Без лица

Со школьной скамьи мы помним строчки К. Симонова: «Письма пишут разные, слезные, болезные, иногда прекрасные…» Нам в редакцию приходит много разных писем: интересных, с описанием проблем, с вопросами и т. д. Мы не оставляем без внимания ни одно. Другое дело, если письмо без подписи… Есть у нас суперактивный читатель Александр Владимирович Пронин. В прошлом году с его подачи в нашей газете вышла статья «Как инвалид льготную правду искал», где подробно рассказано, что и как нужно делать, чтобы врачи поликлиники выписали инвалиду именно то лекарство, которое нужно, и столько, сколько необходимо для лечения. Кликнув клич: «Делай, как я!», Александр Владимирович призывает всех инвалидов не опускать руки, когда тем отказывают в самом необходимом, а обращаться в суд, в прокуратуру и требовать положенного по закону. Надо признать, что пока еще наши люди не всегда получают в полном объеме им причитающееся. Тут можно вспомнить и о непомерных тарифах ЖКУ, и о льготных лекарствах, и о льготном пригородном проезде и многом другом. Если мы будем молчать, не обращать внимания на явные нарушения закона со стороны чиновных лиц, то правды и улучшения качества жизни никогда не добьемся. По счастью, не перевелись еще на Руси радетели за социальную справедливость, и наш читатель А. В. Пронин — яркий представитель славной когорты бесстрашных борцов. Недавно мы получили письмо из одного района совсем иного свойства. Напечатанное послание автор пытался выдать за письмо деревенской старушки: разговорный стиль, ошибки в словах… Однако журналисты сразу поняли, что это письмо — подделка, написано оно отнюдь не бабушкой, а зрелым и грамотным человеком, сведущим в делах районной администрации. Человек выдал себя компьютерным набором текста, нарочитостью ошибок и слишком книжно-киношной лексикой. Кроме того, он уж слишком хорошо, до мельчайших деталей, знает положение дел в районе, имеет представление о ситуации в некоторых социальных учреждениях. Захотелось пообщаться с автором письма, чтобы кое-что прояснить в прямом разговоре. Но где же взять автора? Свое подлинное лицо он скрыл, а все, что им написано, оказалось наветом. Ответ на такой навет один — не обращать внимания на анонимки и анонимщиков. Во времена не столь отдаленные иные доброхоты писали доносы на своих начальников, соседей, даже родных. Разговор с теми, на кого посылали донос, был коротким: подъезжал ночью к дому «черный воронок» и увозил бедолагу (без суда и следствия) в неизвестном направлении. Иногда насовсем. К счастью, мрачную страницу истории российской мы перелистнули, и очень надеюсь, что уже к ней не вернемся. Поэтому сегодня отношение к анонимным жалобам и письмам однозначно отрицательное. Иногда на такие сигналы кое-где еще реагируют. Тот, на кого написана анонимка, чувствует себя отвратительно, точно получил удар в спину. Даже если после разборки человека признают безупречным, оказаться на месте отмеченного анонимом вряд ли бы кто захотел. Почему вы, неуважаемый аноним, не ставите своей подписи под письмом? Почему скрываете свое истинное лицо? Если вы считаете себя абсолютно правым, то вам незачем укрываться за писулькой. Если вы чего-то (или кого-то) боитесь, то в письме в редакцию вы можете так об этом и написать и попросить не называть ваше имя. По закону о СМИ журналисты не обязаны никому выдавать своих респондентов, и закон мы свято чтим. Последний случай произошел совсем недавно: один из чиновников требовал назвать человека, сообщившего нам неблагоприятные и подтвердившиеся факты. Но журналист никаких фамилий не назвал, стоял на своем. Чиновник покричал-покричал, да так ни с чем и остался. Только по решению суда редакция может сообщить, кто автор письма. Если вы боретесь за правое дело, за справедливость, против явных нарушений закона, за ваши конституционные права, то делайте это открыто и честно. От анонимного письма всегда дурно пахнет. Мы, журналисты, всемерно готовы поддержать порядочного и честного человека.