Живые краски «Юрковки»
Уже два года нет с нами Александра Николаевича Юркова. Но на картинах, «слепленных» его рукой, по-прежнему трепещет листва и осенний ветер обнажает родные улочки и улицы. А следом приходит утешительное время снегов…Театральный художникРодился Саша Юрков в 1935‑м в глухой тайге, куда были сосланы «раскулаченные» родители. Неутомимые труженики, они, и будучи переселенцами, поднялись буквально на пустом месте, на болоте. Но в 1937‑м Юркова-старшего снова арестовали и из новой ссылки, Сев-Двинлага, отец уже не вернулся. Сыну же предстояла долгая жизнь — в постоянном труде, творческих и обычных, человеческих, муках и радостях.…Напоминает мне листва Друзей моих, Что мне оставили права Допеть за них. И потому в моих холстах Такая грусть. А в увяданье красота…Пусть будет, пусть!(Из альбома Александра Юркова.)В далёком 1947‑м будущий художник покорил приёмную комиссию Красноярской художественной школы имени Сурикова своими необычными рисунками — углём на обёрточной бумаге. Его мать особым способом пережигала уголь именно для рисовального дела (ещё в юности научилась у «богомазов»). Вместо красок в ход шли сажа, глина, синька, мел и даже свекольный сок, а в качестве сюжета… старый стоптанный башмак или что-то столь же незамысловатое.После художественной школы в его жизнь вошёл театр. За 40 с лишним творческих лет художник Юрков оформил сотни спектаклей на самых разных сценах. В 1976‑м он приехал в Горький, создавать эскизы для очередной постановки, да так и остался навсегда. 10 лет проработал главным художником Нижегородского драматического, а когда пришла пора отойти от дел, понял, что тихая унылая старость не для него и… всерьёз занялся живописью. Необычной.И живописец, и флористПриродный порядок для всех един. Всё проходит. И рощи в своё время «отговорят весёлым языком». Но в картинах Юркова опавшая листва стала обретать новую, удивительную судьбу. Здесь вновь зазвучала её тихая речь — лесная, речная, небесная…В обжитом подвальчике старого дома на Покровской, где нашла приют его художественная галерея, посетителей ждала действительно необычная живопись. «Красками» художника Юркова были не акварель, масло или темпера, а мельчайшие частички высушенных листьев. Сотни тысяч кусочков, виртуозно подогнанных и наклеенных на картон. Каждый — словно движение кисти живописца, то лёгкое, то напористое. А в итоге — свет и тень, глубокий план, неповторимый колорит. Эти работы именно написаны, а не просто составлены из природного материала. Больше двадцати лет работал Александр Николаевич в этой технике (он называл её «флорийская мозаика»), постоянно совершенствовался, изучая свойства и возможности палой листвы, чтобы картины не блёкли с годами.Сделаться точкой…Особой темой в его творчестве были родные места — деревеньки, храмы, дороги, люди в своих привычных трудах и заботах, сельская живопись. А ещё Юрков сберёг для нашей памяти прежний Нижний — старые городские дворики, воротца, уютные дома с деревянными эркерами — «фонариками» над входом, запечатлел неповторимые виды нашего Кремля, монастырей. Как печалился он о том, чтобы не растеряли мы этого наследия…В «Юрковку» всегда хотелось возвращаться. Не только к картинам — к хозяину галереи, человеку удивительной душевной теплоты. До своего восьмидесятилетия Александр Николаевич не дожил одного года. За месяц до кончины принял таинство крещения. Такая вот судьба. Может, и впрямь «дело не в том, хорошо или плохо живём, но как из праха земли светоносною сделаться точкой?»…
