Время собирать камни
17 мая в праздник Вознесения Господня произошло знаковое событие. В Москве был подписан Акт о каноническом общении между двумя ветвями Русской Православной Церкви ? в Отечестве и за рубежом. Событие подвело черту под длившимся 80 лет разделением Церкви и нации.Все, кто любит Россию, могут только приветствовать такой шаг. Как, впрочем, и любой другой, направленный на объединение, преодоление какой бы то ни было внутринациональной розни.Рознь ? наша беда. История знает немало русских усобиц. Были кровавые споры между князьями в Средние века. Чем они обернулись, знает каждый школьник. Позднее произошел религиозный раскол, и с тех пор одни православные вешают на других ярлык «раскольники», а те отвечают им неодобрительной кличкой «никонианцы».Но то были «цветочки». «Ягодками» же стала смута 1917 года, разделившая великий народ на «белых» и «красных». В кровавой сваре XX века, когда брат шел на брата, как бы победили «красные». В итоге несколько миллионов «белых русских», дворян и крестьян, офицеров и казаков, людей малообразованных и светил отечественной науки, превратились в беженцев. А управлять государством стало возможным лишь с помощью тотальной пропаганды и насилия.Русские беженцы, спасавшиеся от эксцессов революции, и образовали на чужбине своего рода филиал Русской церкви. Для эмигрантов она стала духовным стержнем, опорой, едва ли не единственной возможностью сохранить в экстремальных условиях свое национальное лицо.Церковь за рубежом создавалась людьми типа митрополита Антония, в миру Алексея Павловича Храповицкого. В прошлом он был ректором Московской духовной академии, с 1918 года ? митрополит Киевский и Галицкий. Как истинно русский человек, монархист и патриот, владыка относился к большевизму, как к занесенной извне болезни. И Советскую власть никак не признавал.При этом Сергия Страгородского, местоблюстителя патриаршего престола, поддерживал. Но до тех пор, пока тот не выступил со своей знаменитой декларацией 1927 года о сотрудничестве с Советской властью. Отсюда и началось раздвоение единой в сущности Российской церкви. Одна часть ? в Отечестве. Другая ? за «железным занавесом». Между ними ? все расширяющаяся трещина. На радость врагам.Последующие десятилетия обе части несли потери. На РПЦ обрушился «красный террор», физически истребивший сотни тысяч священнослужителей и мирян. Зарубежная же в 1926 году лишилась значительной доли своих приходов в Западной Европе и США, сделавших выбор в пользу ассимиляции, космополитизма и демократии.Но большинство оставалось и остается верным России. Сегодня в РПЦЗ около 330 приходов, разбросанных по всем континентам. В них духовно окормляется примерно 150 тысяч православных, вопреки всему считающих себя русскими. Это не мало, если учесть, что и на исторической Родине далеко не каждый исповедует веру отцов. У церкви за рубежом есть свой Синод (в Нью-Йорке), свои храмы, монастыри, духовная академия, издательства, печатные органы.Почти столетие между двумя частями православных зияла пропасть. Общения никакого. Взаимные нападки. Попытки вторжения на каноническую территорию. И даже захвата собственности. Нелепость положения заключалась не только в идейно-политической, но и канонической разобщенности. Русский, оказавшийся где-нибудь в Париже, не имел права ни креститься, ни обвенчаться, ни причаститься в храме, относящемся к юрисдикции РПЦЗ. И наоборот.Что же мешало примирению? Причины объективные и субьективные. Пойдя на вынужденное сотрудничество с богоборческой властью, Московский патриархат в глазах Зарубежной церкви предал мучеников за веру. Он не возвышал голоса против гонений на верующих. Более того, считали в РПЦЗ, московские церковные начальники дрейфовали в сторону экуменизма (слияния мировых религий) и подчас не только проявляли лояльность к власти, но и служили ее инструментом. А власть-то, мол, безбожная!Раскол не исчез и после 1991 года. Богоборческого режима вроде бы не стало. Но экуменизма и всяких ересей, кажется, даже прибавилось. Для сближения требовался диалог. Но ему препятствовал сам первоиерарх зарубежья митрополит Виталий.Переломным стал 2000 год. Смена власти в стране шире открыла возможность объективных оценок Гражданской войны как национальной трагедии, моральной реабилитации «белых». И это не могло не способствовать росту взаимного доверия православных внутри страны и за границей. Тогда же состоялась то, на чем давно настаивали православные за рубежом, ? канонизация царской семьи, прославление новомучеников. Появилась и «социальная концепция» РПЦ, где, в частности, прояснялось ее отношение к экуменизму. Сближению содействовал лично Президент России Путин. Наконец, в 2006 году в Канаде скончался митрополит Виталий. В сумме все это породило практически все необходимые предпосылки для единения. И оно состоялось. Произошедшее 17 мая в храме Христа Спасителя уже названо восстановлением целостности единой Русской Православной Церкви. Сделан важный шаг к национальной консолидации, без которой трудно рассчитывать на процветание России.
