Нижегородский «браток» сел на четверть века
Жизнь, она, извините за банальность, что тельняшка — полоска белая, полоска черная. Но каждый поговорку эту по-своему интерпретирует. Кому-то иногда впору в петлю прыгать, а у другого жбанчик с икрой маловат. Бывает и так, что обе характеристики к одному и тому же индивидууму применимы. Как в случае с осужденным на днях нижегородцем Андреем Гривенным.Бытие сей горожанин вел бурное и событиями весьма насыщенное. В узких кругах сыщиков и братков был известен под неоригинальной кличкой Гривенник. Бывший спортсмен, самбист, он вместе с несколькими братьями по разуму организовал эдакий бандитский кооперативчик. Нет, банки они не грабили, наркотой и оружием не торговали. А крупных фирмачей крышевать «старшие товарищи» не позволяли. Свою нишу Гривенник нашел в сфере частного извоза. Он собирал дань на стихийных стоянках, «бомбил» в верхней части города — у ночных клубов, кинотеатров и прочих рассадников культурного досуга. Не сам, конечно, с мошной ходил. Для этой цели имелись у Андрея подручные из числа подрастающего шпанистого поколения. Надо отдать должное, Гривенник о своих «сборщиках налогов» всерьез заботился. Троих подобранных на улице оболтусов в возрасте от 15 до 17 лет он даже «за счет фирмы» в спортзал «Динамо» определил. Курение и выпивка, не говоря уж о наркоте, пресекались нещадно. Методом постукивания крепким кулаком Гривенника по бестолковым головам. Зато поощрялось на «заработанные» в бригаде деньги покупать дорогую одежду, мобильники и в изобилии украшаться золотом. Мол, люди видеть должны, что с серьезными людьми работают, а не с какой-то татуированной шелупонью.И сам Гривенник любил понты превыше родной мамы. Когда его арестовывали, оперативники шутили, что зря наручники брали: легко можно было руки скрутить снятой с шеи тяжелой якорной цепью весом (специально взвешивали) без малого 400 грамм. Золотой, разумеется .В самом начале его карьеры многие таксисты посылали его мальчиков подальше. Так продолжалось ровно сутки. Следующим вечером к извозчикам у клуба «Победа» подошли три очень больших дяди. Один в руках держал пистолет, а двое других — бейсбольные биты. Визит был скоротечен и результативен: троих таксистов жестоко избили на глазах их товарищей. Под занавес слегка вспотевшие жлобы деловито поинтересовались, где стоят машины покалеченных таксеров. И минут несколько радостно вышибали в них стекла, плющили кузова и вообще резвились как могли.После чего прыгнули в «Жигули»-«десятку» без номеров и умчались. Не то чтобы они погони опасались. Братки торопились повторить свой выход на бис. Но уже на стихийной стоянке такси на Алексеевской. Там пострадали две машины и четыре человека: двое «бомбил» сунулись было с монтировками вступаться за коллег, но куда там — монтировки полетели в одну сторону, а зубы их обладателей в другую.С тех пор «бизнес» Гривенника сбоев не давал. Таксеры исправно отстегивали шустро снующим меж машинами парнишкам по три сотни за ночь или сотню за разовую стоянку «до первого клиента».А вот один из побитых частников оказался каким-то неправильным. Он взял и накатал на своих обидчиков заяву. И дальше приключилась темная история, однозначной разгадки которой до сих пор нет. Едва 28-летний сормович Игорь Кутепов вышел из больницы, как оказался в морге. Труп его нашли в глухом уголке Сормовского парка со множеством колотых ранений. При этом у Игоря пропали деньги, часы и золотая цепочка. То есть налицо вроде как ограбление. Тем более что цепочку потом оперативники нашли в местном ломбарде, и по всему выходило, что сдал ее туда местный же наркоман по своему паспорту. Нарика взяли в оборот, но он клялся, что нашел цепочку в парковой алее, никого не убивал и вообще он хороший. В конце концов возиться с ним всем надоело и его отправили на зону за убийство на основании косвенных улик.А после в таксерских кругах ходили слухи, что парнишка-то, похоже, сидит без вины. Кутепова убрал Гривенник или его нукеры за то, что в ментовку побежал. Где тут правда — кто ж его знает…Но с тех дней спокойная жизнь крышевателей таксистов завершилась. Милиция крепко села им на хвост. Прессовали жестко, хоть и в рамках закона. Бесконечно дергали всех братков на допросы к следователям, беседы к операм. Толковали с таксистами, убеждая их дать показания о вымогательстве. Нервы у Гривенника оказались не железными. Он начал подозревать в каждом своем друге ментовскую «подставу». Да и все бандиты косились друг на друга, крутя в голове панические мыслишки: а не решил ли вот этот корешок, с которым мы сейчас за жизнь треплемся, вчера после беседы с операми всех сдать, чтобы самому со срока соскочить?Завершилось все тем, чем и должно. Банда по-тихому развалилась. Сам Гривенный решил податься в бизнес. Благо, денег мало-помалу накопил.Открыл он в Кузнечихе кафешку с прилегающей к ней сауной. Но своих финансов на сей бизнес-проект у Андрея не хватало. И решил он взять в долг. Причем сумму по братковским понятиям копеечную — всего-то сорок тысяч долларов. Понятное дело, что в банк Гривенник не пошел. Кто же там безработному, пусть и увешанному золотом гражданину, тысячи американских денег в долг даст? И пошел Гривенник к столь же известному в узких кругах гражданину Вениамину Циперовичу. Известен Вениамин был тем, что содержал подпольную кредитную организацию. Как это? Очень просто. Допустим, вы жулик. Сперли где-то корону Российской Империи. С ней, согласитесь, в обычный ломбард или скупку не пойдешь. Поймут неправильно. А вот к Вениамину — добро пожаловать. Без дурацких вопросов купят или возьмут в залог хоть «Роллс-ройс» аглицкой королевы. При полном соблюдении тайны вкладов, заметьте. Денег, правда, дадут куда как меньше, чем на аукционе Сотбис. Но сами понимаете — специфика бизнеса.Для своих да наших у Циперовича была и другая услуга. Он давал деньги в долг без залога. Но под большой процент и расписку. Кидать его остерегались, помня о двух вещах. Во-первых: со многими своими клиентами Вениамин был очень дружен, и они могли помочь усовестить забывчивого должника. Клиенты же эти, как вы понимаете, свои жизни посвящали вовсе не классу сольфеджио. И в ряде случаев после общения с ними оппоненту мог понадобиться только один врач — паталогоанатом. И причина номер два: ну кинет кто-то Циперовича, а куда в следующий раз пойдет денег просить?Потому подпольный финансист дал деньги Гривеннику без напряга. Сроком на год. Под 25 процентов. То есть взял Андрей сорок тысяч «бакинских», а в сентябре 2008 должен был полсотни тысяч отдать.Шло время. Кафе и сауна исправно функционировали. Приносили деньги, до которых Гривенник был зело жаден. Все чаще ему вспоминалась поговорка, что берешь чужие и на время, а отдаешь свои и навсегда. Да еще с процентами! Что он, лох какой, чтобы по «счетчику» такие деньги отдавать? Очень все это дело Гривеннику неправильным показалось. И он принял решение в духе товарища Джугашвили: нет человека — нет проблемы.Но все нужно было обставить по-умному. Киллера нанять? Отпадало. Ему ж тоже денег надо дать. И не каждый заказ на Веню Циперовича возьмет. А если и возьмет, то наверняка ему же заказчика и перепродаст. Значит, надо все самому делать. И одновременно всякое подозрение отвести. И вот чего он удумал.Как раз за неделю до дня возвращения долга, Гривенный установил слежку за будущей жертвой. Тут-то и оказалось, что процентщик так уверен в своей безопасности, что прямо-таки напрашивается на неприятности с летальным исходом. Вечером Циперович приезжал домой на машине с водителем и охранником. Но до квартиры секьюрити его не провожал: джип уезжал, едва за спиной босса хлопала дверь подъезда. Жил Вениамин в трехкомнатной квартире по проспекту Ильича в одиночестве. Жену схоронил несколько лет назад, детей не было. Словом, идеальное учебное пособие для начинающего киллера.До времени отдачи кредита и процентов оставалось три дня. Ровно в десять вечера Гривенный стоял у подъезда дома Циперовича. Дождался, когда припозднившийся жилец набрал код домофона и шагнул вслед за ним. Позвонил в дверь. Представился. Сказал, что заехал отдать деньги. Мол, завтра улетает отдыхать за границу и решил вернуть долг пораньше. Дверь открылась, но все еще держалась на цепочке. Тогда Андрей продемонстрировал специально на такой случай изготовленную «куклу»: пачки нарезанной бумаги с долларовыми купюрами по бокам. Сомнения Циперовича были развеяны. Зазвенела откидываемая цепочка.Циперович посторонился, пуская гостя на порог. Протянул руку к деньгам. И тут же получил мощный удар ножом в шею. Пока Вениамин сползал по стене, зажимая руками распоротое горло, Гривенник воткнул здоровенный специально купленный накануне охотничий нож ему в грудь. Еще, еще и еще раз.Убедившись, что Вениамин не подает признаков жизни, убийца начал старательно инсценировать ограбление. Вывалил из шкафов вещи, вспорол ножом матрас и подушку, высыпал крупы в кладовке. Словом, поставил всю квартиру вверх дном. Для полноты картины, уходя, набил пакет найденными малогабаритными ценностями: золотом, к которому был неравнодушен, коллекцией старинных монет, серебряными и позолоченными портсигарами.По идее, все это барахло стоило в тот же вечер выбросить куда подальше. Но Гривенник оказался очередным фраером, которого сгубила жадность.Сначала сыщики, расследовавшие убийство Циперовича, действительно придерживались версии ограбления как основной. Конечно, понимали, что убил и ограбил пожилого мужичка явно кто-то знакомый: чужим людям Вениамин просто не открыл бы дверь. Но предполагаемого убийцу искали совсем в другой стороне: среди довольно узкого круга нижегородских нумизматов. Дело в том, что похищенная коллекция монет представляла нешуточную ценность. Их Циперович собирал почти всю свою жизнь, тщательно выбирая только действительно раритетные экземпляры. Даже его друзья затруднялись сказать, в каком денежном эквиваленте можно измерить стоимость коллекции. Фигурировали суммы от 150 тысяч до полумиллиона долларов.Об этом Гривенник (не правда ли, удачное совпадение его кликухи и предмета разговора?), разумеется, ничего не знал. Он вообще знал о нумизматике не больше, чем о размножении однодольчатых в неволе. Потому и велел своему водителю отвезти плесневые (испорченные, наверное) денежки в антикварный салон и продать, за сколько предложат. За безопасность свою Андрей нисколько не опасался. Ибо «какой-нибудь антикварный салон», по его мнению, должен был находиться в Москве, куда водила отпросился по личным делам. Но шофер подвел босса. Он рассудил, что тащиться в столицу с четырьмя довольно тяжелыми мешочками слишком напряжно. Проще загнать металлолом в Нижнем Новгороде, и дело с концом.Короче, паренька повязали прямо во время купли-продажи: слухи о пропаже коллекции Циперовича дошли практически до каждого нижегородского коллекционера или торговца. Перепуганный перспективой сесть за «мокруху», шофер с маху сдал босса. И Гривенного арестовали в его собственном кафе.Андрей долго от всего отпирался. Твердил, что водитель оговаривает его из личной неприязни. Что никаких монет в глаза не видел. Но улик набралось слишком много. И самые главные дал обыск в загородном доме бывшего братка. На изъятой из гардероба одежде нашли частицы крови, принадлежащей Циперовичу. Из встроенного в стену сейфика изъяли два портсигара и золотую печатку с монограммой в виде инициалов убитого. Все эти улики убедили присяжных в виновности Гривенного. А поскольку тот упорствовал даже в суде, то и получил на всю катушку — четверть века зоны.
