Семейная вотчина
В тяжелые послевоенные годы по всей стране создавались многодетные семьи, выходцы из которых разъезжались затем во все концы нашей необъятной Родины кто по армейскому приказу, кто по направлению института, кто — осваивать Целину, кто — добывать нефть, кто — на великие стройки Сибири и Дальнего Востока. Задавшись целью найти такую семью, которая имела бы свои «представительства» по всей стране, я вдруг осознал, что сам являюсь обладателем большого числа близких родственников, обосновавшихся вдали от своей малой родины. По линии моего отца, в семье Колобаевых, было шестеро детей. Дядя Виктор перебрался в свое время из Кулебак во Владимир; тетя Нина — в город Шевченко, на Каспий (ныне это дружественный нам Казахстан); туда же к ней вскоре переехал с семьей и дядя Володя. Дядя Сережа по окончании Кулебакского металлургического техникума получил распределение на Златоустский металлургический комбинат (Челябинская область) и уже там нашел свою любовь и создал замечательную семью. Мне не довелось побывать в гостях у дяди Сережи, но мои родители ознакомительную поездку на Урал совершили, после чего не уставали рассказывать о непередаваемой красоте тех горных мест. По линии моей мамы, в семье Копеиных, было уже одиннадцать детей. Дядя Леша, придя из армии, отправился не куда-нибудь, а на одну из строек Магадана, причем после упоминания этого населенного пункта следует обязательно оговориться, что сделал он это по своей собственной инициативе. Затем он переехал с семьей жить и работать водителем в Усть-Илимск ‑это город на северо-западе Иркутской области, на реке Ангаре, место аж трех всесоюзных строек (Усть-Илимская ГЭС; сам город Усть-Илимск; а также Усть-Илимский лесоперерабатывающий комбинат). Любопытный факт: правобережная часть города была спланирована группой студентов Ленинградского архитектурно-строительного университета в рамках написания дипломного проекта на тему «Город моей мечты», главной идеей которого являлось строительство города в тайге. При строительстве жилых районов старались рубить как можно меньше деревьев, и именно поэтому внутри жилых районов Нового города можно встретить островки многовековой тайги. Вообще осваивать Север мужички когда-то стремились точно так же, как сегодня стремятся осваивать Рублевку. В этом смысле интересна история еще одного моего дяди — дяди Юры. Тот тоже после армии решил махнуть куда-нибудь за Урал и даже отправился в путь вместе со своим приятелем. Но! По какому-то наитию дядя Юра, вероятно, уже в Москве, вдруг отказался ехать на Север и взял билет… на юг! Там, в Крыму, в поселке Черноморском, до которого каким-то образом добрался, он устроился не кем-нибудь, а сразу персональным водителем начальника райповской базы, перевез туда вскоре из Кулебак жену, получил жилье — и это, пожалуй, самое невероятное — прямо с видом на морской песчаный пляж, до которого было рукой подать, метров пятьдесят, наверное. Естественно, после этого ни у кого в родне не было проблем с отдыхом на Черноморском побережье Крыма, зато проблемы начались у самого дяди Юры, для которого летний сезон стал довольно беспокойным. Дядя Иван не изменил общей тенденции и уехал с женой на Север, в город Пыть-Ях (есть и такие в Ханты-Мансийском автономном округе Тюменской области), поначалу жили в вагончике, долгое время он работал водителем грузовика. Данный населенный пункт известен тем, что там было обнаружено Мамонтовское месторождение нефти. К сожалению, некоторых из упомянутых родных нет уже в живых; кто-то вернулся в Кулебаки, но по-прежнему в дальних краях продолжают жить и работать их дети, внуки. И эта удивительная аналогия государства как семьи обретает вполне наглядные обоснования. Глядя на карту России, ты уже воспринимаешь все ее бескрайние просторы как действительно семейную вотчину, как общее хозяйство, доставшееся нам от дедов и прадедов, как нечто единое и еще вчера монолитное.
