Журналисты и манипуляторы
Убийство еще одного журналиста, Анны Политковской, вызвало широкий общественный резонанс. Спору нет, преступление чудовищное. С коллегой жестоко расправились, и причиной теракта была ее профессиональная деятельность ? в этом нет никакого сомнения. Однако некоторые моменты в трактовке личности пострадавшей, предполагаемых причин московской трагедии смущают.С начала 1990‑х годов при исполнении профессионального долга в мире погибло 400 журналистов. Больше половины этого количества пришлось на Россию. Рыцари пера и камеры становились объектом мести и жертвами несчастных случаев на войне. Их похищали, киллеры стреляли в них в темных подъездах или приносили в редакции кейсы со взрывчаткой.Меня с самого начала удивляли двойные стандарты СМИ в освещении гибели тех или иных коллег. Почему, спрашивал я себя, большинство погибших на посту товарищей остаются «безымянными героями». Тогда как в связи с насильственной, а то и естественной смертью иных, избранных, объявляется чуть ли не общенациональный траур, по поводу случившегося ТВ говорит день и ночь на протяжении недель, высказываются политики и сам президент страны? Далеко не всегда масштаб личности, творческий вклад журналиста ? жертвы теракта оправдывает такой несоразмерный подход. В чем же тут дело?Все это наводит на мысль, что дело тут зачастую вовсе не в журналисте. Просто его гибель кто-то хочет использовать в политических целях. Имя становится разменной монетой. А в информационном пространстве создается чудовищный перекос, от которого колеблются нравственные основы общества. Впрочем, та же закономерность наблюдается не только в отношении представителей журналистского цеха. Взять писателей, художников. Помню, как организовали СМИ недельную, если не больше, скорбь по поводу кончины поэта Булата Окуджавы. Наверное, он того стоил. Но тогда почему не произошло того же, когда почили в бозе, скажем, выдающийся наш прозаик Владимир Солоухин или совсем недавно ? великий русский скульптор Вячеслав Клыков? ТВ не удостоило их уход из земной жизни даже коротким сообщением. Вывод напрашивался сам собой: в одном случае неким влиятельнейшим общественным силам было нужно раздуть факт, в другом ? его тотально замолчать.Думаю, с той же закономерностью мы столкнулись и на примере Политковской, если рассматривать ее в ряду подобных или похожих случаев. На вскидку: во время событий в Беслане (если ошибаюсь, поправьте) был застрелен боевиками тележурналист НТВ. Он погиб на посту, снимая на камеру «вживую» бойню, которую учинили боевики. О его подвиге рассказали ? в рамках репортажа о захвате и освобождении заложников-детей ? коллеги по телеканалу. В остальном была тишина. Ни вала публикаций в прессе, ни комментариев политиков, ни обобщений вселенского масштаба.Почему же все иначе с Анной Политковской? Ответ надо искать в ее идейном багаже, политическом реноме. Журналистка, как все хорошо знают, специализировалась на разоблачениях действий российской власти и особенно армии на Северном Кавказе. Состояло ли ее кредо в защите прав человека? Автору этих срок не известно ни одной публикации столичной журналистки, посвященной трагедии 400 тысяч русских, изгнанных, убитых, лишенных имущества в Чечне при дудаевско-масхадовском режиме. Этого не было, к сожалению. Симпатии Политковской были очевидны. Боевиков она изображала борцами за свободу, а российских солдат и работников спецслужб ? насильниками и мародерами. Ездила в Лондон поддерживать обер-террориста Закаева. Словом, в той информационной войне выступала, как говорят, не на нашей, а на чужой стороне.Вот здесь, уверен, и следует искать разгадку феномена под названием «вселенский плач по символу свободы Анне Политковской». Организована кампания и теми, кто не оставил планов ослабления, расчленения России. А до журналистки им, как мне кажется, и дела нет.Мы, журналисты, скорбим по каждому коллеге, попавшем в беду из-за честного отношения к своему профессиональному долгу. По тому телеоператору НТВ, имя которого сегодня никто не помнит. По другим нашим товарищам. Не нужно спекулировать на человеческих трагедиях. Не нужно превращать их имена в пропагандистский материал.
