«Нам достаются самые сложные выезды»: фельдшер Центра медицины катастроф рассказал, как спасают человеческие жизни

Газета "Нижегородская правда"
«Нам достаются самые сложные выезды»: фельдшер Центра медицины катастроф рассказал, как спасают человеческие жизни
Фото: предоставлено Григорием Цирулёвым
Бригады центра медицины катастроф выезжают на самые сложные вызовы по всей области

Вертолёт завибрировал, зажужжал и, как огромная стрекоза, плавно взмыл вверх. Фельдшер выездной бригады Центра медицины катастроф Григорий Цирулёв как всегда спокоен и сосредоточен. По-другому и быть не может – в санавиацию берут самых опытных и надёжных медиков. Это одна из самых экстремальных профессий: в Центре медицины катастроф оказывают помощь пострадавшим в любых чрезвычайных ситуациях по всей области.

 

На ДТП – в защитной экипировке

Свой первый вылет на медицинском вертолёте фельдшер Центра медицины катастроф Григорий Цирулёв запомнил на всю жизнь: спасли больного с инфарктом, доставив его из Шахуньи в областную больницу имени Семашко всего за полтора часа с момента вылета. На автомобиле скорой помощи в нелётную погоду такое расстояние приходилось преодолевать за пять часов только в один конец.

Стаж 36-летнего фельдшера выездной бригады центра медицины катастроф – 15 лет. Первые два года Григорий отработал на обычной скорой, потом перешёл в Центр медицины катастроф. Как один из лучших сотрудников центра был рекомендован для работы в санавиации.

– На вертолёте медицинское оснащение иное, квалификация требуется другая, – объясняет Цирулёв. – Времени на переобучение нет, все инструкции изучаешь в процессе работы.

Фото: предоставлено Григорием Цирулёвым
В жару в защитной экипировке особенно тяжело

Вылеты проводятся далеко не каждый день, основное место работы Григория – по-прежнему автомобиль скорой помощи. Смена в неотложке начинается в 8 утра. Бригада принимает смену, укладку машины, расписывается в журналах. На каждый вызов, будь то пожар или любая другая катастрофа, выезжают в полной противоковидной защите – неизвестно, где доведётся столкнуться с инфекцией.

– Работать в костюме сложнее, – признаётся Григорий. – В очках нарушается поле обзора, в двойных перчатках сложнее найти вену. Особенно трудно в жару – от респиратора на лице раздражение, под очками пот течёт в глаза, а вытереть нельзя. Но привыкли, да и машины оборудованы кондиционером. Тяжело, когда приходится по этажам на вызовы подниматься. Для транспортировки лежачих больных из высотных домов требуется недюжинная физическая сила и выносливость. В обычный лифт носилки с больным не войдут, приходилось и с девятого этажа нести пациента по лестнице до машины.

 

Зона действия – вся область

В режиме ожидания приходится находиться недолго. Первый вызов – на транспортировку тяжёлого пациента из ковид-госпиталя на компьютерную томографию лёгких в областной диагностический центр.

– Нам достаются самые сложные выезды, – не скрывает Григорий. – Процентов шестьдесят связаны с пандемией. Чаще всего это транспортировка и медэвакуация тяжёлых больных – из стационара в стационар, доставка на диагностические исследования. Зона действия – вся область. Больные во время транспортировки находятся на кислородной поддержке, нужно следить за всеми жизненными показателями, поэтому всё время ты в напряжении.

Вторая основная зона действия центра медицины катастроф – автомобильная трасса.

– Однажды был случай, когда за один вызов оказали помощь пострадавшим в четырёх разных ДТП, – рассказывает наш собеседник. – Поехали на один вызов, пока везли пострадавших в больницу, по пути встретилось ещё одно дорожно-транспортное происшествие. Остановились оказать помощь. Пока делали перевязки, прямо рядом с нами произошла ещё одна авария. Тоже стали оказывать помощь. Но такое, к счастью, редко случается.

После каждого вызова бригада полностью дезинфицирует автомобиль. Конечно, это занимает время, поэтому за смену удаётся сделать почти вдвое меньше вызовов, чем до пандемии – в среднем шесть вместо 12.

– В неделю 2–3 вызова на ДТП,– поясняет Григорий. – До ковида их было больше, до 10 раз в неделю, особенно летом, когда все на дачу едут. А вот пожары чаще всего, наоборот, зимой, особенно в морозы, когда в частном секторе печи топят. Нередко выезжаем на отравление угарным газом, скорую соседи вызывают. Базируемся в посёлке Комсомольском, и все ближайшие деревни в Богородском районе – наша территория. Приходилось возить сильно обгоревших в ожоговый центр. Самые тяжёлые пострадавшие, как правило, из города – в частном секторе соседи видят, когда дом загорается или дым идёт из окон, а в городе нет. Так что самые сильные ожоги – квартирные.

 

Не перейти грань

Несмотря на то, что работа требует полной самоотдачи, о своём выборе Григорий не жалеет.

– Мне нравились химия, биология, поэтому поступил в Нижегородский медицинский базовый колледж, – рассказывает он. – После его окончания сознательно пошёл на скорую помощь – утвердился в своём выборе, когда проходил в последний год обучения госпрактику. У нас была и клиническая практика в больнице, поэтому есть с чем сравнивать. Хотя в хирургическом и реанимационном отделениях тоже своя специфика. На скорой мне нравится, что работа экстремальная, каждое дежурство не похоже на другое. Не рутинная работа, не заскучаешь.

Нижегородский территориальный центр медицины катастроф признан одним из лучших в России

Восстанавливать силы помогает семья.

– У меня двое детей – один годик и пять лет. Когда я дома, стараюсь больше с ними проводить времени.

График работы Григория – сутки через двое.

– Первый день дома просто отдыхаю, смотрю телевизор, читаю, – рассказывает он. – На вторые сутки иду в спортзал. Люблю играть на гитаре. Рисую графику. Отец хорошо рисовал, и я от него перенял, специально этому не учился. В отпуск уезжаю на природу за город, в деревню. Кстати, летом выпадает отгулять не каждый год – летние отпуска бригады берут по очереди.

По словам Григория, для работы на скорой помощи самое главное качество – умение сохранять спокойствие в любой ситуации.

– Сотрудник скорой должен быть психологом, – убеждён он. – Каждый человек в экстремальной ситуации реагирует по-разному, кто-то плачет, кто-то паникует, не контролирует себя. Бывают конфликтные ситуации, бывает, что пациент или его родственники находятся в состоянии алкогольного опьянения. У фельдшера должна быть психологическая, моральная устойчивость.

Проблема № 1 для работников скорой – эмоциональное выгорание. Григорий признаётся, что, замечая его признаки у коллег, старается не допустить этого в себе.

– Конечно, на выезде сдерживаешь эмоции, они сами отключаются на время. Чтобы чётко выполнить свою работу, стараешься не обращать внимания на чужую боль. Но когда анализируешь свою работу, эмоции могут нахлынуть, и ты испытываешь весь спектр переживаний – сострадание, душевную боль, – признаётся наш герой. – Пока эмоции сохраняются, выгорания нет. Важно не перейти эту грань, после которой будет сложно вернуться назад.

Как только в обычной обстановке нет эмоций, наступает выгорание. К счастью, меня это миновало.

Подписывайтесь на наш Telegram-канал «Нижегородская правда online», и новости сами придут к вам.
Самое популярное
Новости партнеров

Следующая запись

Больше нет записей для загрузки

Нет записей для подгрузки