«Без печали уйду»
Строчка из стихотворения Бориса Корнилова «Елка», вынесенная в заголовок, пожалуй, наиболее точно выражает настроение новой книги «Линия судьбы».Инга Михайловна Фаворская, наш давний друг, руководитель общественной организации жертв политических репрессий, принесла нам сразу три поэтических сборника. Очень разных, неравнозначных, но интересных. Более других мне, например, запомнился сборник «Линия жизни», в котором опубликованы стихи бывших узников ГУЛАГа либо детей репрессированных, чьи отцы и матери в не столь уж далекие 30 – 40‑е годы прошлого столетия были объявлены врагами народа, иностранными шпионами. Поминается в сборнике и Борис Корнилов, наш прославленный земляк из Семенова, который в приснопамятном 1937 году был осужден по печально известной статье 58 и приговорен к расстрелу.Разрушены службы охранные,Барак, покосившись, стоит,О том, сколько судеб загублено,Здесь каждый предмет говорит.В овраге, повитом рябиною,Что шаг ни шагнешь — бугорок,Над каждой могилою врытыеНе крест, не звезда — номерок.Так вспоминает свое детство Владимир Дойников, инженер-испытатель, кандидат наук, а в детстве — сын врагов народа. Его родителей-педагогов арестовали в 1937 году. Отец погиб, мать отбывала срок в карагандинском лагере «жен изменников Родины».Галина Окунева, родившаяся в 1937 году в поселке Соловьевск Амурского края, куда были сосланы ее родители после раскулачивания в Вологодской области, хочет понять:Как это было,помним все мы сами,Как жернова сожрали матерей.А наши судьбы скручены до боли.Где ж правда? Дай ответ скорей.Нет ответа, нет его, не будет,Как нет и тех,кто это сотворил,Так почему же стоныраздаются?Так ведь никто ихкрышкой не покрыл.Наверное, с точки зрения литературной отделки, техники стихосложения поэтические строки многих авторов сборника не дотягивают до высокой поэзии, но почему же тогда так «душа болит, а сердце стонет», когда читаешь эту книжку? Откройте ее, прочтите, и уверяю вас: вам станет многое более понятным в жизни сегодняшней, и вы ощутите незлобливость русского человека, который, пройдя все испытания, не таит злобы и обиды, а продолжает радоваться жизни.Сборник Игоря Грановского «Вечера мои одиноки» уже второй, изданный после смерти автора. Признаюсь, первый сборник Игоря мне понравился больше, он поразил обилием открытий, которые приготовил нам автор, увы, не вошедший при жизни в число избранных, одной поэзии служителей, хотя явно был этого достоин. Во второй сборник вошли, очевидно, черновики и наброски, над которыми автор еще собирался работать. Вот, например, талантливый набросок «Под окном моим гнездо», который читаешь и сокрушаешься: ах, если бы Игорь его отшлифовал, кое-где поправил — это же был бы алмаз чистой воды.Третья книжка, «Светлые ключи», завораживающе хороша. В сборнике представлена молодая нижегородская поэзия, которую впору назвать зрелой, профессиональной. Муза поэзии Эвтерпа и муза любовной лирики Эрато были явно благосклонны к талантливым волжанам, взявшимся за перо. Разумеется, кто-то из представленных в сборнике поэтов более талантлив, кто-то — менее, но то, что талантлив каждый автор, несомненно. Чтобы не быть голословной, рассуждая о разнообразии видов, форм и жанров нижегородских молодых поэтов, представлю двоих из этой плеяды.Дмитрий Дергалов из Семеновского района пробует писать хокку (японские трехстишия), и это у него неплохо получается:Прекрасен закат!Смотри на него и надейся:Солнце вернется.Спрошу у кукушки:Сколько еще проживу?В ответ мне молчанье.Совершенно покорила меня Наталья Колпакова из Сарова. Кстати, саровских поэтов в сборнике несколько, и ни одного невозможно перелистнуть равнодушно.Так вот, Наталья Колпакова своей иронией, насмешливостью, юношеской бравадой и молодым задорным желанием быть не как все напомнила мне молодого Роберта Рождественского, нынешних непослушных парней и девчонок, эпатирующих пожилую публику. Стихотворение Натальи «О любви к согражданам» надолго запомнится мне, как запоминается первый луч солнца после полярной ночи. Жаль, что нельзя процитировать все пять строф стиха, остановлюсь на последней:Мой город как тумбочка,дверцы распахнуты настежь,Гнильцо содержимоголивень победно утюжит.Кто это? Случайный прохожий?Уйди, ты мне застишьМое отражение,пьющее воду из лужи.Каково? И лексический подбор, и размер, и сюжет, и бравада… А в целом — гармония.
