Тот ли самый Мюнхгаузен?

Фото Георгия АХАДОВА. А вы готовы потерять всё ради мечты?

Эта премьера в Нижегородском театре драмы стала главной интригой театральной осени в Нижнем Новгороде. Главный герой, образ которого сложился в нашем сознании давно, обещал предстать перед зрителем в совершенно ином виде. Казалось бы, всё тот же камзол, залихватски закрученные усы и знаменитая косичка, за которую герой Распе вытащил себя и коня из болота. Словом, тот самый Мюнхгаузен. Но… другой.

Понять мечту

Другим барона решила создать режиссёр Елена Невежина, выбрав на главную роль Сергея Блохина. Не стоит искать в нём внешнего сходства с привычным Мюнхгаузеном. Как не стоит ждать и его приключений. Ибо основой спектакля стала пьеса Григория Горина, а болото, из которого тащит себя Мюнхгаузен, – это жизнь городка, семья, общество, в котором каждая необычная идея принимается в штыки.

Тонкий горинский юмор вместе с хитринкой блохинских глаз и улыбки очаровывают и заставляют поверить, что именно таким был Мюнхгаузен. Сильным, мощным, способным на подвиг человеком, который не боится жить своей жизнью и не идёт на компромиссы даже ради любви. И в то же времянаивным мечтателем, верящим в то, что всем нужен его по секундам собранный за десятилетия новый день. День, который в итоге осуждают самые преданные люди.

Слуга Томас (Евгений Зерин, очень трогательно сыграл преданность господину, способную выдержать любые испытания), который не получит вовремя жалования. Невеста Марта (Вероника Блохина), чью свадьбу перечеркнуло открытие барона. То нежная и трепетная, полная надежд на счастье, то жёсткая и циничная, но готовая на всё ради барона — актриса полна эмоций в каждой сцене. И глядя на неё, вдруг понимаешь, почему барон ушёл к ней от красавицы жены, обладающей тонким, расчётливым, практически мужским изощрённым умом.

Якобина, сыгранная Натальей Кузнецовой, блистательна. Холодная красавица, за кротостью которой бушуют страсти. Уязвлённая изменой мужа, она готова на любую жестокость. Каждое движение, каждая поза, каждая интонация её выверены и бьют точно в цель. Послушной марионеткой выглядит на её фоне Рамкопф (Иван Старжинский). В этом спектакле он – лишь орудие мести, а вовсе не возлюбленный баронессы.

Между двух миров

Бургомистр Олега Шапкова превосходен в своём двуличии. Точно сыгранная искренность и притворство рождают в его герое море страсти и энергии. Он в упоении бегает по сцене, пытаясь связать воедино два мира – наполненного удивительными радостями и открытиями мира барона, и сурового реального, навязанного обществом мира баронессы и света. Он разрывается между дружбой и общественным мнением, но большинство побеждает. И бургомистр предаёт своего друга и свои мечты. Но какое сожаление при этом в его глазах!

Пастор (Валентин Ометов) также разрывается между двумя противоположностями — верой и долгом. Гротескно смешной, он находит у зрителя сочувствие и понимание. А вот сын Мюнхгаузена (Андрей Соцков), показанный совершеннейшим психом, вызывает только раздражение, сводя на нет целый пласт смыслов пьесы.

Шар и цветочник

Художник спектакля Дмитрий Разумов одним из главных образов сделал шар – на сцене их несколько. Это и ядро, на котором летал барон, и Луна, и маятник Фуко, и часы, отсчитывающие Вечность, мерным тиканьем напоминающие о скоротечности времени. Один из шаров в руке Мюнхгаузена превращается почти в шекспировского Йорика…И также не может ответить на главные вопросы бытия. И тут же – то ли витрина, то ли огромное зеркало, таинственным миром показывающее, что жизнь полна многократно отражающихся друг в друге смыслов, которые воедино связывает человек. И всё это в мистическом ореоле света, созданного Максимом Бирюковым, иногда говорящего зрителю больше, чем герои спектакля.

Во втором акте отказавшийся от себя барон куда более человечен. Избавившись от камзола, в простой неряшливой одежде садовода и бюргера, он искренен и точен. Каждое слово актёра, направленное в зал, достигает цели и заставляет выступать слезы на глазах зрителей, осознающих, что каждый из нас — Мюнхгаузен, предавший свои мечты. Только вот не каждый способен к ним вернуться. И сквозь боль заново мечтать и лететь за своей мечтой.

Барон уходит со сцены, до предела раскачав маятник жизни, оставляя зрителям решать, что важнее: торопить время, следуя за мечтой, или скучать от однообразия в мире, где один день повторяет другой.