Сестрорецкий рубль
Коллекционирование — та тихая гавань, в которой человек укрывается от житейских невзгод. Открывая альбом с редкими марками, он забывает о тревогах и неприятностях. Лучший способ избавиться от стресса — поход в букинистический магазин. А самый подходящий подарок для страстного собирателя — предмет, который пополнит его коллекцию. Только непосвященным собирательство может показаться делом никчемным и бестолковым. О том, что это заблуждение, говорит факт принадлежности к племени коллекционеров людей незаурядных и выдающихся, даже великих. Речь не только об арабских шейхах, покупающих очередной роллс-ройс штучной сборки. Истинная страсть чаще всего не сопряжена с большими тратами. Если кто-то собирает безделушки стоимостью от миллиона долларов, то это не столько коллекционирование в чистом виде, сколько средство выгодного вложения денег, бизнес. Вряд ли думали о финансовой стороне дела принцесса Диана и голливудская звезда Деми Мур, собравшие богатые коллекции кукол. Или кардинал Ришелье, увлекавшийся составлением коллекции курительных трубок. Кстати, всесильный фаворит Людовика XIII был не одинок в своей причуде. Несравненный знаток русской жизни и человеческой природы Иван Алексеевич Бунин в своих воспоминаниях «Третий Толстой», описывая свою встречу в 1936 году в Париже с автором сказки «Буратино», приводит слова последнего: «… Ты знаешь, как я, например, живу? У меня целое поместье в Царском Селе, у меня три автомобиля… У меня такой набор драгоценных английских трубок, каких у самого английского короля нету…». Из слов знаменитого писателя видно, что и он сам, и британский монарх были азартными коллекционерами. Сколько их на земле — одержимых филателистов, филуменистов, библиофилов… Откройте книгу рекордов Гиннесса, и она поведает вам, к примеру, о гражданах мира, составивших фантастические по размерам вискитеки — коллекции бутылок, наполненных только шотландским виски. Один из владельцев такой вискитеки изображен на снимке среди своих бесчисленных скотчей. На лице — довольная улыбка. В той же книге сообщается о неком Джордже Терренсе из США, который на 31 мая 1992 года являлся обладателем 31 804 миниатюрных бутылочек со спиртными напитками. Впрочем, за примерами далеко ходить не надо. Нижегородец Андрей Шмонин, высокопоставленный работник аппарата ГУВД, собрал несколько тысяч игрушечных авто. У его супруги — множество разновидностей фиалок. Рекордсменом же можно считать ветерана силовых структур Владимира Жаринова, в коллекции которого — свыше 15 000 значков на тему «Космос». Пресса не раз писала о хобби руководителя областной налоговой службы Николая Полякова. Его любовь к денежным знакам — в бескорыстном, конечно, смысле — проявилась с детства. Начинал будущий глава фискального ведомства с полустертых царских медяков, которые мальчишки села Катунки искали на берегу Волги. Мне доводилось беседовать с Николаем Федоровичем об эволюции его нумизматической коллекции. Образовалась она как результат его служебных командировок и путешествий по странам мира. Собирал редкие монеты и ныне покойный митрополит Нижегородский Николай. Говорят, владыка мечтал приобрести сестрорецкий рубль — самую большую медную монету. К слову, такая монета-исполин есть в музее Нижегородского отделения Банка России. Правда, неподлинная, екатерининская, а новодел, но все равно большая редкость. Количество Сестрорецких целковых, даже чеканенных в XIX веке, невелико. Известен такой курьезный случай. В начале 1980‑х годов один хранитель одного крупного советского музея написал письмо Л.И. Брежневу. В эпистоле предлагалось арестовать всех коллекционеров, а их сокровища передать музеям. Это было вполне в духе времени. Ведь официальным идеалом тогда были люди без имущества, готовые в считаные часы сняться с насиженного места и отправиться, по одному меткому выражению, хоть на целину, хоть в Магадан. Правда, сами власти предержащие материальные блага любили. Брежнев, как известно, коллекционировал автомобили, министр Щелоков — произведения живописи. Потому, видимо, и положили письмо ретивого музейщика, ностальгирующего по экспроприациям эпохи военного коммунизма, под сукно. Тем не менее в массовом сознании коллекционер зачастую остается либо презренным спекулянтом, либо этаким Плюшкиным — прижимистым субъектом, который живет один, ходит в обносках и счастлив тем, что время от времени, подобно пушкинскому скупому рыцарю, в одиночку любуется своими сокровищами. В действительности, большинство представителей этого племени — люди жизнерадостные и общительные. Чтобы убедиться в этом, достаточно посетить клубы коллекционеров. В Москве они собираются по воскресеньям в ДК «Улан-Батор». Сотни, если не тысячи нумизматов, фалеристов. В толпе можно встретить и профессора истории, и музейного работника, и полковника КГБ в отставке, и журналиста. Гете сказал о коллекционерах: «Счастливейшие из людей!»
