Страховка жизни

– В 1994 году муж застраховал нашу дочь в страховой компании,заплатив 200 долларов. Срок действия договора – до 1 февраля 2014 года. Теперьхотим получить деньги, но ничего не получается, – написала в редакциюжительница Заволжья Наиля.Поверили уговорамУже потом, по телефону женщина рассказала, как в те временапо их дому ходил агент и предлагал всем оформить страховки.– У нас многие застраховали детей, ведь он говорил, что мыполучим большую сумму, – сообщила она. – Мы с мужем тоже поддались на уговоры.Каждый год приходил агент сначала один, потом другой, исупруг платил взносы. Иногда, по словам женщины, в двойном размере. Страховщикзаверял, что это будет им только в плюс.– Был случай, – припоминает, – когда у нас в доме не было никопейки, так пришлось по соседям идти просить в долг.В январе 2001 года муж Наили переоформил страховой полис всвязи с переименованием организации и продолжал вносить деньги. В конверте вкачестве подтверждения – копии квитанций: 96, 120 тысяч рублей (в 1990‑х годахбыли цифры со многими нулями), 300, 450, 650 рублей…Двадцать лет спустяИ вот, спустя двадцать лет, когда дочка выросла и вышлазамуж, было решено сделать ей подарок – вручить накопленное. Агент, который ужене работал в страховой компании, по телефону сказал, по какому адресу в НижнемНовгороде нужно обратиться. Приехавшая туда женщина оказалась перед закрытойдверью. Тогда-то она и обратилась к нам.Мы переслали её письмо и приложенные копии документов вслужбу защиты прав потребителей, финансовых услуг и миноритарных акционеровБанка России в Приволжском федеральном округе, где провели проверку, результаткоторой направили в Заволжье.Жаль людей, которые, отдавая подчас последние деньги,за много лет не умудрились прочитать документ, под которымподписывались.Выяснилось, что документ, который когда-то оформил супругНаили, – страховка от несчастных случаев, то есть смерти застрахованного,полной или частичной утраты им трудоспособности, опять же в результатенесчастного случая. Из объяснительных документов, запрошенных службой встраховой компании, следовало, что «заявлений о наступлении страхового случая впериод действия договора не поступало, следовательно, основания для выплатыстрахового возмещения отсутствовали». Далее сообщалось: «если до 1 февраля 2014года имели место страховые случаи, о которых не было заявлено в соглашении,рекомендуем обратиться с соответствующим заявлением к страховщику».Прозрение– Выходит, тогда, давно, агент ввёл нас в заблуждение? –прозревает женщина.Начинает вспоминать, что во время последнего разговора агентуверял: все по страховкам уже получили выплаты (выходит, все умерли или сталиинвалидами от несчастных случаев?)Но почему все эти 20 лет люди не обращались к юристу, чтобыпонять, что же им сулит эта бумага на самом деле. Ведь страховые компании небанки, которые берут деньги в рост, эти страхуют риски и выплачивают страховуюпремию (так называют возмещение) лишь в случае наступления того самогонесчастного случая, оговоренного в договоре. Да и тогда определяют степеньтяжести и, уже исходя из этого, выплачивают деньги. Погиб человек в результатеаварии – максимальная сумма, сломал ногу – совсем другая. А если с вами, славабогу, ничего не случилось, то ничего и не причитается, а ваши денежки идут напокрытие убытков других страхователей и определённый процент – самой страховойкомпании. Этим они и живут.Пишу и вспоминаю автобиографический рассказ Марины Цветаевой«Страховка жизни» (когда вместе с семьёй поэтесса жила в предместье Парижа,испытывая ужасающую бедность). К ним тоже наведался страховой агент – француз,из страшных россказней которого члены семьи не могли понять, что же ему нужно.А он всеми способами навязывал «это».«Если это – страховка жизни, объявляю вам, что я… ни чужих,ни своей жизни не страхую. Это у нас в крови… когда шкаф падает, это судьба,понимаете? Так вам ответит каждый русский», – говорит автор устами своейгероини.Так бы, вероятно, ответили и Наиля с мужем, да нашидоморощенные страховые агенты оказались ловчее француза, «запудрив мозги» людямна целых 20 лет…Александр Цыганов, адвокат:– Для корректной оценки ситуации присланных копий документовнедостаточно. Вполне возможно, что в «лихие 90‑е» с той инфляцией и финансовымипирамидами агенты страхового общества заключили договор личного страхования впользу третьего лица, выдав его за накопительное страхование жизни. Возможно,прописывалась и какая-то выплата в ситуации, если страховой случай не наступит(может, кто-то и получил дивиденды). Но самого договора с указанием наконкретное содержание нет, а на памятку застрахованному не сошлёшься в суде.При замене же страховщика (на что страхователь дал своё обязательное согласие)предмет договора был исчерпывающе чётко описан, в том числе страховая сумма –2500 долларов, а не дикие проценты от «ежегодного взноса». Обязательств повозврату страховой премии или какой-либо её части не зафиксировано. Поезд ушёл…