«Мы были советские люди»
У нижегородца Анатолия Кеслера типичная судьба российского немца. Он родился в самый канун войны и грудным младенцем разделил участь родителей — ссылку в Казахстан. — Я родился в селе Аплеш Ичкинскогорайона Крымской АССР, — рассказывает Анатолий Александрович, — и вместес родителями был отправлен сначала в Ростов-на-Дону, а потомв Чимкентскую область. Там, в забытом Богом ауле в горах Чулактау,на полуострове Мангышлак, прошло мое раннее детство. Его отец — обрусевший немец, мать — украинка. О своих немецких корнях он знает немного. Но пепел предков стучит в сердцекаждого, и память о прадеде, переселившемся из Германиив начале XIX века на Украину, в Екатеринославскую губернию, сталау Кеслеров стержнем семейных преданий. Дед Иоганн Адольфович умер вскоре после революции, отец Александр Иоганнович, по паспорту Иванович,трудился в колхозе бухгалтером. Правда, в сорок первом ему пришлось сменить род занятий. Депортированных немцев-мужчин мобилизовали в так называемую трудовую армию. — Они строили железную дорогу в Гурьевской области, — говорит Анатолий Кеслер, — потом работали на заготовках саксаула. Домой отец вернулся в конце войны инвалидом. В 1956 году на волне борьбы с культом личности Сталина с репрессированных народов сняли клеймо врагов. К немцам же было особое отношение. Указ Верховного Совета СССР лишь снял с них ограничения по месту жительства. Окончив школу, Анатолий решил поступать в вуз и выбрал Горький. Вскоре его зачислили студентом водногоинститута. С середины 1960‑х годов он его преподаватель, ныне — доцент кафедры проектирования и постройки судов. В перестройку началась массовая эмиграция советских немцев на историческую родину. По некоторым данным, в Германию уехало около 2,5 млн человек. На мой вопрос, кем онсебя изначально ощущал, Анатолий Кеслер не задумываясь отвечает: «Скорее не немцем или русским, а советским человеком». Тем не менее немецкая кровь дает о себе знать. У Анатолия Александровича и его друзей по обществу российских немцев «Единство», созданному на волне горбачевской гласности, неподдельный интерес не только к своей родословной, но и германской истории и культуре. Мой визави готов подолгу рассказывать о немецких сынах России и нижегородской земли, их вкладе в развитие страны и края, о нижегородской лютеранской общине, о евангельско-лютеранской кирхе, стоявшей некогда на Большой Покровке, возле нынешнего кинотетра «Октябрь», и закрытой в 1931 году (снесена в 1962‑м). Несмотря на почтенныйвозраст, Анатолий Кеслер производит впечатление человека не толькоумного, доброго и открытого, но и полного сил, веры в будущее.
