30 лет назад началась первая чеченская война

Этой драме уже 30 лет. Во время первой чеченской войны в августе 1996 года боевики провели операцию «Джихад». Началась она ранним утром 6 августа с неожиданного нападения на город Грозный. Боевики не ставили своей целью захват или уничтожение всех городских объектов. Они просто блокировали подразделения внутренних войск и милиции на блокпостах и в комендатурах, изолировав их друг от друга, ведя постоянный беспокоящий огонь, деморализуя защитников…

Основной удар бандиты нанесли по комплексу административных зданий в центре Грозного (Дом правительства, здания МВД и ФСБ), где вместе с военными в окружении оказалось и приличное количество журналистов. Ситуацию удалось значительно выправить лишь к 13 августа, когда федеральным войскам удалось деблокировать большинство окружённых объектов.

Вокруг Грозного постепенно наращивалась группировка из числа соединений 58‑й армии под командованием генерала Константина Пуликовского. Однако приказа на проведение заключительной операции по ликвидации прорвавшихся в город боевиков части так и не получили – потому что российское высшее руководство решило пойти на переговоры с боевиками. Переговоры были поручены тогдашнему секретарю Совета безопасности России генералу Александру Лебедю. 31 августа 1996 года переговорный процесс закончился подписанием Хасавюртовских мирных соглашений. Первая чеченская война подошла к концу, российские войска покинули Чеченскую республику…

Как две птицы сцепились

В результате боёв в Грозном с 6 по 22 августа федеральные силы потеряли 2083 человека (494 убитыми, 1407 ранеными, 182 пропавшими без вести). На улицах города было сожжено 18 танков, 61 БМП, 8 БТР, 23 автомашины, было потеряно 3 вертолёта. Назвать точные потери боевиков достаточно затруднительно – по информации западных журналистов, их потери превысили российские в 2 – 3 раза…

Хотя с тех событий прошло уже много лет, в историческом сообществе до сих пор нет единства мнений по поводу случившегося в августе 96-го. А непосредственные участники тех событий очень долго причины произошедшего буквально валили друг на друга. Яркий пример – противостояние двух генералов – уже упоминавшегося Александра Лебедя и министра внутренних дел генерала армии Анатолия Куликова.

В своё время мне довелось лично пообщаться с обоими. И каждый из них высказал свою версию событий. Вот что рассказал мне Лебедь:

«Я получил поручение президента России разобраться, кто виноват в том, что произошло в Грозном 6 августа 1996 года, когда чеченские боевики внезапно захватили город. Я добросовестно разбирался больше двух месяцев, общался с кучей свидетелей, с начальниками всех уровней. В итоге родился солидный том, который был отправлен президенту. Вывод был сделан один: за позорную сдачу Грозного несёт полную ответственность непосредственно генерал армии Куликов. Он ещё 28 декабря 1995 года указом президента был назначен персонально ответственным за наведение порядка в Чечне. За восемь месяцев этой «работы» он прислал только телеграмму с требованием нарастить приём в школу милиции Грозного чеченцев и увеличить численность чеченских милицейских полков».

90 процентов этих полков 6 августа перешли на сторону боевиков…

В ходе этого разговора Лебедь показывал мне копии секретных документов – в основном рапорты офицеров федеральных сил, где говорилось о плохом состоянии воинских частей: там не хватало буквально всего необходимого, солдаты жили впроголодь, ходили оборванными и даже попрошайничали, целей войны в Чечне никто (даже офицеры) не понимал… По мнению Лебедя, с такой армией дальше воевать – просто преступление, что якобы и подтвердили события 6 августа. Поэтому он и решился на мирные переговоры с чеченцами.

Помню, я тогда задал ему такой вопрос:

«И всё-таки события 6 августа в Грозном – это была глупость или измена?»

Вот ответ Лебедя:

«И то, и другое. Халатность, кроме Куликова, проявил и командующий внутренними войсками генерал Шкирко. Почему он из 129 дорог, ведущих в Грозный, контролировал лишь 58?! Но главная вина за поражение, конечно, лежит не на армии, а на тех, кто развязал войну и делал на ней деньги. Этих виновников надо искать в Кремле и его окрестностях!»

Правда, конкретные имена кремлёвских виновников Лебедь мне так и не назвал… А вот генерал Куликов оказался более откровенным. Вот его рассказ:

– Боевики перед событиями 6 августа постепенно просачивались в Грозный, готовили тайники с оружием, чтобы взяться за него в нужный момент. Первую попытку они предприняли в марте, но неудачно. К августовскому штурму они подготовились более основательно.

Однако ни один важный объект не был захвачен врагом, несмотря на все его попытки! Наши бойцы в условиях круговой обороны вели тяжёлые бои. Скажу больше. Впервые с начала войны появилась реальная возможность покончить со всеми бандами сразу, ибо почти все они оказались стянутыми в Грозный. Я направил в город две тысячи человек из дивизии Дзержинского и Калачёвскую бригаду внутренних войск. К 14 августа мы с генералом Константином Пуликовским практически блокировали город. Я просил премьера Черномырдина, секретаря Совета Безопасности Лебедя, министра обороны Родионова оказать дополнительную помощь хотя бы двумя мотострелковыми полками. Их не надо было бросать в бой. Просто этими силами планировалось окончательно окружить город, перекрыв абсолютно все дороги и тропы. А Грозный зачистили бы своими силами. Однако все мои просьбы упёрлись в глухую стену…

– Значит, Грозный был сдан по указанию сверху?

– Эта сдача была, прежде всего, в интересах секретаря Совбеза Лебедя. Больной Ельцин не знал, как вылезти из войны, и искал любой повод, чтобы её закончить, не задумываясь о последствиях. И когда нашёлся Лебедь, то он очень обрадовался. Ельцин сам написал в своих последних мемуарах, что дал секретарю Совбеза карт-бланш на окончание войны. Когда Лебедь прилетел вести переговоры с лидерами боевиков, всем другим запретили в них вмешиваться…

Влез – и не знал, как вылезти

Забавно, конечно, но оба оппонента сходились в главном – во всём виновато высшее руководство страны. Правда, Лебедь напирал на изначальную бессмысленность войны в Чечне, а вот Куликов полагал, что предательство произошло лишь по причине того, что Лебедь вознамерился войти в историю в качестве «миротворца» – мол, для этого и воспользовался болезненным состоянием Ельцина, коего убедил в необходимости замирения с чеченцами.

«Сам Лебедь при этом вёл свою собственную игру, – говорил мне Куликов. – Он прекрасно знал, что со здоровьем президента дела обстоят неважно, и потому рассчитывал осенью стать главой государства. Он и не скрывал своих намерений. Лебедь рассчитывал въехать в Кремль под лозунгом: «Я умею останавливать войны!». Потому и пошёл в Хасавюрте на капитуляцию России…»

На самом деле оба правы и неправы одновременно. Конечно, Лебедь вёл свою политическую игру. Только что отгремели выборы президента России, в ходе которых генерал как один из кандидатов в президенты помог Борису Ельцину одержать победу, получив за это должность секретаря Совета безопасности страны. Кроме того, Лебедь действительно видел, что Ельцин тяжело болен, вот-вот может отойти в мир иной. Поэтому готовился стать его преемником, а преемнику нужно укреплять свои политические позиции, в том числе и через обещание прекратить непопулярную в народе чеченскую войну. Потому Лебедь вполне мог воспользоваться боями в Грозном для установления мира.

Однако… Буквально через пару месяцев после Хасавюрта Лебедь был уволен с должности секретаря Совбеза и фактически ушёл в политическое небытие. То есть Хасавюртовский мир ему никак не помог. Не означает ли это, что на самом деле Лебедь был всего лишь подставной фигурой, которой просто воспользовались?

…Ещё в конце 1995 года было видно, что президент Борис Ельцин явно разочаровался в чеченской войне, в которую сам же и втянул страну. В своё время он явно рассчитывал на скорый блицкриг, а получил тяжёлое и затянувшееся кровопролитие, которому не было конца-края и которое было крайне непопулярно в России. Поэтому весной 1996 года власть вступила в переговоры с чеченскими боевиками, которые проводились сначала в Москве, а потом в Назрани.

Уже тогда было видно, что дело идёт к поражению, поскольку Назранские соглашения предусматривали постепенный вывод российских войск в одностороннем порядке, а Грозный должен был стать демилитаризованной зоной. Но делать это перед президентскими выборами 1996 года было политически опасно…

Не исключено, что с боевиками тайком договорились так: если вы временно успокоитесь, не будете громкими акциями будоражить россиян во время выборов, то после мы отдадим вам Чечню. И действительно, несмотря на все тревожные ожидания общественности, боевики вели себя в ходе выборов очень смирно. Полыхнуло лишь в августе…

Визиты и визитёры

Ещё 6 июля 1996 года в Чечню тайно прибыл некто Сергей Дрогуш, бизнесмен. Это весьма колоритная личность, связанная, как полагали в службе по борьбе с организованной преступностью МВД России, с чеченскими криминальными группировками. С помощью этих криминальных кругов уже 8 июля Дрогуш встретился с главкомом боевиков Асланом Масхадовым, а 9 июля – с исполняющим обязанности президента Чечни Зелимханом Яндарбиевым. Сразу после переговоров Дрогуш вылетел через Махачкалу обратно в Москву.

Позднее этот человек рассказывал журналистам, что летал в Чечню якобы по личной просьбе генерала Лебедя, с которым познакомился в том же году. И чеченцы якобы были готовы прекратить войну, но только если Лебедь сам прилетит в Грозный: «Я выполнил их просьбу. В том, что в Чечне не стреляют, есть и моя заслуга».

И действительно, сразу же после возвращения Дрогуша со стороны боевиков началась лихорадочная подготовка к налёту на Грозный и одновременно подготовка к приезду секретаря Совбеза Лебедя с готовым планом мирного урегулирования по причине «недееспособности федеральных сил». Таким образом, получается, что Грозный был сдан фактически ещё в июле, и боевикам оставалось только войти в город!

Но, судя по всему, Дрогуш летал в Грозный вовсе не от Лебедя, а от известного олигарха Бориса Березовского, который входил в ближайшее окружение Бориса Ельцина и который вместе с Лебедем в августе примчался в Грозный. Причём Березовский особо не светился, а всё внимание было приковано к Лебедю. По всей видимости, генерал лишь исполнял роль подставной фигуры, которая должна была публично взять на себя всю ответственность и все минусы мирного урегулирования, что, собственно, и произошло…

В общем-то, эту версию подтверждают в своих мемуарах и руководители федеральных сил. Например, генерал Геннадий Трошев, по словам которого, практически всю первую половину 1996 года ощущалась некая закулисная возня между Кремлём и чеченскими боевиками, и всё шло к тому, что в конце концов и случилось в августе.

Примечательно, что в Грозном Лебедь и Березовский появились в штабе нашей военной группировки только после встречи с Масхадовым и предварительных договорённостей с чеченцами. На замечание генерала Пуликовского, что московские гости должны были сперва встретиться с российским командованием, Березовский, по словам Трошева, нагло ответил: «Ты, генерал, можешь считать всё что угодно. Твоя задача: молчать, слушать и выполнять, что тебе мы с Лебедем будем говорить. Понял?»

…Так что, скорее всего, причиной трагедии августа 1996 года стали интриги ельцинского окружения, которое заранее подготовило и сдачу Грозного, и Хасав­юртовскую капитуляцию руками политически недалёкого генерала Лебедя, от коего потом скоро избавились. То есть виновата именно тогдашняя высшая власть! Но мы до сих пор почему-то боимся в этом публично признаться…

Ранее на сайте pravda-nn.ru публиковались воспоминания замначальника Нижегородского СОБРа Валерия Кремешева о событиях августа 1996 года в городе Грозном, завершивших первую чеченскую войну.