Александр Шустов: Научился не бояться погоды и самого себя

Российские прыгуныв высоту настолько сильны, что,по словам самих спортсменов, выигратьчемпионат страны порой труднее, чемпервенство мира. Александр Шустов,которому 29 июня исполнится 28 лет, срединих отнюдь не самый титулованный,тем не менее в 2010‑м он сталчемпионом Европы. В прошлом годуна различных соревнованиях Шустов,параллельно представлюящий Московскуюи Нижегородскую области, восемь разпреодолевал планку на высоте 2,30и выше. Да и его личный рекорд —2,36 — впечатляет. Коллеги по работе— Наверное, прыгать комфортнее,когда россиян в секторе поменьше?— спросила я Александра.— Вообще-то в таком случае мневыступать не так интересно. Хотя,с другой стороны, в чем-то легче —прежде всего, на официальных стартах:национальный отбор уже позади, а пройтичерез такое сито непросто.— Кого из наших прыгуноввы принципиально не хотели бывидеть рядом с собой в секторе?— Ребят, с кем мне было быособенно трудно соревноваться, нет. Всемогут оказаться на вершине, но могути проиграть: и Ярослав Рыбаков,и Андрей Сильнов, и я сам. Мы можембыть одинаково готовы, но в какой-томомент надломиться психологически.Один небольшой нюанс — и все можетизмениться.— Вы тренируетесь в однойгруппе с олимпийским чемпионом Сильновым.Отношения на тренировкахи на соревнованиях отличаются?— Мы никогда не были друзьями,мы — коллеги по работе. У каждогосвоя жизнь. Да и на тренировкахмы с ним в последнее времяне сталкиваемся. Евгений Петрович(тренер прыгунов Загорулько. — Прим.авт.) старается нас разводить. Ведь еслиначнем прыгать в одном секторе, этоуже будут соревнования. Андрей сильный,достойный соперник, он всегда хочетвыиграть — так же, как и я.Поэтому, когда с ним сталкиваемсяв секторе, побеждает тот, кто в данныймомент лучше готов.— Это похоже на бой гладиаторов…— Так оно и есть. Мы проделываемодинаковый объем работы под руководствомодного тренера. Выходим — и разбираемсядруг с другом. Хотя в первую очередьборешься, конечно, с самим собой.— Кстати, кто оказалсяу Загорулько раньше — вы илиАндрей?— Я пришел в октябре 2004 года,Андрей — весной 2005-го.— Как восприняли его появление?— Нормально, тем более что в то жевремя пришел еще и Ваня Ухов —была такая дружеская, шумная компаниямолодых ребят. Работали, веселились.— Еще не отягощенные титулами?— Ну да. Это сейчас все достиглиочень высокого уровня, пусть дажеу кого-то сегодня больше титулов,у кого-то меньше. Но это не означает,что кто-то из нас слабее. Все примерноодинаковые. Другое дело, как получаетсяреализоваться.Папа за словом в карманне полез— Известно, что Загорулько абыкого в группу не берет. Как вы к немупопали?— В то время у него былитолько Аня Чичерова и Сергей Клюгин —после операции. Тренер мне сказал, чтоничего не обещает, все будет видночерез полгода. Когда «испытательныйсрок» закончился, Евгений Петровичсогласился со мной работать.— С каким результатомвы пришли к нему?— Скорее, пришел не я, а мойотец (родители Александра — мастераспорта по легкой атлетике. — Прим.авт.). Мы тогда жили на Дальнем Востоке,я уже прыгал на 2,15, но там не былоусловий для совершенствования. И вотоднажды у Загорулько с отцом состоялсяразговор. Евгений Петрович заявил, чтоу него тренируются только прыгунывысокого ранга. А у меня папа такой,что за словом в карман не полезет.Он возразил: мол, Чичерова тоже пришлане рекордсменкой страны, и еслитренеру интересен «материал», то пустьберет меня и работает.— С такими родителями вы,наверное, на стадионе выросли?— Когда я родился, отец бросилспорт, пошел работать, а мама со мнойсидела. Когда подрос, оба вернулись —прыгали в длину.— В детстве кроме легкойатлетики какой еще вид спорта нравился?— Занимался всем подряд, а в легкуюродители привели в девять лет.— Неужели футболом не увлекались?Из вас такой вратарь получился бы!— Мне футбол никогда не нравился.А вот в волейбол играл. В основном жев юности занимался десятиборьем —папа меня тренировал. Многоборьевсесторонне развивает человека —не только как спортсмена, но и какличность.— Отчего же предпочли прыжки?— Если бы на Дальнем Востокебыли условия, может, так и продолжал бызаниматься. Поэтому выбрали то, чтолучше получалось: прыжки в высоту ибарьерный бег.— Этой зимой вы вспомнилистарое, выступили на Кубке Россиив десятиборье. Что вам это дало?— После чемпионата России, никудане отобравшись, не имея стартов,спросил у тренера: «Могу выступитьв многоборье?» Он дал добро. Я селв машину, привязал шесты, и мы с ребятамипоехали в Белгород.— И прыгнули там в высотуна 2,30 — это лучший результат средимногоборцев. Рекорд!— Только его вряд ли как рекордзасчитают. Нужно было набрать определеннуюсумму очков, а я ее не набрал.На второй день уже тяжело быловыходить: отвык от такой работы.Не мешает бензинчикаплеснуть— 2010 год стал для вас переломным,вы вошли в легкоатлетическую элиту.— У нас в стране очень многоталантливых высотников, поэтому помняттолько победителей. Сами посудите:на чемпионате России в 2008 годупобедитель взял 2,33, а еще семь человек —2.30, только по попыткам разошлись.Разве всех запомнишь?Вообще-то на 2,30 я первый разпрыгнул в 2007 году, с тех пор каждыйсезон на соревнованиях был либо в призах,либо близко к ним. А в 2010-мполучилось так, что я сначала выигралкомандный чемпионат Европы, потомличный.— Вы тогда сказали, чтонаучились не бояться. Чего?— Погодных условий, самого себя.До этого я травмировался в плохуюпогоду, а на чемпионате Европыв Барселоне во время прыжков былливень. Но я понимал, что сталсильнее, устойчивее эмоционально.И сделал то, на что был готов.Показал стабильность.— Чего следует опасатьсяв секторе?— (Задумался.) На больших стартах?Вовсе не того, что у тебя что-то неполучится в разбеге или прыжке.А того, что перегоришь психологически, —не будет внутри заряда и огня, которыегонят тебя вперед.— А есть у вас какой-нибудьтайный способ подзарядиться?— Когда заряд внутри тебязаканчивается, очень сильно может помочьпублика. Важно уметь пользоваться тойэнергетикой, которая царит на стадионе.Впитать ее, а потом реализоватьв результат.— Мне понравилось, каквы советовали своему другу копьеметателюДмитрию Тарабину «сохранять стаканчикбензина» к последним попыткам.— Дима очень заводной, это хорошо.Но надо оставлять чуть-чуть запаланапоследок. Ведь всё, как правило,решается в последних попытках,на которые Диму не хватаетпсихологически. Вот тут-то и нужнонемножко бензинчика плеснуть.О болячках и шиповках— Прошлогодний чемпионат мирав Тэгу был для вас первым. В квалификациивы показали 2,31 — обнадеживающийрезультат. Но в финале взяли лишь2,29 и остались восьмым. В чем былодело?— Все началось с того, что на сборев Подольске я заболел. Перед Тэгусборная улетела во Владивосток, и таммоя ангина разыгралась вовсю. Врачисказали, что без антибиотиков не вылезу.Я их принимал, а это приводилок слабости. В квалификации прыгалтяжело, жара и влажность меня прибили.Когда вернулся с арены, подняласьтемпература. Врачи решили, что это всета же ангина, провели реанимирующийкомплекс. На самом же деле я простоперегрелся. Конечно, первый раз такойстарт — эмоционально тоже былонепросто. Вытащил из себя всё, чтомог на тот момент, — 2,29.— У каждого вида легкойатлетики свои шиповки, у высотниковв том числе. Но вот Иван Ухов прыгаетв беговых, вы — в шиповках длятройного прыжка. Почему?— В апреле 2008 года перед отборомна Олимпиаду подвернул ногу так, чтоона была синяя аж до колена, хорошоеще — связки не порвал. После этогомогу, конечно, выступать в прыжковыхшиповках, но это чревато для голеностопа.— На результатах смена обувине сказывается?— Нет, на начальном этапе ЕвгенийПетрович специально заставлял наспрыгать в шиповках без пяточныхшипов, чтобы мы ногу не разворачивали.С шипами на пятке, если ногу ставишьнеправильно, она не поедет, если безшипов поставил неправильно — уезжает.Такие шиповки не прощают ошибок.— Во время прыжковза соперниками как следите?— Не смотрю, кто как прыгает,но слежу за тем, сколько осталосьучастников. По реакции зрителей понимаю,кто взял высоту, а кто нет.— Недавно чемпион мира-2011Джесси Уильямс сказал, что основные егосоперники на Олимпиаде — россияне.А вы следите за тем, что сейчаспроисходит в мире прыжков?— Слежу за общим уровнемрезультатов. Знаю всех ребят, которыемогут прыгать высоко. С каждымвстречался в секторе, у каждоговыигрывал и точно так же каждомупроигрывал. На Олимпиаде, конечно,будет сложно. Это такой форум, которыйтребует реализации всего, что накопилза четырехлетний период подготовки.Малыш пытается запрыгнутьна диван— Ваша жена ЕкатеринаКондратьева — рекордсменка мирав эстафете 4 x 200метров и чемпионка Европы-2006 в эстафете4 x 100.После рождения в 2010 году сына онасобирается вернуться на дорожку?– Катя сейчас тренируется, будетвыступать на коммерческих стартах.Очень хочет вернуться на прежний уровень.– А сын уже соображает, чем занимаетсяпапа?– Не особо, но когда мама спрашивает,как прыгает папа, он разбегается ипытается запрыгнуть на диван.– Где вы проводили подготовку кОлимпиаде?– В марте были в Португалии, в апрелеи мае тренировались в Сочи. Здесь сейчаслучшая база, на которой я когда-либоготовился. Все просто великолепно:питание, возможность восстанавливаться,инвентарь. Постаралось Министерствоспорта и лично министр Виталий Мутко,за что ему большое спасибо.– Уже знаете, где и когда выступитедо Олимпиады?– Если все нормально пойдет, разочекгде-нибудь за границей выйду в сектор.Олимпийский год не поощряет разбросана отдельные соревнования. Надо готовитьсяк тому, что действительно важно. Наданный момент все внимание Олимпиаде.