Игры Лукашенко — 2
Помните, в «Мертвых душах» Гоголя был такой персонаж, Ноздрев, которого сам Гоголь характеризовал, как исторического человека? Потому, дескать, что тот все время попадал в какие-то истории. Комизм ситуации и характеристика, данная Гоголем, вполне подходит одному современному герою, причем не литературному, а вполне реальному. Речь идет о президенте Белоруссии Александре Григорьевиче Лукашенко. Который опять попал в очередную историю. Две недели назад, в № 57 «Нижегородской правды» от 2.06.09 г. была опубликована статья под названием «Игры Лукашенко», где довольно подробно разбирались перипетии последнего российско-белорусского скандала. Возвращаться к этой теме не было никакого желания. Но возвратиться пришлось. Слишком много нового накопилось за прошедшие две недели в российско-белорусских отношениях, и слишком далеко зашли события, по сравнению с началом месяца. Чем жарче становится лето, тем горячее трения между Москвой и Минском. Очередной скандал случился в прошедшее воскресенье. Александр Лукашенко не приехал на проходивший в Москве саммит ОДКБ, на котором должно было быть подписано соглашение о создании Коллективных сил оперативного реагирования (КСОР). И подпись свою под этим соглашением белорусская сторона не поставила. И это при том, что до самого последнего времени у Минска не было никаких возражений по поводу соглашения. Лукашенко ждали до позднего вечера субботы, когда стало окончательно понятно, что он в Москву лететь не намерен. Спрашивается: почему? Чего ради Лукашенко пренебрег международными обязательствами, дипломатическим протоколом и просто репутацией Белоруссии? Чего ради он поставил под угрозу создание Коллективных сил оперативного реагирования, которые защищали бы, в случае чего, в том числе и Белоруссию? Все просто — ради личной обиды. Лукашенко обиделся, что Москва не так быстро идет на уступки и сдает назад, как это бывало в прошлые годы. Вот он и решил продолжить свои капризы. Представляется так, что вряд ли ему и на этот раз удастся добиться своего. После пресловутого финансового скандала конца мая, когда белорусская сторона отказалась принимать последний транш российского кредита в рублях, потребовав выдать его в долларах, Лукашенко разразился гневной и довольно оскорбительной тирадой в адрес министра финансов Кудрина и, не так прямо, в адрес премьера Путина. Мы уже тогда высказывали предположение, что в этот раз Лукашенко своими обвинениями и шантажом ничего не добьется и вряд ли российские власти спустят ему безнаказанно подобное беспардонное поведение, в отличие от всех предыдущих выходок. Так и получилось. Кудрина взял под свою защиту премьер-министр Путин, довольно сдержанно, но безапелляционно оправдав его поведение на саммите в Минске. А затем по этому же поводу высказался и сам президент Медведев, довольно жестко заявив, что Россия подобного тона и выходок от лидера соседнего государства терпеть не намерена, особенно в условиях, когда это соседнее государство в значительной степени зависит от финансовой поддержки России. Расчет Лукашенко на разногласия между президентом Медведевым и премьером Путиным, на некую трещину в российской власти, в которую ему удастся проскочить, не оправдался. В раздражении и разочаровании Лукашенко дал довольно вызывающее интервью «Известиям», в котором не только не смягчил свой тон и позиции, но даже еще и усилил критику и уж точно не отказался ни от одного сказанного ранее слова в адрес Кудрина и вообще российской политики. Это была его ошибка. За словами последовали дела. Главный санитар России Геннадий Онищенко в течение нескольких дней последовательно ввел запрет почти на все виды молочной продукции из Белоруссии, ссылаясь на их несоответствие новым техническим регламентам. Конечно, Геннадию Онищенко верится с большим трудом. Очень большим. Проще говоря, совсем не верится. Запреты Онищенко всегда как-то очень удачно совпадали с обострением отношений России с соседними странами. Грузинские и молдавские вина, украинское сало, польское мясо — все это запрещалось к ввозу в Россию не абы как и не с бухты-барахты, а именно в период критического осложнения отношений России с вышеуказанными странами. Точно так же, как сейчас, в ситуации с Белоруссией. Новые технические регламенты на молочную продукцию вступили в России в действие в конце прошлого года. Санкции к белорусским экспортерам стали применять только сейчас. Почему? Разве нельзя было это сделать раньше? Потому что только сейчас Александр Григорьевич охамел вконец и пришла пора его несколько осадить. Напомнить, так сказать, насколько Белоруссия зависит от России и насколько Россия не зависит от Белоруссии. До 93 проц. всей экспортируемой Белоруссией молочной продукции идет в Россию, а по мясной продукции цифры доходят и до 100 проц. Если Россия захочет полностью перекрыть экспорт белорусской мясомолочной продукции, белорусам девать ее будет попросту некуда. Встанут перерабатывающие заводы, а вслед за ними и сельское хозяйство, едва ли не основной донор белорусского бюджета. И что прикажете делать в этом случае? Делать можно было много чего, но Александр Григорьевич выбрал почему-то самый скандальный и непродуктивный способ решения проблем. Вместо того чтобы съездить в Москву, извиниться (хотя бы кулуарно) и попытаться заново начать переговоры, он пошел на новое обострение и очередное повышение ставки. В Москве изо всех сил намекали на готовность к переговорам и уступкам, заявляя, что все вопросы к белорусскому молоку будут сняты, как только оно будет приведено в соответствие с регламентами, но Лукашенко явно предпочел не обращать внимания на эти позитивные сигналы. Он решил продолжить свою линию, дожать Москву и потребовать максимальных уступок, без каких-либо контруступок и взаимных обязательств. Он по-прежнему уверен, что Москва нуждается в нем больше, чем он в Москве, и что рано или поздно она выбросит белый флаг и предоставит ему все просимое, ничего не требуя взамен. Поэтому и был выкинут этот фортель с игнорированием саммита ОДКБ, поэтому и потребовал Лукашенко демонстративно готовиться к пограничному и таможенному контролю с Россией, несмотря на то, что всего несколько дней назад белорусский премьер, вкупе с российским и казахстанским, подписал декларацию Таможенного союза. Все это было сделано демонстративно и подчеркнуто скандально: мол, назло бабушке уши отморожу. Очевидно, что российская защита Белоруссии в рамках ОДКБ нужна Белоруссии гораздо больше, чем России белорусская защита.Очевидно, что Белоруссии свобода границ и снятие таможенных барьеров нужны куда больше, чем России. И очевидно, что пользы Белоруссии от последних решений Лукашенко будет куда меньше, чем вреда. Но белорусский лидер уперся. И очевидно, намерен идти до конца. И уже не на поводу интересов Белоруссии, а на поводу своего собственного упрямого, самовлюбленного и инфантильного характера. Именно инфантилизм, какая-то поистине детская обидчивость, просматривается во всех последних действиях Александра Григорьевича. Государственные деятели так себя не ведут, так себя ведут маленькие, капризные и избалованные дети. Мол, мама не дает мороженого, так я ей назло все свои игрушки поломаю. Мол, Москва не дает кредит в долларах, так я ей назло сам перекрою границы и выйду из ОДКБ. Каким образом связаны кредит и КСОР, непонятно. Почему разногласия по одному вопросу должны быть усугублены искусственно созданными разногласиями по другому вопросу, непонятно вдвойне. Серьезные государственные деятели так себя не ведут. И разногласия, скажем, России и Америки по проблемам ПРО нисколько не мешают их торгово-экономическим отношениям. Но в том-то и дело, что Александр Григорьевич давно уже перестал быть серьезным государственным деятелем. Сейчас в Москве это поняли окончательно. И отношение к Лукашенко будет, соответственно, иным. Осталось только дождаться, когда он сам это поймет.
