Кинооператор и фотограф Вячеслав Сачков рассказал о магии документального кино

Вячеслав Сачков – оператор-постановщик Центральной киностудии имени Горького, профессор ВГИКа и один из самых интересных фотографов России. За плечами мастера более 50 фильмов, среди которых «Рождённые в СССР» и «Убийство императора. Версии». Сегодня он известен не только как кинооператор, но и как автор портретов великих артистов, литераторов и учёных, созданных во время съёмок. Одна из его выставок недавно прошла в Нижнем Новгороде, в Русском музее фотографии. Там мы познакомились с мастером, и он рассказал нам о своём творчестве.

Родом из детства

– Вячеслав, фотография и операторское мастерство во многом схожи. С чего началось ваше увлечение съёмкой?

– Меня ещё отец научил фотографировать. Он фотографией занимался на любительском уровне, а я ему помогал. В семь лет сделал первый снимок – это был портрет актёров МХАТа, приехавших на гастроли в Алма-Ату. Так всё и началось. Освоил фотографию, а потом мне товарищи подкинули идею пойти учиться в Институт кинематографии. А я кино всегда любил, увлёкся и начал целенаправленно готовиться к поступлению. И поступил, правда, со второго раза.

– Кто был ваш мастер курса?

– Игорь Шатров – тот самый, что снимал фильмы «Добровольцы», «Синяя тетрадь», «Новые похождения Кота в сапогах», «И это всё о нём», «Екатерина Воронина» – этот фильм снимался у вас, в Горьком. Очень хороший оператор.

– А какие из своих киноработ вы назвали бы самыми важными?

– Есть такой замечательный режиссёр Сергей Мирошниченко. Мы познакомились ещё студентами в институте и начали работать вместе. Потом судьба нас развела, а потом опять соединила. Картины, что мы с ним сняли, и есть самые интересные.

Мне был интересен фильм «Солженицын. На последнем плёсе» – мы три фильма о Солженицыне сделали. Он – могучий человек, как мне кажется. Чтобы столько сделать, столько успеть, столько пережить.

Или, например, многолетний цикл «Рождённые в СССР». Мы начали его снимать в 1990 году и показали, как меняются мечты, характеры, взгляды людей на жизнь. Сейчас этим ребятам, их 20, уже почти 42 года, и мы их снимаем каждые семь лет. История их жизни превратилась в монументальный сериал.

– Кто-то из них вас удивил тем, в кого вырос за это время?

– У них по-разному складываются судьбы, каждый по-своему интересен. Кто-то уже живёт не в России, некоторых не стало. Недавно мы сделали последний фильм – «Рождённые в СССР. 35 лет». В итоге получилось шесть серий по полтора часа. Это очень важная для нас работа.

Фильмы о жизни

– Среди ваших фильмов есть те, что получили престижные зарубежные награды – «Эмми», BAFTA, «Премия Грирсона». Чем вы поразили зарубежных зрителей?

– Был один фильм с зарубежным режиссёром, с англичанином, о Беслане – о трагедии в школе, он получил BAFTA. Зарубежным зрителям действительно важно знать правду.

Делали совместные фильмы с французами и немцами, а недавно я снял фильм «Вслед за мечтой» – об альпинистке из Азербайджана Эльмире Аслановой, которая поднялась на Эверест, хотя и непрофессионал. Мне самому было очень интересно, а картина получила награду на международном фестивале спортивного кино FICTS в Милане.

– Чем же так манит людей Эверест, что они готовы погибнуть, остаться там навсегда, но идут на его вершину?

– Горы – это такая болезнь, я считаю. Я сам вырос в горах, там прошла моя юность, и знаю, что в горах ты себя чувствуешь необыкновенно – это особое ощущение, медитация. Ты остаёшься наедине с Богом, природой, этой тишиной. Это сложно объяснить – это надо прочувствовать.

– Вы тоже с Эльмирой совершили восхождение?

– Нет, она хронику нам предоставила, и это есть в фильме – материал, где они на вершине. А я снимал её в горах в Азербайджане.

Ещё был интересный сериал «Земное и небесное» – об истории Русской православной церкви. Большая работа – 10 серий. Мы объехали очень много стран и уникальных мест.

Не так давно я как оператор снял картину об основателе футуризма в России, учителе Владимира Маяковского Давиде Бурлюке. В Италии мы снимали картину о Микеланджело.

– Сложно сейчас русскому приехать в Италию и снимать там фильм? Ведь надо получить множество разрешений, особенно в храмах, в Ватикане? И какое впечатление на вас произвели работы великого скульптора?

– Сейчас стало сложно. Но мы успели до специальной военной операции. Каждая работа Микеланджело удивительна – и Пьета, и Давид, и Моисей. Они просто грандиозные. Когда видишь восьмиметровую работу и рядом с ней стоишь, сложно осознать, как из огромного блока мрамора вырубить такую скульптуру, да ещё и без права на ошибку. Не так ударил, и всё! Это просто поражает. Я уж не говорю, что мрамор невероятно дорогой материал…

– Сегодня и художественные фильмы не всегда находят дорогу к зрителю. Насколько сложно получить признание и реализовать себя в документальном кино?

– На самом деле в документальном кино идёт очень активная жизнь, есть много интересных авторов. На фестивалях часто есть показ документального кино, и многие зрители смотрят его, а не игровое. Есть уникальные картины, жаль, что в Сети их нет. Игровое кино рано или поздно появляется в Сети, а документальное – редко.

– А если кто-то выложит ваше кино в Сеть, вы не будете против?

– Многие авторы не против: если твой фильм смотрят – это хорошо. Я видел и свои фотографии, и фильмы в Сети, разрешения никто у меня не спрашивал. Но на самом деле, как бы там ни говорили, что кино снимается для себя, для престижа, для фестивалей, нет – кино снимается для зрителей, и любой автор хочет, чтобы его кино увидели. Любой автор – писатель, художник, кинематографист – ждёт контакта со зрителями, потому что получает от них определённую энергию. Но, конечно, важно, чтобы работы были подписаны. Я видел свои фотографии, которые были безымянными. Тогда я писал редакторам и очень аккуратно говорил: «Пожалуйста, прошу указать, кто автор».

Фотовзгляд

– Вы не раз выставляли свои фотографии в Русском музее фотографии, и это превосходные портреты. Причём вы отдаёте должное и цветной, и чёрно-белой фотографии. Что для вас цвет? Многие фотографы уверяют, что он убивает впечатление в портрете.

– Мне очень нравится чёрно-белое, но я считаю, что и цветная фотография замечательная. Мне интересно снимать и так, и так. И скажу вам: на самом деле снимать в цвете сложнее, потому что гармонизировать цвета, особенно на натуре, очень трудно.

– Какие из портретов, снятых вами за все годы, стали для вас самыми важными?

– Я всех своих героев люблю, здесь есть мои друзья – с Сашей Петровым мы вместе поступали в институт, до сих пор дружим.

Многих героев этих портретов уже нет. Недавно умер Анатолий Заболоцкий – кинооператор-постановщик, фотохудожник и писатель-мемуарист, он снимал «Калину красную». Мы с ним очень дружили, и портрет, который был представлен на выставке, был на его панихиде…

Зиновия Гердта мы снимали в фильме, посвящённом ветеранам войны. Не все знают про его военный путь. Чёрно-белый кадр с Георгием Жжёновым я сделал в аэропорту. Мы тогда снимали фильм «Георгий Жжёнов. Русский крест» в Магадане. Вышли в аэропорту, а там такой снег идёт! Он как-то очень интересно смотрел на этот снег, и я успел его снять. А на цветном фото он с Виктором Астафьевым, это они дома у Астафьева, мы тогда снимали фильм про него.

Алексей Петренко снят в соборе Айя-София в Стамбуле. Там в одной из колонн есть сквозное отверстие, и если ты сделаешь там поворот, то у тебя всё сбудется… Так я и назвал эту работу – «Всё сбудется». И пусть у всех задуманное сбудется!