«Мы ходим по ушедшим цивилизациям»
Если бы в нашем мире не было таких людей, то на сегодняшней погрязшей в цинизме и прагматизме цивилизации можно было бы смело ставить крест. Именно они, чудаки, или, как ласково их называл русский самобытный писатель, актер и режиссер Василий Шукшин «чудики», и привносят в серую жизнь обывательской массы ту светлую струю, от которой и жить становится чище, и мечты радостные образуются. В селе с дивным названием Чув.-Майдан Николай Михайлович Хазов, человек можно сказать, легендарный. — Да кто ж его не знает? Тут его всякий знает, — утверждают словоохотливые местные жители, — так он у нас, хе — хе, акаде ‑е — е — м ‑и- и‑к! Он все камни в округе изучил древние, говорит, от прошлых народов остались, которые еще на мамонтов охотились. — Все верно, чудик я, — соглашается со мной Николай Михайлович и привычно машет рукой, — я на это уже и не обижаюсь. Все правильно. У меня все не по-людски, все не как у других. А вы на мою коллекцию не хотите взглянуть? У меня много чего собрано… За свою жизнь Николай Михайлович побывал механизатором, водителем, агрономом, учителем, пожарным. При этом постоянно читал, начиная от серьезной классической литературы и кончая популярными сериями типа «есть ли жизнь на Марсе». Ну, естественно, особый упор делал на изучение истории родного края. А она, по мнению самодеятельного исследователя, гораздо интереснее, чем предполагают многие. — Корнями-то я здешний, — говорит он, — и меня всегда тянуло узнать про наше прошлое. Интересно все-таки. Село Чув.-Майдан еще в 1779 г. появилось. Сюда переселили двести душ крепостных. А вообще в нашем районе много переселенцев было. Почти в каждом селе или деревне свой говор, непохожий на другие. Такое бывает, когда из разных мест люди приходят. А на мой взгляд, люди здесь давно жили, еще в каменном веке. Кто теперь знает, откуда сюда пришли и куда потом ушли. После себя они оставили следы обработки камней. Чаще всего в верховьях оврагов нахожу и даже в полях. Получается, под ногами на виду лежат. Мы, считай, по прошлым цивилизациям ходим. Самодеятельный исследователь уверен, что природный камень с первого взгляда очень легко отличить от обработанного. Такие специфические сколы может сделать только человек, чтобы придать форму первобытного рубила или древнего наконечника копья. А еще в его коллекции много камней со сквозными отверстиями, которые, по разумению Николая Михайловича, сделаны искусственно. — Не исключено, что их носили как украшение или же какой-нибудь шаман племенной использовал. Да и сами камни имеют форму животных. Вот этот похож на голову собаки. А вот этот на гуся похож, — продолжает знакомить меня со своими находками сельский краевед. На взгляд обычного современного мещанина, камни — они и в Африке камни. Надо быть очень внимательным человеком, чтобы увидеть в них что-то похожее на следы грубой и примитивной обработки, или же иметь недюжинную фантазию и воображение. Свои находки Хазов показывал работникам музея. Те однозначного ответа не дали. Нужны серьезная исследовательская работа и экспертиза, тем более что речь идет о предполагаемом третьем — четвертом тысячелетиях до нашей эры. Здесь требуется серьезный подход. А вообще первым на необычную форму местных камней обратил внимание еще много лет назад учитель истории Григорий Григорьевич Воронин. Он собирал разные образцы и приносил на уроки. Кто бы мог подумать, что спустя десятилетия его дело продолжит ученик Коля Хазов. — Мне местные жители сами подсказывают, где они интересные камни находили. Например, Алексей Тимофеевич Брыков говорил, что в детстве каменный топор видел. Эх, сколько необычного в наших краях можно найти! Рядом с небольшим возвышением или курганом я находил черепки старой глиняной посуды, лопаточку каменную. Ну не случайно же они там оказались? Значит, люди жили… Как и любой увлеченный человек, Николай Михайлович пытается привлечь к своим находкам внимание общественности. Постоянно пишет статьи в местную газету и приводит веские, на его взгляд, аргументы в пользу своей теории. Есть у него и сторонники, и оппоненты, как и положено в научном мире. А с другой стороны, над подобным увлечением Николая Михайловича можно бы и посмеяться, дескать, так это еще доказать надо, что здесь древние люди жили. Однако на память приходит классический случай с первооткрывателем Трои — самодеятельным археологом-любителем, точнее, авантюристом Шлиманом. Тогдашний ученый мир открыто смеялся над этим чудаком, который, прочитав поэму древнего грека Гомера, всерьез принялся искать этот легендарный, скорее всего мифический, город. К удивлению маститых академиков, Трою он нашел. Кто знает, может, со временем и у Николая Михайловича количество находок перейдет в качество. В один прекрасный день в его руках будет такой предмет, который однозначно подтвердит его теорию, а людей заставит по-другому смотреть на историю родного края.
