Обзор зарубежной прессы
Коридорные интриги газеты Financial Times на минувшей неделе задалась вопросом о политическом аспекте новой масштабной приватизации. «В 1996 году считалось, что Ельцин, рейтинг которого составлял 3%, наверняка проиграет Зюганову, — пишет издание. — Но Чубайс изобрел блестящую стратегию, гарантирующую победу, — распродать значительную часть госимущества путем печально известной программы «залоговых аукционов», создав новый класс собственников, которые в случае поражения Ельцина лишились бы всего; эти собственники сплотили свои ресурсы вокруг президента и обеспечили ему победу». По мнению автора статьи, что-то вроде этого плана готовится использовать президент Медведев. Три недели назад Медведев на Санкт-Петербургском экономическом форуме заявил, что к 2015 году будут приватизированы мажоритарные доли в 20 богатейших госкомпаниях России. «Если этот план осуществится, российская экономика кардинально изменится, а некоторые сверхбогачи станут еще богаче», — считает автор. «Второй раунд наступил в понедельник», — пишет автор о встрече Медведева с бизнесменами. Президент назвал подготовку к программе приватизации слишком скромной. Затем, если верить анонимному источнику, на который ссылалась газета «Ведомости», Медведев дал участникам встречи понять, что пора определяться, кого они хотят видеть следующим президентом — его самого или Путина. Впрочем, некий кремлевский чиновник сообщил FT, что высказывания президента были не столь сенсационны: «Ему задали все тот же вопрос, который все задают о выборах 2012 года, и он ответил, как отвечает всегда, что людям придется выбирать между его программой и программой Путина». В любом случае слова Медведева указывают, что он разграничивает свою и путинскую программы и что его программа — это, прежде всего, продажа контрольных пакетов ряда самых прибыльных компаний, продажа участникам встречи. Возможно, Медведев пытается создать электорат, которому будет очень выгодно его переизбрание, предполагает автор. Как относится к приватизации Путин, неясно, добавляет автор. Вряд ли он готов продавать контрольные пакеты: в его президентство ряд крупных частных компаний был ренационализирован. Вдобавок кабинет Путина не спешит выполнять указания Медведева о приватизации. Со своей стороны, МЭРТ утверждает, что приватизацию мажоритарных долей можно осуществить лишь к 2017 году. Рассматриваются и другие варианты, которые позволят государству и после приватизации мажоритарной доли акций сохранить контроль. «Но кто бы ни стал президентом, одно всегда останется неизменным: российские чиновники любят «коридорные интриги», как это называется по-русски», — резюмирует автор. Прощай, оружие? The Christian Science Monitor пишет, что масштабная — с бюджетом в 730 млрд долларов — программа перевооружения российской армии, по-видимому, застопорилась. Цены астрономически растут, поставки задерживаются, а в некоторых случаях российская оборонная промышленность вообще не способна снабдить войска нужной продукцией. По мнению экспертов, тон публичных заявлений президента Медведева и других лидеров — знак, что они лишь теперь осознали непоправимый упадок советского ВПК. На напряженном совещании с высшим командованием Вооруженных сил Медведев высказал идею, которая прежде была бы немыслима, — предложил Минобороны допускать к тендерам иностранные компании, если российская продукция стоит слишком дорого или не соответствует стандартам», — пишет издание. Ранее Медведев уволил нескольких топ-менеджеров за невыполнение контрактов, а на прошлой неделе распорядился проверить утверждения конструктора Юрия Соломонова, что госзаказ 2011 года в оборонной промышленности сорван. «Чтобы выполнить эту программу, нам придется восстановить всю нашу оборонную промышленность», — заметил аналитик Александр Гольц. В 1990‑е годы исчезла вся инфраструктура субподрядчиков, пояснил он. По оценкам эксперта Виктора Баранца, из 2200 крупных оборонных предприятий советского периода осталось около 1200, и не все они в хорошем состоянии. Правда, есть процветающие предприятия — например, производители танков «Т‑90», самолетов «Су» и систем ПВО С‑300. Но, по словам Гольца, эти заводы вынуждены производить почти все компоненты в собственных цехах, что чревато крупными задержками и чрезмерными издержками. «Российская оборонная промышленность абсолютно неэффективна: в основном это госмонополии, которые диктуют Минобороны свои условия, а не наоборот», — поясняет эксперт. На его взгляд, следовало вначале полностью реформировать оборонную промышленность, а затем уже принимать программу перевооружения. Игра на нервах The Wall Street Journal отмечает, что министр финансов России начал беспокоиться из-за серьезных проблем с американским дефицитом, по крайней мере, год назад. Объем международных резервов России составляет около 526 млрд долларов, и почти половина вложена в долларовые ценные бумаги, поэтому вероятность понижения рейтинга или технического дефолта США — не просто мелкая неприятность для Кремля. Однако Москве остается только ждать и продолжать хранить свои активы, прибереженные на черный день, в государственных казначейских обязательствах США, полагает издание. «Разумеется, Россия недовольна, но выбора у нее нет, — приводит издание слова Сергея Алексашенко, бывшего зампреда главы Центробанка, ныне директора по макроэкономическим исследованием Высшей школы экономики. — В мире не так много стран, где можно купить облигации на 200 млрд долларов так, чтобы это не отразилось на рынке». Россия пыталась увеличить инвестиции в канадские и австралийские доллары, но не в таких масштабах, потому что рынок в этих странах «не так глубок», как американский, отметил Алексашенко. Кроме того, Россия пытается поддерживать на постоянном уровне свои запасы в евро, избегая, тем не менее, долговых обязательств некоторых стран, в частности Испании. Что касается США, россияне, как правило, уверены, что политики сумеют найти выход из тупика и избежать технического дефолта, так как риски для обеих сторон очень высоки, отмечает газета, ссылаясь на слова анонимного источника в российском Министерстве экономического развития.
