Время собирать камни

Когда меня спрашивают, где будешь отдыхать, я обычно отвечаю: на южном берегу Борского района. Правда, этот «берег» находится верстах в десяти от берега Волги и в тридцати от Нижнего, но это уже не имеет значения. Сейчас последние дни аномально жаркого и засушливого лета. И хотя в этот раз ситуация с лесными пожарами в близлежащем Заволжье пока относительно нормальная, окрестности вот уже несколько дней скрыты дымовой завесой, принесенной из других районов области. Плотность которой такова, что в разгар дня на солнце можно смотреть невооруженным глазом, как на луну ночью. Не оправдались и прогнозы метеорологов даже о кратковременном снижении температуры. И урожай в лучшем случае будет существенно меньше ожидаемого. Но это — стихия, и уповать на нее бесполезно. Главная задача — свести к минимуму неизбежные потери. Вот только исправить многое практически уже нельзя. Об этом, в частности, свидетельствует трагическая ситуация в Выксунском районе нашей области. Нельзя все списывать на бездеятельность местных властей, но хотя бы своевременное предупреждение населения о явно грозящей ему опасности и о призвании его к принятию посильных мер защиты сделать было надо. И будь это сделано, многих трагических случаев, наверное, можно было бы избежать. Но даже не об этом речь, а об аналогичной по засухе и пожарам ситуации 1972 года. В то время, как только стало ясно, что стихийная ситуация выходит из-под контроля, тогда были проведены срочные меры по мобилизации и населения, и техники промышленных предприятий и других организаций на тушение пожаров в лесах и торфяниках, а в населенных пунктах были организованы круглосуточные дежурства. И ни у кого из руководителей предприятия и организаций даже мысли не возникало отказаться по причине, что «горит не у его порога». А вот сегодня, в той же Выксе есть уверенно себя чувствующие Выксунский трубный и Выксунский металлургический заводы, которые вряд ли принимали деятельное участие в ликвидации стихийного бедствия и личным составом, и техникой. По крайнем мере в СМИ об этом ни слова. И если это действительно так, то с правовой точки зрения они чисты, как ангелы, так как не являются государственной собственностью. И, может быть, здесь нужен закон, регламентирующий отношение государства и предприятий в кризисных и критических ситуациях вне зависимости от формы собственности. Много наша Дума напринимала всяких законов, некоторые из которых пришлось вынужденно пересматривать. И не совсем понятно, почему нужно было столько времени, чтобы привлечь к ликвидации пожаров армию, причем после обращения премьера к президенту и после оценки размеров бедствия. Сам-то министр обороны не мог, что ли, до этого додуматься да и позвонить президенту? Я отнюдь не за то, чтобы в любой ситуации действовать по принципу «свистать всех наверх». Но когда ясно, что последствия непринятия или несвоевременного принятия мер непредсказуемы или грозят огромным материальным ущербом или связаны с опасностью для здоровья и жизни большого количества людей, этот принцип должен действовать автоматически. И он действительно действовал в нашей стране. Приведу два примера. В одну из суровых зим от гидроудара вышла из строя отопительная система Ленинского района г. Горького. Руководство города обязало руководителей всех промышленных предприятий, могущих внести существенный вклад в ликвидацию аварии, принять немедленные меры. И попробовал бы кто из них отказаться от этого. Второй пример. Также зимой в кооперативном доме, где большинство проживающих были работниками Горьковского телевизионного завода, вышла из строя подводящая магистраль отопления. Кооперативный дом не стоял на балансе ЖКО завода, и поэтому завод формально не был обязан принимать какие-либо меры. Однако руководство дало задание немедленно начать работы по ликвидации аварии. Но на складе не оказалось труб нужного диаметра. Мне, в то время работнику завода, было поручено с письмом руководства обратиться в службу материально-технического снабжения города. И вот сцена, которую мне трудно забыть на фоне того, что происходит в несравнимо более трагических условиях сегодня, когда равнодушно смотрят на то, как стихия не только лишает имущества большое число граждан, но и гибнут сами граждане. Прихожу в соответствующий отдел МТС. Подаю бумагу. Ответ: у нас таких труб тоже нет. Иду к руководству. Его реакция практически мгновенная. Звонок клерку с вопросом: «Ты понимаешь, что люди замерзают и вся система может быть разморожена? Найди и доложи». Но вернемся к настоящему времени и к деятельности местных властей. Весной окрестные деревни в Борском районе были опаханы и весенних палов практически не было. Но в настоящее время канавы заросли, и если — загорание, то случиться может всякое. Неплохо было бы организовать и круглосуточное дежурство по всем деревням, как это тоже было сделано в далеком 1972 году. Вот прочитает кто-нибудь написанное мною и скажет, что автор ратует за возврат централизованной системы управления, когда звонка из обкома или горкома директору любого промышленного или другого предприятия было достаточно, чтобы он принял меры к мобилизации коллектива на ликвидацию стихийных бедствий. Да, в этом плане я за такую систему, поскольку расплачиваться за нанесенный стихией ущерб в конечном итоге вынуждено государство, а не те, кто отгородился от него акционерной или частной формой собственности. Видимо, почувствуем мы эту расплату и на Нижегородчине. И здесь я снова вспоминаю 1972 год, когда на каждой ведущей в лес дороге стоял милицейский пост, который мог не пропустить в деревню даже в том случае, если докажешь, что там живут родственники. А сейчас я проезжаю в любое время дня и ночи и никакого контроля, куда и зачем я еду. Да и интенсивность движения по сравнению с тем периодом возросла на порядок. А теперь по поводу «камней». Много мы их набросали в период так называемого реформаторства и только в кризисно-трагических ситуациях осознаем, что пора их и собирать.