Максим Лубяной: «Социальная архитектура пока остаётся метафорой»

Социальная архитектура пока остаётся метафорой, заявил директор Научно-исследовательского Института проблем социального управления, кандидат философских наук Максим Лубяной на вопрос, как социальная архитектура позволяет повышать качество жизни людей и раскрывать значимый потенциал регионов.

Если судить по тематике, на конференции изменился не столько круг тем, сколько глубина их постановки. Образ будущего уступил место разговору о тех, кто его формирует. Подходы к социальному проектированию сменились критериями качества изменений. Появление новой деятельности обсуждается теперь через компетенции и подготовку кадров. Область, судя по этому, перестаёт быть декларативной. Это признак взросления.

К тезису о лидерстве я бы отнёсся осторожнее. Лидировать в сфере, у которой предметное поле ещё не сложилось, означает лидировать в формировании правил, а не в результатах. В приветствии участникам прозвучало, что «Россия готова делиться идеями и накопленным опытом с зарубежными партнёрами и вместе осуществлять перспективные инициативы». Планка в этой формулировке высокая. Но идеи и опыт становятся передаваемыми, только когда превращаются в методики, стандарты и образовательные программы. Этим и проверяется лидерство, а не числом конференций.

С терминологией тоже есть вопрос. Социальная архитектура пока остаётся метафорой. Социальное управление, напротив, понятие с научной традицией в социальной философии и социологии. Метафора сама по себе не плоха, дисциплина нередко начинается с образа. Плохо, когда метафору предъявляют как состоявшуюся сферу.

Перспективы профессии зависят не от деклараций, а от четырёх условий. Нужен профессиональный стандарт, нужна воспроизводимость компетенций через образование, нужен заказчик вне бюджета и нужна система оценки качества результата. Первые два признака налицо, с двумя другими сложнее. Если единственный заказчик — государство, профессия останется в госсекторе и на рынок не выйдет.

Для осмысления предложил бы три темы. Первая касается субъекта оценки социальных изменений. Кто и по каким основаниям признаёт изменение улучшением? Критерии качества здесь вопрос не техники, а ценностей. Когда их подают как нейтральный инструмент, сам ценностный выбор остаётся за кадром. Вторая тема связана с экономикой изменений. Кто платит, на каком горизонте виден эффект, как измеряется социальный результат. Третья тема — работа с группами, чьи позиции в ходе изменений ухудшаются. Без технологии такой работы социальная архитектура остаётся проектированием для людей, но не вместе с ними.