Тыл – фронту

Ох как же несладко и непросто пришлось тем, кто в военные годы работал в тылу. Особенно если учесть, что речь в основном — о детях, женщинах да стариках. Сегодня — лишь небольшая часть воспоминаний о том, как это было.Казарменное положениеВинты для самолётов, артиллерийские снаряды, детали для автоматов — всё это собирали в Павлове. Какой ценой? Сотрудница Павловского исторического музея Татьяна Сергунина пишет:«Многие руководители и рабочие переходили на казарменное положение, неделями не бывали дома. Из воспоминаний одного из первых бригадиров комсомольско-молодёжных бригад Елены Межевовой: «В цех я пришла в 1941 году из школы ФЗО. Осматриваться, привыкать к делу было некогда. Сразу встала к станку на самостоятельную работу. Но вот беда: из-за моего роста руки не доставали до рычагов управления, пришлось сооружать подмостки. Потом в цехе создали фронтовую бригаду, которую я возглавила. Работали, не считаясь со временем. Зимой в цехе было холодно, за ночь эмульсия в станке замерзала, масло застывало. Утром, приходя на работу, зажигали тряпки, пропитанные нефтью, и начинали разогревать станки».Линию обороны рядом с Павловом строили в основном дети да женщины. «По воспоминаниям одной из тружениц тыла, жительницы деревни Шишкино Шегуровой, из каждого дома деревни выделялось по одному человеку для копки рвов. Работали по многу часов. Копка не прекращалась даже в лютые морозы. Семьи сильно голодали, но люди выполняли эту неимоверно тяжёлую работу. Норма выработки была жёсткая. А норма хлеба, 400 граммов в сутки, оставалась без изменения», — пишет Татьяна Сергунина.Но и это было далеко не всё. Не хватало топлива — добывали торф за рекой. А чтобы его доставлять в город, пришлось строить узкоколейку. И снова эти километры «легли» на плечи домохозяек да учеников старших классов.А кому-то в прямом смысле приходилось впрягаться. Вот что говорит об этом наш внештатный автор: «Зимами шла подготовка к севу. На складах сортировалось зерно, перебирался картофель, вывозился навоз на поля. Так как лошадей не хватало, в ход пошли обыкновенные ручные санки. Особенно большие трудности были во время сева, когда надо было вовремя вспахать и засеять землю. Вместе с трактором и лошадью на пашне появились быки и яловые коровы. Управляли ими больше подростки. Нелёгкое это было дело — приучить упрямых быков ходить в борозде. Подчас, выбившись из сил, мальчишки плакали возле своего рогатого тягла».Обычный труд. И страх обычный«Наша прабабушка Валентина Ивановна Вавилова встретила войну 15-летней девчонкой, — пишут в своей работе ученицы школы № 12 посёлка Неклюдово города Бор Мария Дунаева и Аня Шувалова. — Она рассказала нам, что работала в подсобном хозяйстве областной больницы Семашко. Летом в садах собирали ягоды, грузили их на подводы и на пароме через Волгу отправляли в больницу. Весной сажали картофель, капусту, свёклу, морковь, лук. Ряды в полях у деревень Темряшино, Софроново, Потёмино были такие длинные, что края не видно. И каждому работнику давали обрабатывать за день по три таких ряда. Осенью собирали овощи». Валентина Ивановна рассказывала правнучкам, что было тяжело просто физически. Но внимания на это не обращали — трудились из последних сил.К этим тяготам примешивался обыкновенный подростковый страх: над хозяйством часто летали немецкие самолёты, слышались взрывы…«Кроме работы в совхозе, прабабушка ездила копать траншеи за Бор, — пишут девочки, — помогала раненым солдатам в госпитале. Часто приходилось работать в детском саду, так как матери с утра до вечера были в полях. Победу она встретила на Бору, на центральной площади у рынка. Людей собралось множество. Все целовали друг друга, обнимались. Смеялись и плакали…»Рыжая ВолгаСемья Александра Дмитриевича Шведова из Богородска до войны и после жила в Шатках. Четверо детей остались без отца еще в 1934‑м, Саша — старший. Когда началась война, в школе был устроен госпиталь. «Мы учились по три дня в неделю, — вспоминает Александр Дмитриевич. — Остальное время помогали взрослым в колхозе, убирали урожай. Начиная с восьмого класса я помогал матери зарабатывать трудодни, а в девятом мне дали лошадь — рыжую кобылу по кличке Волга. Вот на ней я и работал, выполнял поручения разные, возил продукты на соседний аэродром. Осенью 1942 года весь класс направляли на строительство оборонительного укрепления для защиты от вторжения немцев в Горький. Вот тут нам трудно пришлось — работали от зари дотемна, естественно, вручную». А потом для Александра Дмитриевича началась армейская жизнь…