Как педагоги с копнителем знакомились
В этом году Всесоюзному Ленинскому Коммунистическому Союзу Молодежи исполнилось девяносто лет. Впервые после распада Советского Союза в России столь широко, масштабно отметили юбилей. Нынешним пятнадцати-семнадцатилетним юношам и девушкам (самый комсомольский возраст!), да и тем, кому 30 лет, в большинстве своем аббревиатура ВЛКСМ знакома в основном по учебникам истории. И нередко ассоциируется со всевозможными съездами, слетами, «штампами», с тем, что у молодежи тогда не было никакой свободы, а жизнь была скучной, неинтересной. Нет, по-другому все было. Сколько ярких моментов в истории этой мощной молодежной организации! Один из них — освоение целины. В хлеборобы — только отличников и хорошистов Наш собеседник и гид в историю комсомола Евгения Григорьевна Макеева. Ныне она на пенсии, но продолжает активно участвовать в общественной жизни, является руководителем секции культуры совета ветеранов Советского района г. Нижнего Новгорода. Надо было видеть, какой запоминающийся праздник, приуроченный к 90-летию ВЛКСМ, под ее руководством был организован в микрорайоне Сахарный дол среди ветеранов. Песни, частушки, пляски. Люди в возрасте могли дать фору иным представителям молодого поколения. Эта жизненная позиция — быть среди людей, организовывать их — берет свое начало с пятидесятых годов. Тогда для комсомолки Жени Макеевой, которая училась в Ташкентском институте иностранных языков, выпал, как потом выяснилось, счастливый билет.В стране начиналось массовое освоение целинных и залежных земель. И сто человек из Ташкентского института иностранных языков отправились в райком комсомола. Получили комсомольские путевки. Не каждому доверили столь ответственный участок. Евгения Григорьевна вспоминает, что «сито», через которое нужно было пройти, прежде чем студент попадал на нетронутую рукой человека землю, было серьезным. Неуспевающие и даже троечники отсекались сразу. Зато у отличников и хорошистов было приподнятое настроение. Впереди их ждали раскаленные земли неподалеку от казахстанского города Акмола (ныне столица республики Астана. — Авт.). А будущие лингвисты-педагоги на время должны были переквалифицироваться в копнильщиц. «Куда вы едете: вы там все погибнете!» К месту постоянной дислокации путь был неблизкий. Больше десятка часов на поезде, а потом на грузовике. Но никто не роптал. Не сокрушались и по поводу того, что сам вагон был не привычный нам, пассажирский, а «телячий», предназначенный для перевозки скота. Постелили соломки, из досок импровизированные полки приладили — вот тебе и плацкарт.Поутру, когда так и тянуло насладиться недолгой прохладой, поезд замедлил ход перед поворотом. И в это время на подножку запрыгнул немолодой мужчина в неприметной одежде. Пристально посмотрев на студенток колючим взглядом, вдруг изрек: «Да понимаете ли вы, куда едете-то? Вы там все погибнете!» Посидел еще немного и спрыгнул на насыпь. Настроение у всех резко пошло вниз. Девчонки как-то сразу сникли. Кто же это был? Провокатор? Диверсант? Уже потом, когда среди степи разбили брезентовые палатки и в окошко заглянуло лицо схожего с попутчиком мутноватого мужичка с предложением поиграть в пузырь, то бишь в футбол, все встало на свои места. Оказалось, что в этой местности работали «на химии» бывшие заключенные. У них, конечно, было свое понимание всего происходящего. Лида, принеси искру Студентов, как не имеющих никаких навыков в работе хлебороба, определили на копнитель. Тогда можно было увидеть такую картину: по полю шел поезд — во главе трактор, за которым на прицепе находился комбайн, а за ним, в свою очередь, прицеплялся копнитель. Задача студентов заключалась в том, чтобы вилами подтаскивать солому ближе к концу копнителя, чтобы на выходе был готовый стог сена. Понятное дело, что без опыта не всегда получалось. И тогда будущие педагоги придумали свое ноу-хау: прыгали сами в копнитель, и под тяжестью тел солома сминалась. А ведь это было очень опасным занятием.Евгения Григорьевна увлеченно рассказывает премудрости уборочной страды. Когда зерна собиралось много, надо было приводить в порядок ток. Специальную площадку требовалось тщательно почистить, стерильность была в числе главнейших вопросов. А еще запомнилось, как они собирали колоски. Комбайн-то все подчистую убрать немого — вот и шла молодежь, подбирала золотые стебельки.На целине работали ребята и девушки из многих республик Советского Союза. Белорусы, русские, казахи, киргизы, украинцы — всех объединяла целина. Студенты вузов и молодые комбайнеры, только что окончившие профтехучилища. И никакой разобщенности. А уж чтобы сказать человеку что-то обидное про его национальность, до слез довести, об этом даже речи не было. Бывали, конечно, шутки типа «какой же казахский хлопец не любит сала», посмеемся вместе, и никаких обид, — вспоминает Макеева.Случалось, подшучивали механизаторы над студентками. Как-то девушку по имени Лида во время стоянки на обеде один из комбайнеров деликатно попросил сходить к соседу-механизатору «принести от него искру». И дал для этого металлическую коробочку. Девушка, ничего не подозревая, пошла. Попросила «искру». Вот смеху было! Кстати, насчет обеда: кормили отменно, свои же девчата готовили.За два года работы на целине (в 1957 и 1958 годах) Евгения Григорьевна получила государственную награду — медаль «За освоение целинных земель». Никаких льгот ни тогда она не давала, ни сейчас не дает.- Да разве в льготах дело, — говорит Макеева. Мы даже тогда сессию наравне с другими сдавали, без послаблений. Потому что мы — комсомольцы. Материалы по теме:Нижегородские комсомольцы на стройках пятилеток Любовь, комсомол, целина «Вынесем все на своем горбу» Их воспитали новостройки День рождения юности
