Вячеслав Орлов: «Поживём – увидим»
От центральной площади Богородска до библиотеки ходьбымаксимум минут пять. Но мы с Вячеславом Михайловичем Орловым идём долго. С нимпостоянно кто-то здоровается, останавливает, спрашивает о здоровье и новостях.– Потом по городу ещё погуляем, я вам много чего расскажу, –обещает он и глаза загораются лукавством: – Чай, не старик какой. Всего-тодевяносто второй год идёт…Кожа – дело политическое– Мы вместе в баньку каждую неделю ходим, – представляет онмне очередного уличного собеседника. – Я ванну вообще не признаю. Толькобанька. Попариться, ну и пообщаться с людьми, конечно…Банька. В 91 год. Да чтоб попариться. Да чтобы каждому так…– А вон там мы с краеведами собираемся, – кивает ВячеславМихайлович в сторону комнатки в конце коридора, когда входим в библиотеку.Об истории Богородского района Орлов знает всё. Ну, илипочти всё. Ну, или очень многое.– Я же коренной богородчанин, – объясняет своюосведомлённость.Память Родины – это, конечно, аргумент. Только дано этосвойство далеко не каждому. Для того чтобы взрастить его в себе, нужно,во-первых, чтобы интерес был, во-вторых, много читать. Вячеслав Михайлович иинтересуется, и читает. Несмотря на то, что чуть ли не с рождения у негосерьёзные проблемы со зрением – только один глаз «рабочий». Из-за этих проблемего ни на фронт не взяли, ни в институт.– Так и сказали: нельзя тебе, парень, за учёбу – совсемослепнешь, – Орлов рассказывает историю своей жизни легко, без надрыва, хотяеё, саму жизнь, лёгкой никак не назовёшь.42 года отработал на сырьевом кожевенном заводе. О выделкахразных шкур, поступавших со всего мира, тоже знает всё.– Для каждого вида товара нужен определённый вид сырья, –Вячеслав Михайлович углубляется в секреты кожевенного мастерства, рассказывает,какие высококлассные спецы на их предприятии были – лучшие в СССР.– Кожа ведь дело политическое, – поясняет.А на вопрос, нравилась ли ему эта «политика», признаётся:– Я в своё время мог «взять» вторую группу инвалидности, новсегда просил третью – рабочую. Когда с завода ушёл на пенсию, посидел немногодома и думаю: «Чего сижу-то?» После этого до 80 лет на «Автопроводе»,предприятии общества слепых, проработал.К слову, о политике. Раньше полуночи спать Орлов не ложится– после 10 вечера начинаются по телевизору аналитические программы, которые онне просто смотрит. Сопоставляет факты, делает выводы. И о политике рассуждает столком. Не как бабушки на завалинке – что услышал, то и спел.В местном историческом музее есть стенд, посвящённый семьеОрловых.Некогда умиратьЕму до сих пор скучно сидеть дома. Поэтому Орлов всегда вводовороте событий.– Мне порой говорят: «Все твои товарищи умерли уже, а ты всёживёшь». Отвечаю: «И рад бы умереть, да мне пока некогда», – смеётся ВячеславМихайлович. – Людям нужна моя помощь, а это очень держит – в форме, на земле.Вот недавно местной газете понадобился человек, который рассказал бы об историинашего Алексеевского детского дома. Так я нашёл такого, и статья вышла. Авесной с нашим Советом ветеранов поздравляли с 95-летием Антонину ФедоровнуРекунову. Она председателем комитета по спорту в войну была. До сих пор спортлюбит. Верите: на футбол всегда ходит – у неё там даже место своё есть настадионе. Как она болеет!Семейный хорКроме нужности людям его крючок жизненный – песня. О, этоцелая история! О семейной песенной династии Орловых впору монографию писать.– У нас сейчас восстанавливается храм Успения, –рассказывает Вячеслав Михайлович. – Так вот, до революции мои дедушка, отец идядья в церковном хоре там пели. Дядя Саша был лучшим гармонистом Богородска.Потом сын его, Игорь.В детстве у Вячеслава Михайловича любимой песней была«Катюша». Орлов и сейчас военные композиции любит. А ещё – романсы, которыеисполняет в старинной манере Ивана Семёновича Козловского. Прошу его напетьчто-нибудь – уж больно много слышала о том, как Вячеслав Михайлович этоволшебно делает.– Легко, – соглашается он и акапельно тихонечко выводит «Назаре ты её не буди».Мы ещё долго говорим о современной песне – скороспелой итой, что будет жить в веках – которая в гармонии рождалась, а не за ночь, повыражению Орлова, ляпалась. О том, как жил Богородск в войну и после. Какраньше люди собирались здесь у домов – выносили столы, ставили самовар и пели.И о том, какие дела ему предстоят в ближайшее время.– Конечно, устаю я иногда, – признаётся на прощание ВячеславМихайлович. – Но полчасика сна днём прихватишь, усталость свалишь – и дальше.Жить. Сейчас вот задача мне. Хотят у нас издать книгу «История кожевеннойпромышленности Богородска». Мне главу про сырьё писать. А что дальше? Поживём –увидим.
