Правда и мифы о Крымской войне
Кто не знает о знаменитом Синопском морском сражении! 155 лет назад, 18(30) ноября 1853 года, русская эскадра Черноморского флота под командованием вице-адмирала Павла Нахимова уничтожила турецкий флот.Сражение в Синопской бухте, по сути, явилось началом Крымской войны 1853 – 1855 годов, в которой Россия противостояла блоку европейских держав и Османской империи. Оценки итогов этой войны разные. Запад и известные круги внутри страны считали и считают эту войну поражением «николаевской» России. Патриотическая общественность, напротив, рассматривает ее как, в целом, успешную акцию по срыву вражеских планов расчленить наше Отечество. Такую позицию занимает и военный историк Борис Никольский, к публикации работы которого – мартиролога нижегородцев-участников разных войн – мы приступили в предыдущем выпуске «Отчины». В обширной статье, которой Борис Витальевич сопроводил первую часть своего труда, проанализированы подлинные причины и результаты крымской эпопеи середины XIX века.Непосредственным поводом к войне послужили провокационные действия Турции, отнявшей у российской православной общины Палестины в пользу католиков ключи от главных христианских святынь – Вифлиемского (ясли Господни) и Иерусалимского (гроб Господень) храмов. Это было не только грубое и циничное нарушение действующих договоров, но и демонстративное унижение России. В ответ русские войска вошли в Молдавию, принадлежавшую Османской империи, а Турция и вслед за ней Франция и Великобритания, чтобы наказать Россию, объявили ей войну.Ее ход подробно описан. Но оценки и выводы, как сказано выше, противоречивы. То, что Россия эту войну проиграла, – миф, утверждает Борис Никольский. Корни такой пораженческой концепции уходят к Герцену. Активная же эксплуатация ее советскими историками была данью известных штампов Маркса, Энгельса и Ленина о том, что «царизм проиграл войну».И нигилисты XIX века, и марксисты играли в одну дуду. Они игнорировали православную составляющую конфликта, искажали общий характер войны. А она, по утверждению Никольского, не была проиграна.Это был первый в новое время план насильственного расчленения России, разработанный лордом-русофобом Пальмерстоном. Против нас ополчилась почти вся Европа. «В армиях напавших на Россию государств, — сообщает историк, — был широко представлен весь интернационал: рядом с англичанами, ирландцами, шотландцами, французами, итальянцами и турками воевали австралийцы и новозеландцы, поляки, шведы, венгры, немцы, швейцарцы, египтяне, тунисцы, горцы Кавказа и североамериканцы».Но попытка провалилась. Россия «успешно и уверенно выдержала вражеский натиск на востоке, западе и севере». Целый год лучшие, самые боеспособные воинские формирования Европы штурмовали Севастополь, не являющийся крепостью. Наконец ценой неимоверных потерь захватили его южную сторону. И… сами себя объявили победителями, не считаясь с реальными результатами войны в целом.А между тем, по словам Никольского, будто бы «побежденная» Россия сосредотачивается и продолжает борьбу. Восстанавливается боеготовность войск, идет обстрел захваченной врагом территории. Победоносно сражаются полки на Кавказе. Через два месяца после падения Малахова кургана будет взят считавшийся неприступным Карс.И Европа начинает понимать, что войны ей не выиграть. Ее резервы исчерпаны, а у русских — нет. И последовало предложение мира.Также вопреки укоренившимся штампам Парижский мирный договор не был тяжел для России. Состоялся обмен потерянной южной стороны Севастополя на захваченные в Турции территории. Запрещение иметь в Черном море военный флот распространялось и на турок. Временная демилитаризация моря была даже выгодна нам, так как позволила спокойно приступить к программе строительства нового броненосного флота. А какой толчок нашему развитию дала Крымская война! Россия, сообщает Борис Никольский, вскоре форсирует освоение Дальнего Востока, окончательно подчиняет Кавказ, начинает присоединение Средней Азии. В следующей войне с Турцией мы вернем себе и Карс, и лидерство в славянском мире. Состоится отмена крепостного права, начнутся военная, судебная, административная реформы, произойдет промышленный подъем.На службу государству придет блистательная плеяда деятелей вроде Горчакова и Милютина, выдвинувшихся в ходе войны. Участник Севастопольской обороны Лев Толстой скажет об этом так: «Они с большим достоинством и гордостью будут принимать участие в делах общественных, а энтузиазм, возбужденный войной, оставит навсегда в них характер самопожертвования и благородства».КСТАТИ. По мнению Бориса Никольского, война с Россией не отвечала национальным интересам ни Великобритании, ни Франции, ни Турции. В сущности, монархи и ведущие дипломаты этих стран выполняли лишь роль марионеток. Кукловодами же выступали денежные круги Старого света во главе с Ротшильдами. Их целью были ослабление России и ее финансовое закабаление.«Евробанкиры», по версии Бориса Никольского, действовали через своих агентов влияния в министерствах и генштабах конфликтующих стран, используя при этом масонские каналы. Масонами были главные действующие лица «кукольного спектакля» — лорд Дизраэли, Наполеон III, даже русский главнокомандующий в Крыму князь Меншиков, состоявший в ложе «Пеликан» и принимавший порой странные, нелогичные решения. Стремясь к мировому господству, финансовые воротилы и масонская закулиса с помощью войны хотели ограничить растущие мощь и влияние России в мире. И одновременно вынудить царя прибегнуть к крупным займам и либеральным реформам, которые облегчили бы полное экономическое порабощение русских и свободный доступ евробанкиров к нашим природным ресурсам.Агентом влияния европейской закулисы был и упомянутый Александр Герцен. Именно он возглавил оппозицию российскому правительству, которую еще с 1830‑х гг. пестовали евробанкиры. Эмигрировал, с 1852 года жил в Лондоне, уже тогда ставшем приютом антироссийских сил. «Агенты Ротшильда, — сообщает Борис Никольский, — нисколько не маскируясь, ставят перед Герценом задачу наладить леволиберальную пропаганду внутри России… Герцен энергично берется за порученное дело, щедро финансируемое главой лондонской ветви Ротшильдов».
