ЖЖ в реале

Непонятный для нас термин «кохаузинг»переводится как «совместное домоводство». Но многим такая трактовкане по душе: мол, не полностью отражает суть явления. О том, почемуподобные «домообразования» следует называть не иначе как ЖивымиЖилищными Сообществами (именно так, с большой буквы. — Авт.), нижегородцам рассказал побывавший в нашем городе путешественник и исследователь альтернативных поселений Михаил Шестеро. Оптимальная ставка ради детей Кохаузинг впервые появился в Дании в конце 60‑х годов: группа семей искала самую благоприятную обстановку длявоспитания детей. Конечно, для ребят хорошо, если они будут жить рядом, ходить друг к другу в гости и играть на общем дворе. Также некоторые психологи считают, что полезно общаться и с другими взрослыми людьми,а не только с родителями. А ведь кого попало к собственному чадуне допустишь… За кохаузинг ратовали люди с хорошим образованием, которые никогда не гнались за бешеными деньгами. Оптимально для них — работать на неполную ставку и жить подальше от офиса. Поэтому кохаузинг распространялсяпреимущественно на территории загородных поселений. И с юридическойточки зрения все логично: каждый дом находился в частной собственности,но были еще и общие пространства. Отказывать хорошим людям ради лучших Позже идею подхватили и другие страны: сегоднякохаузинг распространен в Западной Европе, США, Канаде. Конечно, большевсего таких поселений в Дании (около нескольких сотен),в Америке примерно 150, а еще там есть две фирмы, которыепрофессионально занимаются организацией живых жилищных сообществ. Какговорится, спрос рождает предложение. А вообще, дело созданиякохаузинга — процесс длительный. В среднем требуется от четырех до шести лет. Это период решения и технических, и организационных вопросов:земля, жилище, инфраструктура, а также подбор людей, которые будут житьрядом. «Раньше я думал, что кохаузинг учит гуманизму, но потом понял,что это не так, — говорит Михаил Шестеро. — Часто надо быть жестким,приходится отказывать хорошим людям ради лучших. Это как выбиратьсупруга или супругу». За три десятилетия суть кохаузинга осталась прежней, но немного изменились принципы. Теперь такие поселения создаются в первую очередьиз желания жить в окружении приятных соседей. Сегодня растет доля общего пространства за счет уменьшения частных владений. Кохаузинг может бытьне только в большом благоустроенном доме, как можно было бы подумать,но и в коммунальной квартире, да даже в… садовом товариществе. Европейская приправа пока не приживается Про кохаузинг написано несколько англоязычных книг, переводов на русский пока нет. Да и вообще это явление как-то у нас не приживается. В Европе некоторые готовы заплатить за дом в десять раз больше его стоимости, только чтобы жить рядом с приятными людьми. В России вряд ли можно такоепредставить, даже имея богатое воображение. Хотя существуют похожиеформы совместного проживания: те же экологические поселения, коммуны,родовые поместья. Возможно, это просто вопрос времени. Михаил Шестеро говорит, что об этом задумываются люди, побывавшие за границей. «Но необходимо дорасти до этого, захотеть порядка такого, какого нет вокруг: например, оставлять без присмотра вещи и знать, что никто их не возьмет. А на Западе такие поселения рассматриваются как экспериментальные общества будущего». С одной стороны, жить с теми, кто тебенравится, — это огромная радость, с другой — каждый из нас сегоднястремится обособиться, быть индивидуальностью. Все-таки советскоепрошлое продолжает терзать, а кохаузинг — это тот же коммунизм,но с европейской приправой, с эдаким налетом капитализма. Впрочем,поживем — увидим…