Сиротливо без папы Карло

Он работал в театре кукол, как в сказке, 30 лет и 3 года… На пожелтевшем фотоснимке 1959 года ушастый мальчик с очень серьезным взглядом умных карих глаз. Надпись гласит: «Семиков Стася, лучший ученик 4д класса средней школы №154». Ласковое «Стася» на парадном портрете со школьной Доски почета. Так примерно и звали его всю жизнь друзья: Стася, Стасик.Прадеды его — не последние нижегородские купцы — ходили по Оке и Волге на баржах и пароходах со своими товарами. После революции были раскулачены и сосланы в область. Дед «эмигрировал» в искусство, стал художником. Родился Станислав в городе Павлове в семье инженеров, а когда пришла ему пора учиться, родители вернулись в Горький.В школе Стася увлекся радиоделом, помог осуществить общую мечту о своем школьном радиоузле. С 10 лет занимался в кружке резьбы по дереву в клубе имени Кринова. Позже, работая на заводе токарем, освоил токарную деревообработку. Брал уроки художественной росписи по дереву в изостудии. Поступил в политехнический институт. Но в первый же год разочаровался: специальности долго не обучали, перегружая идеологией. Через несколько лет он повторил попытку, однако ситуация не изменилась. Времени терять больше не стал и пошел работать.Нет на свете факультета, который выпускал бы специалистов столь широкого профиля: конструктора, столяра, плотника, радиотехника, механика, электрика, инженера, художника и резчика по дереву в одном лице. А театр, как синтез искусств и самых разнообразных ремесел, вызывает их к жизни. Правда, редко какому театру везет так, как повезло однажды Нижегородскому академическому театру кукол. Именно там появился в 1977 году и проработал до 2010 года замечательный мастер уникального дела, конструктор кукол Станислав Александрович Семиков.Для начала ему самому повезло с учителем: Виктор Алексеевич Кисляков, первый конструктор кукол, передал секреты своего мастерства. Правда, злые языки потом говорили, что куклы у Стаса тяжелее, но дело было не в мастере, а в том, что театр переехал в новое здание. Зрительный зал был уже не на 200, а на 400 мест, и новое зеркало сцены диктовало свои масштабы. Куклы стали вдвое крупнее, выше ростом и потому весомее. Впрочем, на самом деле у каждого мастера свой почерк. От фантазии и умений конструктора зависит, какими возможностями будет наделена кукла, особенности ее пластики закладываются с «рождения». Мастерство актера довершит остальное уже на сцене.В начале 80‑х С. А. Семиков прошел стажировку в Центральном Театре кукол им. С. В. Образцова, а затем — в Ленинградском Большом театре кукол. Потом самостоятельно разработал и воплотил механику для действующих лиц более чем в 60 спектаклях нижегородского театра, вовсе не случайно ставшего академическим, то есть образцовым.Кукол работы Семикова можно увидеть в театрах Испании, Германии, Польши. Его творения отмечены дипломом и большой серебряной медалью на Всемирной выставке в Брюсселе, высокими наградами в Нью-Йорке, Франции, украшают экспозицию Центрального театрального музея им. Бахрушина в Москве.Станислав Александрович объездил с театром почти весь Советский Союз и еще чуть не полмира — Францию, Венгрию, Испанию, Бельгию. Однажды в конце 90‑х в театр пришли на экскурсию немцы. Им показали и моноспектакль А. Носова «Легенды Нижегородского края» с уникальными резными куклами работы Семикова. Умеющие ценить качество иностранные гости были в полном восторге. А финны на этом же спектакле в Музее художественных промыслов плакали и целовали кукол. Спустя некоторое время Стас получил персональное приглашение в Германию с выставкой «Что и как можно сделать из дерева». А мог он вырезать многое, даже деревянную цепь.По-настоящему умный и интеллигентный человек, Станислав всегда оставался учеником у жизни. Он никогда не переставал искать себя, осваивать что-нибудь новое. Его все интересовало — фото- и видеосъемка, информационные возможности Интернета, компьютерная графика, дизайн, новинки техники. Инструменты в свой цех по изготовлению кукол в театре он чаще всего покупал себе сам. С летних заработков — тех, что вместо отпуска. Ведь основная работа не давала возможности достойно содержать семью. Чтобы жить, был другой вид искусства — резьба по дереву. Резал на заказ лестницу на несколько этажей перилами, письменный стол, богато украшенный, ажурную люстру с шестью плафонами и многое другое. Из дуба, пожалуй, самого твердого, неподатливого материала. Руки постоянно болели от перегрузок.Летом его отдых состоял в смене деятельности: чаще всего Станислав становился прорабом на строительстве какого-нибудь загородного объекта. И вкалывал, как Папа Карло. Да он и был тот самый Папа Карло…Стас не был тщеславен. Ничего о себе не мнил, забывая подумать, что поесть, во что одеться. Не придавал всему этому значения, да и не успевал. Очень любил кофе, на нем держался, питался дымом сигарет. Умел работать самозабвенно. И так же жить.В театре Станислав успел побыть по необходимости звукооператором, художником по свету, без отрыва от основной деятельности некоторое время работал даже заместителем директора! Как обычно, полный собственных гениальных идей и чуткий к чужим, он всегда искренне готов был помочь. Раздумывал Стас недолго. Из сомнений высказывал только интеллигентское: а справлюсь ли? И еще одно: да у меня и образования-то нет.Это последнее действительно представляло собой некоторое препятствие. Пришлось обивать пороги, просить, показывать его, доказывать, что никакое образование не дает того, что дают уникальные личные качества и огромный опыт. Помню, стоял Семиков в министерском коридоре, растерянно улыбаясь, словно извинялся за свое там присутствие. Между тем выглядел как денди в своем неожиданном выходном костюме и тратил драгоценное время Мастера, которого у него никогда не было вдоволь. Ведь заканчивая свой длинный, зачастую 12-часовой, рабочий день в качестве зама Стас тихо поднимался к себе в мастерскую и во «вторую смену» резал гапиты — механику для управления куклой, ручки, ножки и прочее. Одному Богу известно, какого все это требовало мужества, какой выдержки и сколько здоровья унесло…Он умер тихо. Не поняв, что был личностью огромного масштаба. Поняли ли это мы, его коллеги? «Лицом к лицу лица не увидать. Большое видится на расстояньи…»Со скромных доходов деятеля культуры с трудом обеспечивая семью и очень переживая за будущее детей, он каждый день, спеша на работу, проходил по площади Горького мимо своего фамильного дома, зная, что принадлежит к славному купеческому роду, репрессированному после революции. И, в лучших традициях своих предков, умудрялся даже быть меценатом, выручал коллег в трудную минуту.Он обладал редчайшей выдержкой. Его тяжелая, смертельная болезнь никого не обременила. Работать перестал только тогда, когда уже не поднимались руки от общей слабости…Станислав Семиков оставил на Земле своих замечательно талантливых детей. Таких же, как он, — тихих, скромных, молчаливых и гениальных. Он построил не один дом, даже в Финляндии, правда, не для себя. Он украсил жизнь многих. Тем, что создал сказочный мир своих театральных кукол, резьбой по дереву тем, что просто жил среди людей и для людей. Было так хорошо и надежно от того, что Стасик рядом.Художники не умирают. Они живут в своих творениях и в нашей благодарной памяти. За многолетний добросовестный труд, высокое профессиональное мастерство, большой личный вклад в развитие театрального и декоративно-прикладного искусства С.А.Семиков неоднократно был отмечен Благодарственными письмами Законодательного собрания Нижегородской области, профессиональными наградами. Жаль, что министерство культуры не успело отметить его званием заслуженного деятеля культуры. Констатировать факт не успели. Жизнь художника, как это часто бывает, оказалась короче…