Психолог объяснил, о чем говорят супружеские прозвища

Знаменитая цитата гласит: «Как вы лодку назовёте, так она и поплывёт». Исходя из этого, некоторые специалисты советуют супругам внимательно подходить к выбору обращений друг к другу. Поскольку это может сказаться на взаимоотношениях в паре. Стоит ли называть друг друга заей и кисой или лучше всё-таки исключительно по имени? И что вообще стоит за тем или иным обращением супругов друг к другу? Об этом мы поговорили с психологом Константином Никулиным.

Именное дело

- Нередко супруги величают друг друга строго по имени – Наташа, Миша. Даже панибратские обращения вроде Ленка или Петька исключаются. Одни считают, что за этим стоит проявление уважения, другие – что нехватка тепла…

– Есть в семейной психологии такое понятие – слияние, дифференциация. Мы все в отношениях находимся в той или иной близости либо, наоборот, разделённости. Причём у одного из партнёров эта потребность к близости может быть больше, а у другого – меньше. Есть разные стили привязанности – избегающие или тревожные.

И, с одной стороны, когда мы называем супруга и супругу полным именем, это показатель взрослости – я вижу в тебе зрелую взрослую личность.

Другое дело, что если только так и никак иначе, то в этом может проявляться именно нежелание идти в большую эмоциональную близость и контакт. Это может быть такая граница, дистанция, барьер, который осознанно либо нет один партнёр выставляет в общении с другим партнёром.

– А что лежит в основе наделения друг друга разными прозвищами, порой смешными и для посторонних даже нелепыми? Является ли это проявлением какой-то особой близости между супругами?

– Вообще даже есть исследования, что пары, в которых есть какие-то свои словечки, прозвища – все эти «зайчики», «мышата», «медвежата», они более счастливы и удовлетворены браком. Конечно, имеется в виду, что оба партнёра довольны наличием этих слов.

Часто эти слова могут быть связаны с тем, как к нам обращались в детстве родители. Мы это автоматически копируем и стараемся с нашими партнёрами и детьми тоже использовать. И разные прозвища уменьшительно-ласкательные – это признак того, что я хочу проявить любовь, хочу сблизиться.

Но опять же, у всего есть грани. И если этих уменьшительно-ласкательных обращений слишком много в речи, если вы только так общаетесь, это может говорить об инфантилизации отношений. Когда мы вообще можем переходить в детско-родительские отношения. Я твоя маленькая девочка или ты мой маленький медвежонок. То есть вы занимаете либо детскую, либо родительскую роль, и это может быть деструктивно для отношений вдолгую.

– Некоторые с большим скепсисом и пренебрежением относятся к таким распространённым прозвищам, как зая, киса, солнышко и т. д., считая их формальными и фальшивыми.

– Я скажу больше – у некоторых это подозрения и ревность вызывает. Мол, ты просто по привычке называешь меня заей, чтобы случайно другим именем не назвать.

И это, в свою очередь, подчёркивает ваш тезис о том, что если это обращение не рождённое между нами двумя, то оно как бы обес­ценивает отношение ко мне. Нам всем хотелось бы персонального внимания, именно эксклюзивного обращения. А употребление обращений, которые мы слышим очень часто в средствах массовой информации, в соцсетях, создаёт ощущение, что оно не эксклюзивно, что это ширпотреб.

– Ещё одна крайне распространённая форма обращений в семье – это «папа» и «мама». Есть версия, что это вредно для супружеских отношений. И даже может стать причиной разлада в постели.

– Естественно, когда рождается ребёнок, удобнее так адресовать ему, про кого идёт речь. Но зачастую даже когда ребёнка рядом нет, обращение супругов друг к другу идёт через «папа-мама».

Такой паттерн поведения может говорить о том, что родительская подсистема в семейной системе начинает доминировать. То есть мы как родители становимся более важными, приоритетными и, возможно, только в этих ролях находящимися партнёрами. Краткосрочно это не страшно, но долгосрочно это может говорить о том, что мы перестаём быть двумя любящими друг друга партнёрами.

Я нередко, к сожалению, вижу, что спустя время это приводит к кризису опустевшего гнезда. Когда дети вступают в подростковый и постподростковый возраст, супруги обнаруживают, что не знают, кто они друг другу.

Вот раньше были мама и папа. Ребёнок скреплял. Но как только ребёнок уходит, мы становимся не пойми кем – соседями, сожителями. И обращение супругов «папа-мама» как раз может служить признаком того, что мы очень сильно в родительстве и не так много в супружестве.

Назови меня тихо

– Многие семейные пары обращаются друг к другу по фамилии. Может ли это говорить о некотором отчуждении и холодности между ними?

– Моё субъективное мнение, что это такой способ завуалировать близость. То есть я как бы называю тебя эксклюзивно, потому что редко кто так к тебе обращается, но при этом и не так нарочито, как «зайка-солнышко» «любимая», «дорогая» и что-то подобное.

Особенно так часто обращаются друг к другу люди, которые не любят все эти сюсю-мусю. Но внутри у них немалая потребность в близости. Просто что-то мешает эту потребность выражать.

– А бывают ещё ситуации, когда супруги вообще не называют друг друга по имени: «идём есть», «как дела?», «когда придёшь?». Это может служить признаком проблем в отношениях?

– Я в большей степени думаю, что это негативный признак, чем позитивный. Потому что, ведь называя даже просто по имени партнёра, мы озвучиваем самые приятные слова в его адрес. А здесь мы переходим очень жёстко на уровень функционала. Мы убираем из коммуникации отношения.

Это, опять же, может проистекать из нежелания сближаться. Это может говорить о том, что ты не так важен для меня, чтобы я утруждался какую-то долю секунды уделять твоему имени или даже, пускай, прозвищу.

В принципе есть пары, которых это устраивает. Они функциональны, они достаточно эффективны, они могут вообще 50 лет вместе быть и о‘кей. Но может так случиться, что кому-то одному из пары такое обращение создаёт ощущение своей неоценённости, неважности, незаконченности, как будто он прозрачный.

– А если человек даже за глаза свою вторую половину по имени никогда не называет и говорит о ней в третьем лице – он, она?

– Опять же, на мой взгляд, это может быть неосознанным способом обесценить партнёра. В близких отношениях накапливается напряжение, и этому напряжению нужен какой-то выход, спусковой клапан. И часто вот какие-то шутки, подколы, прозвища или в том числе вот такое обращение – это способ выразить своё накопившееся недовольство.

Возможно, человека не устраивает что-то в партнёре, и он подсознательно как бы отдаляет его от себя, переводит в дальний круг.

– Обращения «мой, моя» тоже вызывают неоднозначную реакцию. Одни видят в этом проявление собственничества, другие – гордость за отношения именно с этим партнёром, восхищение им.

– Это может быть как признаком гордости и восхищения, так и признаком чувства собственничества. А может быть и неосознанным обесцениванием, ну как если бы я говорил «моя машина, мой телефон». То есть такой скрытый, неосознаваемый подтекст, что мы не на равных с тобой.

Так она и поплывёт

– Бытует мнение, что прозвища могут исправлять недостатки близких, или, наоборот, усиливать их и, условно говоря, жёнам, страдающим от излишней резкости супруга, стоит называть его ласковыми именами, или, наоборот, излишне мягкого и неуверенного мужа – какими-то героическими прозвищами. Это действительно работает?

– Я считаю, это может работать. Как говорится, если тысячу раз назвать человека свиньёй, он в итоге захрюкает. И в обратную сторону это тоже работает. Единственное, что если это не делается нарочито, с подчёркиванием недостатков – я буду называть тебя «милый», чтобы ты стал добрее.

В этот момент у человека может возникнуть протест – скрытый или открытый, и всё пойдёт насмарку. Но если это делается тонко, аккуратно и так, что принимается другой стороной, то человек сам может потихонечку поверить и принять, что это качество у него тоже есть.

– Считается, что мужчины не любят, когда с ними сюсюкают – «мой гусик», «мой лапусик». Это действительно так или зависит от сугубо конкретного мужчины?

– Я считаю, что всё очень индивидуально. Мне известны случаи, когда очень брутально выглядящие мужчины, большие, сильные, успешные, они прямо хотели такого мягкого и нежного отношения от женщины. Причём им не всегда было это легко сказать, проговорить, потому что мы же тоже заложники стереотипов. И нам, мужчинам, очень сложно признаться в том, какие у нас могут быть скрытые потребности в контакте с супругой. Ну и в обратную сторону у жён тоже. Поэтому я бы не говорил про это так однозначно,

Но, опять же, нужно сверяться с ощущением партнёра, спрашивать его – как тебе, когда я так делаю? Не постоянно, разумеется, не с утра до вечера задавать этот вопрос. Но периодически смотреть на реакцию, обратную связь – это всегда полезно.

Ранее сайт pravda-nn.ru разбирался, чем отличается забота от контроля.