Нашествие продолжается
В разгар праздничных каникулна улице случайновстретил женщину, у которой несколько лет назад из-за передозировки умер молодой сын. Мы знаем друг друга давно, одно время жили в одном доме, и наши дети играли на одной площадке.В ееглазах до сих порнескрываемая боль от этой потери. Зная это, я деликатнов нашей беседе обходилвопросы, которые прямо или косвенно касались трагедии. Но, к моему удивлению, в этот разона эту тему подняла первой. — Самое страшное для любой матери — это хоронить своих детей. У моей троюродной сестры сын погиб в Чечне. Рассказывали, он остался прикрывать своего раненого товарища. А в жизни был обычный мальчишка, вроде бы ничего особенного. К сестре постоянно приходят сослуживцы ее сына, приносят цветы, подарки. Чай вместе пьют. Она мне признавалась, что ей от таких встреч становится немного легче. А вот ко мне никто не приходит. Правда, в начале пару раз заскакивала его бывшая девчонка. Вышла замуж, уехала, и опять одна со своими мыслями осталась. Тяжело, конечно, мне. Но стараюсь держаться. Не дай Бог другимродителямиспытать то,что я пережила. На глазах нормальныйребенокпогибал, а помочь ничем не могла, как ни старалась. На крови и жизни наших детей наркоторговцы жируют. В Кирилловке их всех знают.Какие дома отгрохали! Дворцы. Все равно ответ перед людьми и Богом за зло сотворенное держать придется. Никакая круговая порука не спасет. Я считаю, чтоесли по-настоящему с ними бороться, то можно справиться. Только надо захотеть, а не болтать, как сегодня происходит. Этих подонков одними разговорами и убеждениями не проймешь.Смогли же фашистоводолеть, а этих и подавно можно осилить. Наша беда в том, что страна на решительную борьбу до сих пор не отважилась. Эта женщина абсолютно права.Может быть, я стал пессимистом, так как в памяти всплыла недавняя историяо борце с наркомафией Бычкове из Нижнего Тагила. Парня осудили за то, что он не на словах, а на деле захотел бороться с наркомафией. Наша доблестная прокуратура требовалаза лечение наркоманов без их согласия более высокую меру наказания. Если верить прессе, то, кажется, законники просилилет шесть — семь. А«гуманный» суд назначил романтичному молодому человеку всего-то ничего ‑четыре срока сегодняшней армейской службы. К счастью, вмешалась общественность — по-настоящемуидиотский приговор жрецов от Фемиды отменили иидеалиста спасли не только от срока, а может быть, и от смерти на зоне. Случай в истории борьбы с наркомафией поистине уникальный,если не единственный в своем роде. Однако так везет не всем. Недавно прошла информация, что двадцатиоднолетнийпарень убил наркоторговца, который снабжал отравой его младшую сестренку. Таким жестоким образом он попытался оградить близкого человека от гибели.В итоге парнюдали пятнадцать лет, как матерому уркагану и киллеру. Даже боевики незаконных вооруженных формирований и то получают меньше.В этом случае общественность почему-топромолчала. Конечно, если следовать логике либеральных правозащитников, то человеческая жизнь бесценна. Вроде бы все правильно на первый взгляд. Теоретически даже самый последний подонок имеет право на существование: кусок хлеба, глоток воды, порцию кислорода. Но тогда размываетсяграница между справедливостью и несправедливостью,убийцей и его жертвой, наркоторговцем и будущим мертвецом — клиентом, вором и честным человеком, предателем и героем.В год от употребления наркотиков погибают сто тысяч молодых людей. По меркам Второй мировой войны это примерно равняетсядвум, а то и трем армиям, обученными укомплектованным по всему штатному списку. Получается, что поочередно целикомвыбивается Ленинградский, Карельский, Донской фронты с минимальными для противника затратами. Золотая мечта любого агрессора.В годы войны за безвозвратные потери головы отрывали. А здесь такое огромное количество молодых людей — потенциальных солдат и защитников Родины, а такжеотцов, матерей, родителей и детей, несостоявшихся художников, конструкторов, рабочих и просто хороших граждан.Нам говорят: идет настоящая нарковойна против России. Это значит, что существуют вражескиештабы, дивизии, полки и батальоны. Где ответные меры?Ведь законы войны суровы: в тебя стреляют — ты в ответ огнем поливаешь. Где сто тысяч уничтоженных врагов: наркобаронов, распространителей, перевозчиков, переработчиков, производителей и их покровителей? Да если бы такой счет шел один к одному, то от мафии бы давноничего уже не осталось. Это вам не генералыГудериан и Манштейн спехотой, танками, авиацией и диверсионными отрядами. Как бы ни сильна была наркомафия, а до огневой мощи вермахта образца сороковых годов ей далеко. Если есть агрессия, то по суровой статистике войны нападающая сторона должна нести потери в три-четыре, а то и в пять раз выше, чем обороняющаяся. А Россия в этом плане защищаетсяот нашествия. То есть мы имеем право на любое ответное действие,начиная от стрельбы по площадям и кончая точечными ударами любыми видами оружия. Где армады нашихбомбардировщиков и штурмовиков, которые засыпают толстым слоем дефолиантовпосевы опийного мака и всех, кто на них работает? К тем, кто даже выращивает эти посевы, тоже не должно быть никакой жалости. Да, да, они тоже враги. Они создают смертоносное оружие. Только вместо фабрик и заводов поля и делянки. В конечном итоге у нас у всех есть право выбора. Либо ты добровольно переходишь в стан врага, либо ведешь борьбу до последнего. Отговорки, что пошел на это из-за денег для семьи, в данном случае не принимаются. Здесь берутсяв расчет не условия физического мира, а духовно-нравственные принципы. Позиции Добра и Зла еще никто не отменял. Где беспощадныедиверсионные команды НКВД, фильтрационные лагеря, снайперские группы, суровые следователи СМЕРША, которые смогут развязать язык за пять минут любому агенту, неподкупные военные трибуналы. Где приказы, аналогичные знаменитому сталинскому «Ни шагу назад!». Ничего этого нет. Вроде бы нам постоянно говорят о войне с наркомафией, а онапрактически не ведется, кроме как в кино. К примеру, англичане и американцы легко сметали целые города с мирными жителямитолько на том основании, что они принадлежали вражеской стороне. Сегодня всем понятно, что силами наркополицейских войну не выиграть. Уже не те масштабы битвы за будущее нашей страны. Противодействие вышло науровень борьбы Света и Тьмы, Бога и Дьявола. В этой схватке пленных нет. Есть только предатели и герои. И вдруг в этой страшной войне, гдедозы убивают,словно пули, появляются отдельные граждане, которые хоть как-то, пусть даже партизанскими методами,пытаются обороняться от врагов. Хотя известно, чтов одиночку с полчищами противника не справиться. Правильные методы они избрали или нет — это другой вопрос. А здесь и получается самое интересное: жизнь солдат наркотического фронта, другими словами армии Сатаны,в настоящем правовом поле нашего государства оценивается зачастую выше, чем у их жертв и простых законопослушных граждан. Психологи говорят, что в жизни каждого подростка есть особые периоды, в которых он наиболее подвержен действию негативной информации. Если свести еевлияние к минимуму, то с годами и жизненным опытом человекуже приобретает необходимый иммунитет и успешно противодействует психологическим атакам. Не случайно же распространители наркотиков подсознательностараются перехватить молодых людей в подобных узлах принятия решений, когда критичность оценки текущей ситуации равна нулю.Оппоненты часто приводят доводы, что наркомафию победить не удастся, так как вместо одной срубленной головы вырастают сразу две. Во-первых, с ней еще по настоящему в нашей стране и не начинали бороться, а во-вторых, в русских сказках четко говорится, что когда Змею Горынычу срубали головы, то для того, чтобы они не отрастали вновь, шеи прижигали горящими головнями или раскаленным железом. Жесткий законборьбы предки дали. Нам осталось лишь найти настоящего «царя зверей». Не зря же в старину говорили, что армия баранов под управлением льва наголову разобьет армию львов под руководством барана. Будем надеяться, что наши поиски увенчаются успехом.
