Не веришь чужому – спроси знакомого
Из отдаленного от Нижнего Новгорода района к нам в редакцию приехал 82-летний Владимир Алексеевич. Правда, приехал не один, а в сопровождении сына, но все равно от пожилого человека такой путь потребовал немалых затрат физических сил. А самое обидное, что старик напрасно преодолел столь неблизкую дорогу, без всяких на то оснований проводит ночи без сна, а дни — в обиде на жизнь, на работников пенсионного фонда, соцзащиты, администрации и прочее человечество. В редакцию люди обращаются со своими реальными проблемами, и мы по мере своих сил и возможностей стараемся им помочь. Но иногда пожилые люди приходят с надуманными обидами: соседка сказала, что у других выплаты посолиднее, у брата-свата пенсия больше, а работал он меньше… И такие ущемления в правах надумает себе пожилой человек, что уже ни есть, ни пить не может, ни сидеть, ни лежать спокойно. И пишет он письма-жалобы во все инстанции, грозя надуманным обидчикам судом и всякими другими карами. А когда начинаешь разбираться в сути проблемы, то понимаешь, что проблемы-то и нет. Старик сам ее придумал. То ли из зависти к ближнему (а почему у него пенсия больше?), то ли от простого незнания законов. Примерно то же самое произошло и с Владимиром Алексеевичем, участником войны (год последнего военного призыва), ветераном труда. Он уже во все мыслимые и немыслимые инстанции жалобы разослал, и везде — отказ. «Нигде и никого я не встретил в свою защиту, ничего не нашел, кроме болезни», — сетует ветеран. А дело все началось с того, что он попал на лечение в госпиталь, что на ул. Гоголя. Все там понравилось старику, но особенно — разговоры со сверстниками в фойе перед сном. И в результате этих разговоров Владимир Алексеевич вдруг выяснил, что у него прискорбно маленькая пенсия по сравнению с другими людьми, имеющими равные с ним привилегии и льготы. Ни трудовая, ни фронтовая пенсии не соответствуют истинному, законному размеру. «У меня вон какая пенсия!» — похвалился один из пациентов госпиталя на вечернем сходе в фойе. Другой советовал Владимиру Алексеевичу «сходить в райсобес и потребовать свое, законное». Третий предупреждал, что если сам за работой сотрудников пенсионного фонда не проследишь, то окажешься не в той категории льготников, которая тебе положена, а в той, где пенсии поменьше. В письменном обращении в редакцию Владимир Алексеевич так и заявляет: «Правду говорят, в другую категорию я попал. Озоровать не знают уж как над нами, стариками. Прошу, помогите нам старикам». И такой несчастный вид был у бывшего механизатора колхоза, что хотелось немедленно ему помочь. К счастью, Владимир Алексеевич прихватил с собой все бумаги, что получил из соответствующих ведомств в ответ на свои жалобы. Когда мы разложили в нужном порядке и внимательно просмотрели бумаги, то поняли, что никто и не думал нарушать или хоть в малейшей степени ущемлять права пожилого человека, участника войны. В сопроводительных к документам письмах-ответах сотрудники ПФР, соцзащиты, местной администрации подробно рассказывали Владимиру Алексеевичу что, когда и почему ему начислено, какие льготы ему положены, а какие — нет. С тем, что написано в письмах, наш собеседник согласился, но считал, что ему недоплатили по другим статьям закона, недоучли одно и взяли в расчет совсем другое. Сколько я ни пыталась объяснить Владимиру Алексеевичу, что все перерасчеты его пенсии произведены правильно, поэтому сейчас она и достигла отметки 12 тыс. 980 рублей, что все положенные ему льготы предоставляются, пожилой человек меня и слушать не хотел. Он опять завел речь о каких-то никому неведомых никому законах, об обещаниях Президента РФ: «Сказал, что будут доплачивать военным за годы службы». И никак я не могла объяснить старику, что речь идет об офицерском корпусе армии, о кадровых военных. Обратилась за помощью к сыну, но тот только рукой махнул: «Мы сами ему все объясняем, говорим, что никто его не обманывает, но он и слушать нас не хочет. Думали, может, вас, постороннего человека, послушает. Вот и решили приехать в Нижний». Дедушка ушел от меня обиженный, с печалью о том, что опять его не поняли и отказались помочь. А мы остались с тяжелым осадком на душе: не смогли убедить старика, что он не прав. Будет он жить с обидой на весь свет, омрачив тем самым осень своей жизни. Так хочется обратиться ко всем пожилым людям и посоветовать им не придумывать себе несуществующих бед и печалей — их и так в жизни хватает. Если возникли какие-то сомнения, попросите у своих детей разъяснений. Дети вам все честно и доходчиво объяснят. Не смогут сами на ваш вопрос ответить — спросят у знающих людей. Не придумывайте, дорогие старики, себе поводов для плохого настроения. Больше доверяйте себе, детям, людям, призванным помогать вам в силу своих профессиональных обязанностей. Поверьте, никто не хочет «озоровать» над вами. Напротив, все пытаются вас поддержать, ободрить. И вы уж тоже берегите себя. От хандры, от уныния и недоверия к людям.
