предложил сразу делать бордюры черными — добавить 5 процентов какого-нибудь красителя в процессе изготовления. Все — их просто надо будет отмывать.— Неужели, по-вашему, это так важно?— Важно. Только не надо успокаиваться. Но чтобы движение было, кто-то должен его стимулировать.История с географиейЕго особая боль — наша история. Точнее, некорректное, а порой и варварское к ней отношение. Поэтому одно из первых предложений Горюнова в проект «Большой муниципалитет» касалось переименования площади Лядова.— Ну подумайте сами, — негодует он, — Лядов — кличка революционера Мартына Мандельштама. Да и чем он заслужил, чтобы одна из центральных площадей носила его имя? Говорят: нет денег на смену названия. Да там домов пять всего. В свое время на переименование целой улицы — Свердлова — нашли средства. Ну, нельзя же в центре Нижнего иметь улицу его имени. Многие и не понимают, какой страшный это был человек.— Но это тоже наша история.— А раньше что, ее не было? Они что, пришли на пустое место? Вошли в нее тем, что уничтожили лучших. А если бы фашисты в свое время взяли Москву и назвали бы одну из улиц Гитлерштрассе, мы тоже оставили бы это название, прикрываясь тем, что это наша история?— Хотите сказать, что у нашего города есть прошлое более древнее и более достойное?— Я хочу сказать, что преступно присваивать то, что тебе не принадлежит. Создавайте сами и называйте, как хотите. Есть у нас, скажем, станция метро «Ленинская», построенная в советское время. Не называть же ее именем Николая Второго! «Золотой треугольник»— Евгений Михайлович, среди ваших предложений есть особенно дорогие?— Они все для меня дорогие. Например: у нас есть «золотой треугольник» — площади Горького, Свободы, Минина и Пожарского. Почему бы нам не соединить их линией канатной дороги? Скажете: фантастика? Но ведь сделали же канатку на Бор! В Швейцарии есть канатки длиной до 200 километров, и ничего. В ближайшие 20 лет ни на Минина, ни на Свободу метро, так нужное городу, скорее всего, не придет. Вот вам альтернатива. И пусть потом нижегородцы и гости ездят с широко раскрытыми глазами и ртами. Это и удобство, и имидж города.— Кстати, заметила: среди ваших идей много чисто имиджевых проектов.— Нижний Новгород должен звучать, он этого достоин. Я, например, искренне благодарен Шанцеву за восстановленную Зачатьевскую башню. Некоторые говорят: можно было не делать. Можно. Можно было и Агафонову, известному нашему архитектору-реставратору, в 1938 году не поднимать проблему восстановления кремля. В начале 30‑х годов кремль вообще предназначался к частичному сносу. А Агафонов бился, чтобы он был. И потом почти полвека занимался воссозданием его первоначального облика. Бесспорно, Святослав Леонидович достоин быть увековечен в бронзе.
