«У меня, Катя, одна мечта…»: лысковчанин написал домой с фронта 123 письма и погиб в бою

«У меня, Катя, одна мечта…»: лысковчанин написал домой с фронта 123 письма и погиб в бою
Фото предоставлено Трофимовской библиотекой
Иван Голубев мечтал поскорее вернуться к жене и детям.

Более 120 писем с фронта за два года – эти бесценные реликвии сохранились в семье Голубевых. Именно о себе жене Кате и детям в село Трофимово Лысковского района Иван Голубев писал очень мало: жив, здоров, обут, одет, условия хорошие. Уже после войны семья узнала, что Иван Васильевич учился в разведшколе Смерша.

 

Всего не рассказать

Иван Васильевич был учителем, работал в начальной школе. В родном селе Трофимове познакомился с Катей Хорошевой.

В 1936 году у молодых родился первенец Лёва, через два года – сын Юра, в 1940‑м – Галя. Когда началась война, ей было всего полгода.

Иван Голубев ушёл на войну одним из первых в селе. Уже 27 июня 1941 года от него пришло первое письмо – из Иванова.

Передав привет Лёве, Юре и «драчунье Гальке», он спрашивал, какие новости в селе, кто ещё ушёл на фронт…

– Я отца совсем не помню. Мне ведь всего три года было, когда он на фронт ушёл, – рассказал нам Юрий Голубев. – Письма от него приходили часто, и помню, что мама, когда читала их, плакала, хоть отец и уверял, что всё у него хорошо. Но мама понимала, что он не может всего рассказать. Что-то, может, додумывала, представляла, и слёзы сами катились из глаз…

Иван Голубев мельком упоминает, что будет учиться. А 21 декабря так же, без подробностей, пишет: «Я очень счастлив, что попал в школу и проучился 6 месяцев». Уже взрослым человеком Юрий будет искать информацию об отце, направлять запросы. Семья узнает, что в Иванове их муж и отец учился в разведшколе Смерша до декабря 1941 года. Выполнял важные секретные задания. Поэтому его письма домой и были сдержанными.

Всего из Трофимовского сельсовета были призваны на фронт 1052 человека, вернулись в родные дома только 384

«Пиши мне каждый день…»

Письма Ивана Голубева с фронта мы читаем вместе с библиотекарем Трофимовской сельской библиотеки Натальей Борисовой. Сын участника войны передал их в библиотеку на сохранение.

– Пусть люди читают, – пояснил он нам. – Мой отец заслужил, чтобы о нём помнили. Как и о каждом из тех, кто воевал…
Наталья Васильевна зачитывает строки из письма жене от 28 июня 1941 года:

– «Получил твоё первое письмо, в котором ты сообщаешь, что Галина начала ходить. Приветствую её достижения…» Знаете, в каждом письме ощущается, что Ивана Васильевича не оставляли мысли о доме ни на минуту. Он пишет жене, сколько нужно дров на зиму, за сколько продать тёлку, советует купить дойную корову, чтобы у детей было молоко, пишет, чтобы не продавала муку. А вот письмо от 28 января 1942 года: «Катя, живу я сейчас хорошо. Получил новые сапоги, валенки, ватные брюки и фуфайку, суконные новые брюки и суконную гимнастерку, так что обут и одет. Работаю политруком роты связи».

4 марта Василий Иванович сообщил, что завтра уезжает на фронт, и поздравил жену с 8 Марта. Посетовал: «Очень жаль, что не придётся выпить кружку пива в этот день». И дальше: «Уезжаю громить врага, душить ненавистных фашистов. Пожелай мне успеха».

– «21 марта 1942 года, – продолжает читать письма Наталья Васильевна. – Нахожусь в лесу – лес сосновый, птицы поют…»

И дальше: «Вы там сейчас готовитесь к весеннему севу, а наша задача – побольнее громить этих бандитов». Он просит жену: «Пиши мне каждый день, может быть, хоть одно письмо да получу, и то для меня большое дело. Меня интересует всё: как ты живёшь и как живут мои дети, особенно Галька-плутовка, которую я мало застал». А вот от 5 апреля 1942 года:

«У меня, Катя, одна мечта – скорее бы разбить этих гадов и вернуться домой опять к родной семье, но когда это будет и будет ли это вообще, сказать ещё трудно. Возможно, будешь меня вспоминать только по письмам, ну что ж, хотя придётся отдать жизнь за Родину, зато создадим светлое будущее нашим детям». Так и случилось: вернуться домой Ивану Голубеву было не суждено…

Ни слова больше

В начале июля 1942‑го письмо от капитана Голубева приходит с берегов Белого моря – с нового места службы.

– Иван Васильевич пишет, чтобы жена берегла зерно, муку, чтобы не продавала велосипед – «Лёвка с Юркой вырастут – будут кататься», – перебирает фронтовые треугольники Наталья Васильевна. – Пишет, чтобы Катя работала честно, радуется, что купила дойную корову – дети будут сыты. В одном письме из дома Иван узнаёт, что погибли его брат Степан и близкий друг Михаил Вендерин…

В январе 1943‑го Иван Голубев – в госпитале в Ленинграде. Ранен в ногу осколком снаряда, но в письмах голос его продолжает звучать уверенно и бодро.

В госпитале капитан пролежал три месяца. 10 июля 1943‑го написал: «Жив и здоров, живу хорошо, настроение хорошее». А жить ему, между тем, оставалось всего три недели. Последнее письмо, совсем короткое, Иван Голубев написал жене и детям 13 июля 1943 года. Он погиб в бою 30 июля 1943‑го.

– Была похоронка, – рассказывает Юрий Голубев. – Мама очень плакала… Местом гибели была указана станция Мга Ленинградской области. Я ездил туда, но могилу отца не нашёл. Мама письма отца очень бережно хранила, но с нами, детьми, о нём не говорила. Всё в себе держала. Да и когда было разговаривать? Работала с утра до вечера в колхозе, нас, троих детей, поднимала. Замуж она больше не вышла…

Екатерины Петровны давно нет. Живы дети Ивана Васильевича Юрий и Галина. Юрий Иванович в 14 лет уехал из родного села в Горький, поступил в автомеханический техникум, потом работал на ГАЗе – больше 40 лет. Сейчас живёт в Трофимове.

– Надеюсь, отец был бы мной доволен, – с волнением говорит Юрий Иванович.

9 Мая он понесёт портрет отца во время шествия «Бессмертного полка».

Наша группа ВКонтакте: интересные новости, живое обсуждение, розыгрыши и призы. Подписывайтесь!
Подпишитесь на нас
Похожие публикации