«О себе мало думаю, мне важно знать про вас…»: нижегородка хранит 13 писем от отца, погибшего на фронте

«О себе мало думаю, мне важно знать про вас…»: нижегородка хранит 13 писем от отца, погибшего на фронте
Фото: из архива Ольги Беловой
Василий Челноков и его сын Борис отдадут свои жизни за Родину

Письма и пара фотографий – всё, что осталось у нашей героини в память об отце. Когда Василий Алексеевич ушёл на фронт, ей было всего два месяца. Меньше чем через год, 31 августа 1942‑го, горьковчанин Василий Челноков пропал без вести. Никаких более точных сведений у Ольги Васильевны Беловой нет до сих пор. Она достаёт его письма и перечитывает снова и снова. В них он жив…

 

Наказ сыну

Челноковы жили в деревянном доме по улице Инженерной (сейчас это проспект Гагарина), в коммунальной квартире. Василий Алексеевич работал на заводе имени Ленина (сейчас «Нител»), Таисия Ивановна была медсестрой. Когда началась война, их старшему сыну Боре было 16 лет, Вите – восемь. Родилась дочь Оля. Отец будет называть её Лёлей. В октябре 1941‑го, поцеловав двухмесячную малышку, сыновей, жену, 38‑летний Василий Челноков ушёл на фронт.

В ноябре начинают приходить письма из Москвы. Василий Алексеевич буквально умоляет жену Тасю поскорее сообщить о себе и о детях: «Сильно расстроен, потому что нет сведений от вас, пишу, и слёзы капают». Он просит прислать хоть маленькую фотокарточку, пишет, что сильно соскучился.

В письме от 22 ноября Василий Алексеевич сообщает: «Ждём с часу на час выехать на фронт», а 24‑го пишет длинное, на четырёх страницах, письмо, обращённое к сыну Борису, который к тому времени уже работал на заводе: «Может быть, эти мои слова к тебе через письмо будут последними». Он просит сына во всём помогать матери – «выхлопотать и привезти дров, козе – сена, если она у вас цела», не отрываться от семьи, «как можно лучше» относиться к брату и сестре. «Будь им отцом родным, иначе пожалеть и приголубить их некому». Отец говорит сыну: «На тебя теперь у меня и у матери вся надежда» и просит своих родных «жить как можно дружнее, спаяннее», в этом «залог нормальной жизни».

Мировые валенки

На фронт бригаду, в составе которой находился Василий Челноков, направили 17 декабря. Он пишет жене, что «проклятый фашистский враг буквально жжёт все деревни. Хорошо, если где уцелеют несколько домов».

Получив наконец от жены сразу два письма, Василий Алексеевич говорит: «Даже плакать хотелось от радости». Вместе с письмами пришёл перевод на 40 рублей. «Но милая Тася, – пишет жене Василий, поблагодарив за заботу, – поверь: они мне сейчас не нужны, на фронте купить на них нечего». И сообщает, что 13 января «получили от граждан СССР посылки.

Мне досталось свинины кусок граммов 300, два десятка папирос, булочки немного и пастилы 200 граммов в виде постного сахара. Когда уничтожал всё это, вспоминал всех вас. Так и думается, что это послали вы».

Василий Челноков стал миномётчиком. В феврале 1942‑го он подо Ржевом. «Первый номер, – рассказывал он жене, – наводчик. Работу свою знаю. От передовой линии мы находимся за километр или два, но тем не менее за это время переживать приходилось очень многое: были обстреляны и минами, и с воздуха, с самолётов, но ко всему нужна привычка. Не поддавайся только панике и трусости, и ничего не будет». Он успокаивает, что ноги не мёрзнут: «Валенки мировые, крепкие и просторные», а «на ногах навёрнуто всё, что имелось, – носки шерстяные, двое портянок, даже шарф шерстяной, который взял из дому», а в следующем письме от 15 марта просит жену: «Прими все меры, чтобы Витенька был обут, не жалей денег, а Боре устройте мои сапоги, если это нужно, а себе тоже купи кожаные сапоги, чего бы они ни стоили».

«Немец, уходя, грабит всё население в раззор», – писал жене Василий Челноков

Память в сердце

В каждом письме – вопросы о детях, просьба писать чаще и обещание вернуться с победой. Вместе с Василием Челноковым воевали несколько земляков с Мызы, в том числе Александр Леньков. 10 мая Василий Алексеевич рассказывал жене, что отпросился с другом Сашей посидеть в лесу у костра. «Сидим и вспоминаем свою Мызу, откос, свой посёлок, вспоминаем прошлое золотое время и, конечно, мечтаем снова так пожить, да ещё лучше, как только разобьём врага».

Это письмо оказалось последним. После сообщения, что Василий Челноков пропал без вести, ушёл бить фашистов его 17‑летний сын Борис. Были ли от него письма, Ольга Васильевна не знает. Осталась только похоронка: 5 октября 1943 года Борис Челноков погиб на Украине…

– Как выжила мама, я просто не представляю, – вздыхает наша героиня. – К берегу Оки при сплаве прибивало брёвна. Мама тащила их на себе для топки печи. А там по откосу-то на какую высоту надо подниматься! Да разве обо всём расскажешь?.. Но она всё вынесла. Прожила 86 лет, пронеся в сердце память о погибших муже и сыне.

Ольга Васильевна признаётся, что письма отца осмысленно стала читать только в зрелом возрасте. А когда ей было 23, пришла однажды на проходную завода имени Ленина, стала звонить подруге, а работник на проходной вдруг говорит: «Ты не Василия Алексеевича ли дочь? Как на него похожа… Мы с ним дружили».

– У меня прямо телефонная трубка из рук выпала, – рассказывает Ольга Васильевна. – Мне бы расспросить его об отце, каким он был, но по молодости не догадалась. Так корю себя теперь!.. Спасибо маме моей, что эти письма отца для потомков сохранила…

Подписывайтесь на наш Telegram-канал «Официальный источник», и новости сами придут к вам.
Подпишитесь на нас
Самое популярное